Чтение онлайн

Робот достал чашку из сервиза. Обыкновенную, в желтый горошек, но не успел налить воды.

— Глупая машина! — рявкнул отец, запустив в дроида пульт от холовизора. — Воду подают в стаканах! В стекле! Основа основ. Когда уже исправят этот баг? Клара, передай канцлерам, пусть они займутся расследованием в компании «Шериф индастриз», их робототехника совсем ни в бездну.

— Передам, — хмыкнула Клара. — Как только следующий Военный Совет соберется, так сразу укажу на главного врага СШГ.

— Не смей смеяться! — обозлился отец. — Ты думаешь, не с таких мелочей строится нормальное гражданское общество? Знаешь, почему Империя выиграет в войне? Знаешь, почему они намного богаче, чем мы все? Потому что Лорды никогда не позволят рабу подавать воду в кружке! Техника — это путь регресса. Если бы в СШГ разрешили рабство, то мы бы сейчас стояли на вершине развития государственности. Наши предки использовали живых невольников в каменоломнях, для строительства, в обслуживании сельхозугодий. Мы жили так испокон веков и процветали. А потом пришли дроиды и потянули нас в бездну. Помяни мое слово, «Шериф индастриз» еще устроит нам робототехническую революцию!

— Какая чушь! — фыркнула Клара. — Использовать труд рабов экономически невыгодно. Это даже я знаю.

— Ничего ты не знаешь, — сердито подытожил отец и вышел из кухни, так и не испив воды, заботливо поставленной ничего не соображающим роботом на стол.

Обычно, Клара бы тут же забыла о таком разговоре. Слишком привычным были и наставления отца, и его рассуждения о том, что раньше было лучше, и страх за цивилизацию, оказавшуюся на краю гибели. Но в этот раз что-то пошло не так. Зацепило и вызвало запоздалое негодование совсем не отношение отца к рабству, а его пренебрежительный тон, обращенный к Кларе, к её важной и нужной работе. Безусловно, директором крупной библиотеки работать почетно, но ведь и спасать жизни на войне тоже не спорить с роботами и писать кляузы на компанию их произведшую.

И насколько припоминала теперь Клара, отца уволили со скандалом! Он подпольно продавал редкие книги, подменяя фонд библиотеки собственноручными сочинениями. Да, писать отец любил! Клара даже пробовала ознакомиться с его сочинения. Но всегда считала, что не доросла до них, потому как предложения выглядели слишком громоздкими, иногда занимали целый абзац, а в своих мыслях отец блуждал, словно по космосу. Нырял в одной точке входа, выходил в другом секторе, проваливался в черную дыру, выныривал в параллельной реальности и по фотону опять возвращался к изначальной планетарной системе. Звучало здорово, но абсолютно не понятно. Набор слов. К тому же, отец позиционировал свои сочинения ни больше, ни меньше, а как откровение, истина последней инстанции. Потому и подменял их в библиотеке. Считал, что человечество обязано прикоснуться к его открытиям.

Яркой вспышкой среди прочего отчего-то вспомнился опус на тему геологического развития планеты. По теории отца кратеры на поверхности образовывались не от падения космического объекта, а наоборот. То есть, недра планеты как бы извергали метеоры и метеориты. Книга с этой теорией была плотно напичкана графиками и схожей занудной статистикой. Маленькая Клара посчитала себя слишком глупой, чтобы вникать в подробности, и поверила на слово заглавному тезису работы. Сейчас вспоминать даже смешно! Не мог же отец и в самом деле писать о такой несуразице? Наверное, у Клары в голове перемешались далекие воспоминания с сюжетами «глупых книженций».

Когда отца уволили, он не смог найти другой работы, хотя теперь Дорн подозревала, что и не пытался. Он открыл видео-канал в спейснете, где принялся проповедовать свои инновационные идеи и свежие взгляды на науку. Клара порылась в сети и без труда нашла контент отца. Какой только дичи там ни водилось! Планета, выплевывающая из нутра кометы, смотрелась сущим пустяком.

На Клару вывалились рассуждения о плоских лунах, о заговорах канцлеров, о подпольном мировом правительстве, во главе со скрытыми первородными. Особенно позабавила теория о том, что под куполом на Сибел на самом деле до сих пор живут люди, только они все уже мутанты и похожи на зеленых жителей Иногурии. Этакие высокоразвитые ящерицы. Особенно форсировалась теория отца о проземлянцах как о прародителях всего живого в галактике. Он многократно доказывал, притягивая немыслимые и совершенно сторонние доводы, что любая форма жизни — только генетическая модификация человека, созданная в подпольных лабораториях на Сибел этими самыми рептилоидами.

Клара, пересиливая себя, от начала и до конца просмотрела свежее видео о близком взрыве Стрельца А со звездочкой. В нем отец говорил о неизбежной кончине сверхмассивной черной дыры в центре галактики Млечный Путь. Сеял панику, призывал молиться, требовал скидывать деньги на поиски спасителя. В шапке, помимо реквизитов ID-счета для доната, висел закрепленный комментарий: «И воцарится Хаос, и исторгнет Стрелец А со звездочкой мощные стрелы, и поглотит Вселенную вечная Бездна. И настанут последние дни, ибо грядет конец всего сущего. Молитесь, да ниспошлёт вам Разум Великого Спасителя». Клара с омерзением отпихнула от себя пад. Такого бреда она в своей жизни еще не встречала.

После курса физики в Академии Дорн точно знала, что джеты, исторгаемые черной дырой, имеют циклический характер. Ученые давно рассчитали траекторию всех возможных «стрел». Поэтому-то и существуют закрытые сектора, в них никто не летает, не селится, да и ни одна разумная жизнь на системах по пути джетов физически не сможет зародиться, слишком мало остается времени между выбросами. В любом случае, даже познаний Клары в области астрофизики, а она не была её любимой, хватало, чтобы понять какую несусветную чушь несет на видео отец.

Однако же, что удивительно, он имел немало подписчиков и последователей, которые его боготворили. Да, чего у отца не отнять, так это умения восхищать людей. Говорил с таким энтузиазмом и так убедительно, что у слушателей невольно рты открывались. Великолепный оратор с гнилыми мыслями. Ему бы продавать косметику, вот где кромнециновая жила. Но сам старший Дорн видел себя только политиком, не меньше. Он даже баллотировался в мэры, не единожды и не одного города, правда всегда не хватало голосов, конечно же, из-за «продажности власти» и «малого бюджета» на рекламную компанию.

Но если смотреть не предвзято, всё выглядело гораздо прозаичней. Его пафосные речи быстро приедались. Персоны при личной встрече, особенно кто поумней и с образованием, чувствовали фальшь образа, нетоллерантность консервативных взглядов, а иногда и откровенную глупость в речах отца. Он всеми силами стремился производить впечатление обеспеченного и умного потомственного аристократа, но кроме этого впечатления ничего и не производил, что непременно раскрывалось при ближайшем с ним знакомстве.

Даже когда в доме нечего было есть, когда мать одна содержала семью, а сама Клара ходила в школу уже второй год в дырявых кроссовках и натирала ими мозоли, отец покупал себе дорогие костюмы, или вдруг открыто заводил новую молоденькую любовницу, одаривая ту подарками, или закатывал вечеринку, зазывая полгорода знаменитых людей. Это не ускользало от внимания интеллигентного большинства, поэтому в числе прочих пороков отца числилась еще и страсть к перемене места жительства. Как только он становился нерукопожатым в обществе, то тут же закатывал спектакль дома, с угрозами покончить жизнь самоубийством и прочей ерундой с одной лишь целью, переехать в другой район страны или даже планеты. От этой тяги к переменам долги семьи только росли. Отец не мог позволить своей семье поселиться в дешевом районе, выбирал непременно более престижный, чем прежде, рассказывая направо и налево о том, как задыхается в мещанстве нынешнего быта. А мать вынуждена была брать новые подработки.