Чтение онлайн

Это была частичная правда. Новый старый Зэсс беспокоил ее. Его странный взгляд и новые особенности. Но это все же лучше, чем валяться где-нибудь в качестве пищи для ворон.

— Уютнее? — Зэсс глянул исподлобья, — мышке с кошкой тоже может быть уютно вдвоем?

— Я уже сказала, что сама хотела бы иметь твой дар. И не считаю его чем — то неприятным.

По его губам снова скользнула усмешка.

— Я тут начал тратить твои ценности, которые ты так опрометчиво оставила в той таверне. И нашел одно кольцо. — он засунул руку в карман и достал перстень. — Не скажешь, что значит эта надпись?

Она мельком глянула на серебряное кольцо в руке.

— Надпись… на всех фамильных ценностях есть такие клейма. Я не знаю, что они означают. Какое — то фамильное предание. Отец ставил их и на оружие тоже. Считалось, это принесет удачу.

— Откуда это пошло?

— Бабушка рассказывала, что наш род очень древний. Да всем, наверное, подобное рассказывают. И что эти символы что-то значат…

Т'aйга замолчала, потому что в этот момент Зэсс начал хохотать. Причем очень громко и искренне. Она вообще не ожидала, что он умеет так смеяться. А тот все хохотал и хохотал.

— Не знаю, что тебя так развеселило, — опешивши, она наблюдала, как трясутся темные волосы над бледным лбом.

Наконец, он угомонился, кинул ей кольцо.

— Одевай свои фамильные символы. Одна фамильная штука уже превратила тебя в пацана. Другая будет смешить меня все оставшееся время.

— А чем она тебя так насмешила?

— Мальчик мой, — Зэсс вытер навернувшиеся от смеха слезы, — к сожалению, ты не можешь прочувствовать всю ситуацию, а я не могу рассказать.

— Я не мальчик. — она насупилась. — И не надо, не рассказывай. Свою страшную тайну откроешь мне перед смертью. — она ткнула на свои повязки.

— Не переживай, от этой дырки ты не умрешь, — он вдруг стал очень серьезным и глаза вновь холодно блеснули. Но я обещаю, перед смертью, ты обязательно узнаешь.

Т'aйга молча глядела, как он устроился поодаль и застыл, перебирая какие-то собранные травки. Его слова оставили неприятный озноб после себя. Она еще долго смотрела на него, соображая, чего от него ждать. А потом плюнула. Какая ей разница? Этот человек ухаживает за ней, спас ей жизнь.

После еды пришло приятное тепло внутри, и заклонило ко сну. Не к тем провалам в реальности, а к нормальному глубокому сну. Но перед сном очень важно было выяснить одну вещь, жизненно необходимую вещь.

— Зэсс, — она тихо и неуверенно позвала его, почти уже находясь на грани сна, — ты ведь не уйдешь? Не исчезнешь? Ты не бросишь меня одну.

Он приподнял голову и глаза блеснули на мгновение. Или ей так показалось. Он медленно покачал головой и снова уткнулся в свое занятие.

«Вот и хорошо.»

— Могу выставить охрану вдоль всего холма. Будет видно, как вошь ползет по телу! — Огмар ворочал своим единственным глазом и хлестал вино. — По равнине все как на ладони!

— Зачем нам твоя равнина, если они лесами промышляют! Станет тебе отряд по равнине двигать. Здравствуйте, смотрите, как по нам вши ползают, вот они мы! — Крайт стукнул по столу кулаком. — Крестьян своих держать надо ближе. И в лес пару отрядов снарядить…

Дар молча наблюдал, как его советники меряются красноречием и тактиками ловли противника. Огмар — здоровенный бык, в битве может десятерых раскидать и вечно лезет на рожон. Отсутствие глаза тому только доказательство. Потерять его он умудрился даже не на войне. Сцепился с одним из своих же по пьяни.

Крайт отличается от него только тем, что лишен половины щеки. И вынужден носить кожаную повязку, чтобы прелестных леди при дворе не пугал вид обнаженных десен и зубов, торчащих из дыры в лице. В отличие от Огмара, свое уродство он получил именно в битве, поэтому его дар ценил чуть выше. Личные побуждения, не больше.

Остальные вояки бравые, но поспокойнее. Понимают, что пока эти двое не угомонятся или не подерутся, можно молчать. Сказанное все равно никто не услышит. За это время, им давали оценить свою значимость первого слова. И все оставались довольны. В войнах Огмар и Крайт незаменимы. Но решения принимают не они.

Обычно, король, как и все, ждал, пока два петуха выпустят пар и покажут себя. Но сегодня разговор шел не так, как надо. Они все не понимали свои роли. Не понимали, кто такие дауры. Соседи лезли на рожон, проверяя, насколько хватит терпения у завоевателей и каковы их силы. Мелко пакостя, разбойничая и промышляя на приграничных землях.

Король резко встал, далеко отодвинув кресло.

— Крайт, сам ли ты полезешь в лес в своих начищенных доспехах или будешь сидеть в своем замке, поглощая вино? А твои люди будут рыскать по лесам месяцами?

— Я… — Крайт открыл было рот, но дар не дал ему продолжить.

— А если сам, кто останется на Волчьей Гряде сторожить твой зад? Твои женщины? Или ты успел наплодить сыновей от здешних шлюх?

— Дар, если война начнется… — наконец голос взял один из совета, решив, что пришла его очередь.

— Война уже началась! Или вы будете ждать, когда придут к вам домой, чтобы не ошибиться и обнажить меч наверняка!? Они начали войну, потому что думают, что мы ослаблены. Да, мы потеряли многих, но разве дауры останавливались, когда на их дом нападали? Теперь здесь наш дом. Мы пришли сюда и мы не уйдем отсюда! Они дали нам передышку. Они не напали сразу. И в этом их ошибка. То, что эти крысы вылезают сейчас, отхватывают маленький кусочек и прячутся, лишь говорит о том, что нас боятся. Они не объединялись со своими соседями, когда могли это сделать, и сейчас они лишь дали нам отдых. Ты отдохнул, Огмар? Успел промыть свой глаз вином?

— Да, мой король! — рявкнул лорд.

— А ты, Сатил? Киз? Тебя, Крайт я не спрашиваю, ты же вроде собирался в лес, — за столом раздался дружный хохот, а лорд с кожаной повязкой покраснел. — Когда ты выйдешь из лесов, может, отправишь нам дичи? — дар снова не дал Крайту открыть рот, хотя видел, что тот кипит от обиды. — Мы пойдем сами к ним и покажем этим крысам, как воюют дауры, ведь, возможно, мы не поняли их дружественных намерений. Так или иначе, нам не нужны соседи! И свой круг мы перекраивали, чтобы оградить себя, а не кого-то еще!

Когда совет разошелся, дар уселся в кресло и тяжело вздохнул. Жирный рыжий кот потерся о его ноги, и он охотно взял зверюгу. Уметь говорить и вести за собой — тяжелая работа. Война не нужна ему сейчас. В это время неопределенности, когда еще ничего не ясно.

Он не сомневался в своих силах. Дауры разобьют неучтивого соседа, но сколько чистой крови он еще потеряет? Ему бы немного времени. Еще года два-три. И у него было бы три сносных мага. Дэя кое на что способна уже сейчас, но остальные две! Безумица и потерянная девочка!