Чтение онлайн

Стивен кивнул, с чувством пожал ему руку, сунул бумаги в карман и быстро вышел. Почти столкнувшись с секретарем капитана, он сказал:

– Мистер Адамс, пожалуйста, окажите мне услугу. Я хотел бы поговорить с капитаном наедине и буду ждать его в каюте. Услышав столь необычную просьбу, Адамс удивленно уставился на него, но, увидев, что Стивен говорит серьезно, сказал: "Хорошо, сэр" и поспешил на палубу.

Стивен смотрел в среднее кормовое окно, когда вошел капитан, выглядевший удивленным и немного обеспокоенным.

– Джек, – начал Стивен. – мы получили официальную депешу. Мы пока расшифровали не весь текст, но в начале указано ваше имя и корабль, и, с вашего позволения, я прочту вам то, что уже было дешифровано, и попытаюсь разобрать остальное по ходу дела, – письмо помялось в дороге, и я могу упустить некоторые слова. Но суть вот в чем: "Немедленно после получения настоящего приказа вам надлежит отправиться в устье Ривер-Плейт и там присоединиться к южноафриканской эскадре. Вам следует взойти на борт "Непримиримого", поднять свой синий вымпел на бизань-мачте и принять командование эскадрой синего флага".

Джек сел, закрыв лицо руками. Он был поражен до глубины души, но через мгновение все же сказал:

– Прочтите это еще раз, Стивен, хорошо?

Стивен прочел, и Джек сказал:

– Боже милостивый, Стивен, как же я рад, что именно вы сообщили мне об этом. Софи будет так счастлива. Господи, я уже думал, что никогда не подниму адмиральский вымпел.

– И есть еще кое-что. Очень сердечные поздравления от герцога Кларенса по поводу победы в Кальяо, личное письмо Горацио Хэнсону и просьба как можно скорее отправить его домой для сдачи экзамена на звание лейтенанта. И огромное количество политических соображений сэра Джозефа, которые еще предстоит расшифровать... Могу я тоже поздравить вас, дорогой мой адмирал?

Он обнял Джека, который воспринял это совершенно естественно, хотя все еще находился в некотором замешательстве, но затем сказал:

– Все это великолепно, брат мой, и я рад, что они нами довольны. Но я же ведь связан по рукам и ногам. У меня договор с чилийским правительством, и я не могу его нарушить.

В этот момент чилийское правительство в лице Карреры уже поднималось на борт "Сюрприза" с тяжелого шлюпа, неся с собой письмо. Хардинг принял его должным образом, и, получив разрешение, провел в каюту, где Джек предложил ему немного хереса и попросил подождать, пока он прочтет письмо.

– Я очень сожалею о его содержании, – сказал Каррера. – Мне очень жаль и очень стыдно, но люди в Сантьяго просят еще три месяца, а затем все долги будут выплачены.

– Мне неприятно вам об этом говорить, – ответил Джек. – но вы помните, о чем мы договаривались. Я вынужден просить вас взять ваших молодых людей, таких способных и многообещающих офицеров, на борт шлюпа, поскольку я должен следовать в другом направлении. Но, прошу вас, примите уверения в моем личном уважении к вам и мои наилучшие пожелания чилийскому военно-морскому флоту в будущем.

Переход на другое судно занял значительное время, и это были очень веселые, добродушные проводы, после чего корабли разошлись, обмениваясь прощальными криками. Последний раз взмахнув рукой, Джек взглянул вверх, – по-прежнему дул приятный западный ветер, – а затем огляделся вокруг: на палубе царили чистота и порядок, матросы все были на своих местах и сияли от удовольствия. Повернувшись к штурману, он сказал:

– Мистер Хэнсон, будьте любезны, проложите курс на мыс Пилар и Магелланов пролив.