Чтение онлайн

— Что я собираюсь сделать, так это нанять биллион миллионов миньонов, которые обыщут пещеры в поисках этой женщины, и, если не сработает, я просто распотрошу её дочь перед Серым Человеком.

— Миньоны! Я не хочу миллион миньонов, топчущихся здесь. Я хочу исследовать свои экстрасенсорные связи без хрюканья вокруг.

— Твои экстрасенсорные связи! — Он почувствовал, как она впилась в него взглядом; кожа на шее плавилась. — Отлично, я велю им быть тактичными.

— Знаешь что? Ты должен дать мне двух из них в помощь в моих жизненных целях.

— Что?

— Я могла бы звонить им и притворяться тобой. Привет, бандит, это Колин, не мог бы ты мне оказать услугу? — Она проделала хорошую работу своим голосом, только слишком гнусаво и самовлюблённо.

Она остановилась, расставив ноги, светлые волосы вздымались вокруг неё, как во время пещерной фотосессии. На какой-то странный, скользкий момент Гринмантл подумал, что нашёл её в пещере и вернул на свет, а потом он вспомнил мешочек собачьего дерьма, и как они оказались тут. Он решил, что в пещере, вероятно, полно угарного газа. Возможно, он при смерти.

Пайпер спросила:

— Ты слышал?

— То, как ты насмехаешься надо мной?

Она не ответила. Она нахмурилась, глядя вниз в тоннель, подбородок приподнялся, брови сошлись вместе, будто она слушала. Он подумал о ком-то спящем. Он думал о том, как их разбудить.

— Звук моей любви? — попытался он ещё раз.

Она не ответила. Она всё ещё прислушивалась.

— Звук того, как ты наводишь на меня чёртову жуть?

Но в действительности он сам на себя наводил жути.

Наконец, она обернулась к нему. Она не выглядела так, будто слышала звук его любви. Она сказала:

— Мне определённо требуются два миньона. Давай вернёмся туда, где есть сигнал мобильного.

Он был очень счастлив ей угодить. Он никогда не хотел снова видеть эту пещеру.

Гэнси, может, и нашёл Гвенллиан, но Блу должна была с нею жить. Фактически, как и все женщины на Фокс Вей 300. Это было похоже на стихийное бедствие или на дикого ребёнка, или на дикое стихийное детское бедствие.

Для начала, она не спала. Она накричала на Кайлу, что уже достаточно выспалась для тысячи жизней и намеревалась провести остаток этой своей жизни, бодрствуя, чем дальше и занялась. Ранним утром Блу проснулась и услышала, как она металась по чердаку над комнатой Блу.

Затем её манера одеваться. Её сверхъестественная осведомлённость в гробнице дала ей достаточно представления об изменениях в мире снаружи, чтобы не быть шокированной существованием автомобилей или сбитой с толку английским языком, но недостаточно, чтобы наградить её социальными навыками. Так что она надевала то, что хотела надеть (Блу, по крайней мере, могла бы уважать мотив, если бы не результат), что всегда было платьем, иногда двумя или тремя друг на друга, иногда наоборот. Это часто влекло за собой воровство одежды из шкафов других людей. Блу была от этого избавлена только благодаря большой разнице в росте.

Ещё были проблемы с приёмами пищи: для Гвенллиан каждое время было временем приёма пищи. У неё, казалось, не было ни чувства насыщения, ни вкуса, из-за чего часто она комбинировала продукты и манеры таким образом, который Блу считала проблематичным. Она не верила в беседы с людьми на темы, как им проживать их жизни (ну, может, чуть-чуть), но было тяжело стоять и наблюдать, как Гвенллиан намазывает арахисовое масло на холодный хот-дог.

И ещё сумасшедшая часть. Сорок процентов того, что выходило из её рта, было песнями, а остальное – различной помесью пения, криков, насмешек и жуткого шёпота. Она поднималась на крышу, она разговаривала с деревом на заднем дворе, и она вставала на мебель. Она часто убирала вещи себе в волосы для того, чтобы достать попозже, а потом, казалось, забывала. За очень короткий промежуток времени её огромный клубок волос превратился в вертикальное хранилище карандашей, листьев, обёрток и спичек.

— Мы могли бы их обрезать, — однажды предложила Орла.

Персефона сказала:

— Я не думаю, что один человек может принимать решение за другого.

Орла спросила:

— Даже если этот другой человек похож на бомжа?

В этом аспекте Блу и Орла были единодушны.

Худшим было то, что Гэнси предложил её забрать – продолжал предлагать её забрать – а Персефона настаивала, что Гвенллиан останется с ними.

— Потребуется больше, чем выходные, чтобы исправить вековые повреждения, — отвечала Персефона.

— Вековые повреждения наносятся за одни выходные, — парировала Кайла.

— Она очень одарённый экстрасенс, — мягко произнесла Персефона. — В конце концов, она заработает себе на пропитание.

— И на моё лечение, — добавила Блу.

— Хорошо бы, — сказала Орла. Чтобы отплатить Блу за её остроумную реплику, она раскрасила ей ногти лаком, соответствующим Свинье, и сообщила Блу, что этот цвет назывался Воинственным Леденцом.

Гэнси продолжал попытки поговорить с Гвенллиан, но она всегда становилась дерзко почтительной, когда он приходил в дом.

Вдобавок ко всему, у Гэнси были какие-то школьные обязательства, от вопросов про которые он уклонялся, Ронан и Адам продолжали куда-то исчезать вместе, а Ноа не мог приходить или просто не приходил на Фокс Вей 300.

Блу чувствовала себя немного запертой в сумасшедшем доме.

«Мам, пора тебе возвращаться домой».

***

К её величайшей признательности, Серый Человек приехал в середине недели.

— Это я, — объявил он, заходя в гостиную. Блу увидела его, делая домашнюю работу за кухонным столом; он выглядел опрятным и опасным в серых рубашке и брюках. Он выглядел более оптимистичным, чем при прошлой их встрече.

Гвенллиан, которая исследовала ревущий пылесос, но не пылесосила, тоже его заметила.

— Привет, красавчик-меч! Ты убил сегодня кого-нибудь?

— Один меч знает другого, — мягко сказал он ей, убирая ключи от машины в карман. — Ты убила кого-нибудь?

Она была так очарована, что выключила пылесос, так что её сумасшедшая улыбка стала самой громкой штукой в гостиной.

— Мистер Грей, оставьте её и пойдёмте, я налью вам чаю, — позвала его Блу из-за кухонного стола. — А то заставите её снова начать петь.

Серый Человек оглядывался через плечо на Гвенллиан, пока шёл на кухню, и делал так, как его проинструктировала Блу, затратив несколько минут на поиски чая, способного больше спровоцировать жизнерадостность, чем жидкий стул.

— Меня наняли твои друзья, мистер Пэрриш и мистер Линч, — сказал он, когда сел напротив Блу. Так вот где пропадали эти двое! Он ткнул в одну из её проблем по алгебре, она вернулась к ней и исправила. — У них есть план на Гринмантла, и он кажется многообещающим.