Сиротка в Академии Мрака. Королева Теней
Шрифт:
Я старалась держаться незаметно, просто слилась с небольшой стайкой адептов, что оказались передо мной, но вскоре они свернули в ответвление коридора, оставив меня без прикрытия. Но парни – ни тот, ни другой, до сих пор не поняли, что я иду вслед за ними. И теперь я могла слышать обрывки их фраз. Любопытство моё только разгоралось, и я почти не сомневалась, что могу услышать что-то действительно важное для себя. Не знаю как, но я это чувствовала всем своим существом, словно предвидя беду.
В какой-то момент Себастьян будто что-то почуял – он резко обернулся, завертел головой, и мне пришлось вжаться в стену, чтобы оказаться незамеченной. Благо, в этом месте как раз находилась массивная колонна из чёрного мрамора, а мои параметры позволяли скрыться за ней, и Волк, кажется, так ничего и не заметил. Но теперь мой «режим инкогнито» был под вопросом – парни заговорили ещё тише, отчего любопытство едва не разорвало меня на части.
Я продолжала стоять за колонной, когда почувствовала, как что-то касается моей руки. Тёмное, бестелесное, едва заметное. Я чуть не вскрикнула, но мигом позже сообразила, что это и есть моя тень – «тьма», как называл её профессор Липп. Но что она здесь делала? И почему не рассыпалась на части с приходом света?
Мне было немного страшно, и всё же я помнила, что я сама её создала. А потому наверняка была этой сущности хозяйкой. Покрутившись у моих рук, Тень вдруг приняла вполне отчётливые очертания меня самой. Это напомнило мне временного двойника, созданного Айлиан, вот только в этот раз на меня смотрела тёмная «я», сотканная исключительно из тьмы, но в целом весьма на меня похожая.
Улыбнувшись мне, Тень, никем не замеченная, направилась в сторону продолжавших разговор Себастьяна и Николаса. Они не увидели её, даже не обратили внимание на этот сгусток тёмной материи, что вился вокруг них. Но Тень всё это время была рядом.
Когда парни, обменявшись последними фразами, разошлись в разные стороны и ни один из них, благо, не отправился в мою, Тьма юркнула ко мне, а, точнее, сказать, буквально вошла в меня всем своим обликом, вновь став моей частью. Это было так странно, что я вначале не поняла, что за голоса раздаются в моём сознании. Но после, прислушавшись, я услышала конец диалога моих новых знакомых – Кота и Волка.
– Ты уверен, что это – она?! – спрашивал Себастьян, явно нервничая. – Ведь, если мы ошибёмся, то головы не сносить никому из нас…
– Она, - мягко мурлыкнул Николас в свойственной ему манере. – Да кто же ещё?! Он никого ещё так не обихаживал, чтобы…
– Замолчи, Ник! – бросил ему резко волчара. – Не хватало ещё, чтобы кто-то узнал об этом, и растрезвонил на всю Академию…
– Расслабься! – беспечность Николаса иногда просто поражала. – Главное, эта девчонка сейчас у нас. Хотя и сама не подозревает о своём истинном предназначении… Но когда всё случится…
Разговор резко прервался, а я почувствовала себя вдруг очень нужной вещью, которую кто-то собирался использовать по своему усмотрению. Конечно, имён они не называли, и всё же я чувствовала, что в их диалоге речь шла именно обо мне! А ещё это значило, что эти двое были заодно и плели за моей спиной какой-то заговор.
Сжав от злости кулаки и стиснув зубы, я решила во что бы то ни стало помешать планам этих наглецов, строящих свои планы за моей спиной. Обида тогда взяла надо мной верх, но звучный звонок на урок повелел мне вернуться в аудиторию, где меня ждало следующее занятие.
Глава 18
Права была та рыжая вампирша – скучнее урока «Анатомии существ» в преподавании древней, сморщенной, словно высохшая груша, профессора Киги, себе представить было сложно. Сколько лет было этой достопочтенной бабушке? Судя по внешнему виду, не меньше ста пятидесяти, но ведь люди столько не живут! Однако, если она не была человеком в полном смысле этого слова…
Профессор Киги засып а ла целых два раза в процессе прочтения лекции, при этом продолжая монотонно бубнить себе под нос давно заученные предложения и терминологию. Не знаю, как это ей удавалось, но мы зевали следом, поудобнее укладываясь на раскрытых перед нами тетрадях, девственно чистых, как и мой собственный разум относительно всех этих магических штук.
Отчаянные парни, не желающие дремать на лекции под бормотание древней старушки, на цыпочках крались к выходу, желая незаметно выскользнуть из аудитории. Но едва их руки касались дверной ручки, профессор Киги приподнимала одно из опущенных век, делала лёгкий пас рукой, и неудачливых беглецов ждала одна и та участь – триумфально и довольно-таки жёсткое возвращение за парту, строго на своё место.
Это шоу было единственно развлекательным моментом, и мне показалось, что пройдёт вечность прежде, чем закончится это занятие.
– Премилая бабулька, правда? – кто-то хихикнул мне над ухом, и я, резко обернувшись, едва не врезалась в круглое и бледное лицо Лиззи, что каким-то неведомым образом оказалась рядом со мной. Неужели так тихо подкралась?
– Д-да, - пробормотала я шёпотом, а после решила не показывать своей растерянности, а впредь быть внимательнее к академии и её обитателям. – Не понимаю, почему она до сих пор читает лекции адептам? Профессор Киги и себя, наверное, с трудом помнит…
– В том-то и дело, - усмехнулась Лиззи. – Она много раз получала расчёт по выходу на пенсию, но каждый раз забывала об этом, и возвращалась на работу как ни в чём не бывало. Руководство первое время пыталось объяснить ей это, напомнить, что она уже вольна от исполнения своих обязанностей, но… Она вспоминала, соглашалась, но каждую ночь всё повторялось с точностью до мелочей. И, в конце концов, все махнули на это рукой.
Мне даже стало жаль эту древнюю бабушку, хотя история была вовсе не печальной, а, скорее, весёлой. Но тут мне в голову пришло, что Лиззи могла бы кое-что знать о других двоих моих знакомых, и мне как-то аккуратно нужно было выспросить её об этом.
– Лиззи, - начала я, наблюдая, как голова профессора Киги вновь подозрительно склоняется на бок. – А что ты знаешь о Николасе и Себастьяне? Вы же знакомы?
Бледные щёки девушки тут же залились румянцем.
– О, Николас! – воскликнула она, мечтательно закатив глаза. – Он невероятно мил, не правда ли?! Неужели он и тебе тоже…?
Она не договорила, но я уже почувствовала нотку ревности в её голосе. А потому поспешила успокоить девушку.
– Что? Нет! Мне больше по нраву брюнеты…
– Значит, Себастьян? – вновь переменилась моя новая знакомая, вернув себе мечтательное выражение лица.
– Нет, нет, ты не так всё поняла, - попыталась остановить её я, пока Лиззи всё сама не додумала. – А ты что, с Николасом?..
– Нет! – настала очередь милой гаргулии подать возмущённый возглас, который, впрочем, тут же смягчился. – Но я, если честно, не отказалась бы…
– Лиззи! Коты же, они…
– Да-да, я всё знаю! – остановила она меня. – Похотливы, неверны и любвеобильны! Я всё это знаю, Росали, но…