Чтение онлайн

Иль-Примо поднял ладонь.

— Свободны.

Кузнецы загомонили вполголоса и потянулись к выходу. Кто-то обменивался рукопожатиями, кто-то молча шагал к дверям. Валерио прошёл мимо, демонстративно глядя перед собой. Торн уже исчез в коридоре, растворившись в полутьме вместе со своей кувалдой.

Я кивнул и двинулся следом за остальными.

Двери зала закрылись за последним претендентом, и тишина сгустилась. Факелы потрескивали в держателях, отбрасывая длинные рыжие языки по стенам. Где-то в глубине горы ворочался вулкан, посылая сквозь базальтовые плиты едва ощутимую вибрацию.

Иль-Примо стоял у перил ложи, положив обе ладони на отполированный камень. Белоснежный фартук мерцал в полумраке.

— Ну? — Мастер Гор первым нарушил молчание. Грузный бронник опустился на скамью и вытянул ноги, массируя колено. — У кого какие мысли?

Леди Сильвия подошла к столу, на котором помощники уже расставили кувшин с водой и глиняные чашки.

— Торн, — сказала она, наливая себе воды. — Вне обсуждений — его кувалда и техника давления выжали из Серого Железа чистоту, которой я не видела последние двенадцать лет на Предварительном Круге.

— Согласен, — буркнул Гор. — Парень работает так, будто родился с молотом в руках. Каждый удар на вес — ни грамма лишнего. Откуда он вообще?

— Глубокие Руды, — Октавио говорил, разглядывая свои длинные пальцы. — Рудничный посёлок на южном склоне. Там добывают бурую руду для корабельных заклёпок. Серое Железо для них — хлеб насущный. Торн ковал его с детства. К тому же, он практик самородок, что тоже немаловажно.

— Это объясняет кувалду, — кивнула Сильвия.

— Девчонка с Гряды тоже хороша, — Гор потёр подбородок. — Зуб у неё вышел грубый, спору нет, но ты видела, как он сидел в базальте? Его клещами еле вытащили. Это плотность, которая берётся только из правильного внутреннего жара. Ветер, а работает как Огонь.

— Арно не зря с ней возится, — согласился Октавио.

Сильвия поставила чашку и повернулась к Иль-Примо. Грандмастер по-прежнему стоял у перил, глядя на пустой зал.

— А вам, Мастер, кто приглянулся?

Иль-Примо молчал.

Он думал о пепельноволосом юноше и о его кувалде-талисмане. Торн закончил первым, раскол его зуба был безупречен, и сила, которую он вкладывал в каждое давящее движение, впечатляла. Лучший кузнец из пятнадцати. Очевидно. Бесспорно. Если мерить мастерство чистотой металла и скоростью работы, Торн стоял выше остальных.

Но Грандмастер думал о другом. О том, как северянин поймал раскалённый осколок голой рукой и спокойно опустил его на наковальню. Как произнёс свои слова, глядя великану в глаза — без крика и позёрства, без демонстрации силы ради силы. «Бросать заготовку в практика Огня шестой ступени — всё равно что плевать в горн и ждать, что он потухнет». А потом вернулся к своей работе, будто ничего особенного не случилось.

У Торна есть мощь, у этого Кая с Севера нечто иное — спокойствие, которое приходит к людям, прошедшим через такой жар, после которого обычное пламя перестаёт пугать. Простота человека, для которого кузня давно перестала быть местом работы и стала частью дыхания. Внутренняя ось, которая держала его ровно и в момент саботажа на первом испытании, и когда ему швырнули железо в лицо, и когда он допустил ошибку и сам же её исправил.

Гильдии сейчас не хватало именно этого. На пороге большой войны, когда Альдория и Лига готовились сцепиться за контроль над проливами, когда Каганат закупал сталь тоннами, а Совет Искр погряз в склоках и торговле местами, Иль-Ферро нуждался в людях, чья прочность шла изнутри. Торн был идеальным клинком, а Кай — горном, который может согреть тех, кто рядом.

Но вслух Грандмастер сказал другое.

— Предварительный Круг — это сито, — произнёс он медленно, отворачиваясь от перил. — Рано делать выводы. Настоящее мастерство раскрывается в Нижнем Круге, когда кузнец остаётся один на один с горой.

Гор хмыкнул. Октавио приподнял бровь. Сильвия чуть улыбнулась и пригубила воду.

В боковую дверь постучали. Вошёл молодой помощник с кожаной папкой под мышкой.

— Мастер Иль-Примо. Карточки подготовлены.

— Давай, — кивнул Грандмастер.

Помощник раскрыл папку и выложил на стол пятнадцать прямоугольных пластинок из полированной бронзы. На каждой было выгравировано имя претендента. Буквы блестели в свете факелов.

Иль-Примо собрал карточки веером и разложил перед членами Совета.

— Второе испытание Нижнего Круга, — начал он, обводя взглядом соратников. — «Жила».

Гор подался вперёд. Октавио оторвался от своих пальцев.

— Кузнец, который умеет ковать, но не умеет найти сырьё, подобен рыбаку с крепкой сетью на берегу сухого озера, — Иль-Примо говорил размеренно. — Прежде чем мастер встанет к Великому Горну, он должен доказать, что способен уйти в гору, прочитать её язык и вернуться с тем, что она согласилась отдать. Нижние штольни Иль-Ферро дают нам всё, что нужно для ковки: жильный кварц, бурую руду, серное железо, вулканический шлак, но лучшие залежи прячутся глубоко. Добраться до них можно только по Кишкам — старым лавовым трубам, которые пронизывают гору от подножия до жерла. Там жарко, тесно и темно. Газовые карманы, обвалы, выходы горячих ключей. Место для тех, кто знает камень и доверяет собственному чутью.

Он сделал паузу.

— Испытание проходит парами, на это есть причина — в Кишках кузнец один не выживет. Один держит факел, другой работает. Один страхует верёвку, другой спускается. Один определяет жилу, другой вскрывает породу. Так было всегда, с первого дня, когда наши предки нашли первую руду в брюхе этого вулкана.

— Но в паре должен остаться один, — подхватил Октавио, на его губах играла тонкая усмешка.

— Верно, — кивнул Иль-Примо. — Каждая пара получает одну задачу: найти и извлечь образец заданной породы. Кто из двоих принесёт образец лучшего качества, тот проходит дальше. Второй покидает Нижний Круг.

— Партнёр и соперник в одном лице, — Сильвия задумчиво повертела свою чашку. — Помогать друг другу, чтобы выжить и превзойти друг друга, чтобы остаться.

— Именно, — Грандмастер кивнул. — Кишки Иль-Ферро не прощают жадности, но и щедрость в них не вознаграждается. Мастер должен найти равновесие. Это и есть суть испытания.

Иль-Примо разделил карточки на пять стопок по три и положил их перед каждым членом Совета. Одну стопку оставил себе.

— Распределяем по обычаю. Каждый выкладывает одно имя. Следующий кладёт к нему пару. Дальше по кругу. Нечётная пятнадцатая карточка пойдёт в тройку к уже составленной паре — тройка работает по тем же правилам, но проходит лишь один из троих.

Гор взял свои карточки и перебрал их толстыми пальцами.

— Начинаю, — пробасил он.

Тяжёлая рука опустила бронзовую пластинку на стол. Имя блеснуло в свете факела. Началась жеребьёвка.

Сильвия положила вторую карточку рядом с первой. Пара. Октавио выложил следующее имя, Гор подобрал ему партнёра. Иль-Примо добавил третью пару.

Карточки ложились на стол одна за другой, образуя ряды. Бронза тихо позвякивала о каменную поверхность. Совет работал молча, сосредоточенно, лишь изредка обмениваясь короткими взглядами.