Сияние снегов (сборник), Чичибабин Борис Алексеевич

Сияние снегов (сборник)

Чичибабин Борис Алексеевич

Шрифт:

Современные ямбы

Не верю сызмала словам я,тружусь, как пахарь, за столом.Мы ж рушим мир до основаньяи ничего не создаем.Звезда имперская погасла,все стало задом наперед –сидим без сахара и масла,а президенты делят флот.Уж так, Россия, велика ты,что не одну сгубила рать, –нам легче взлезть на баррикады,чем в доме чуточку прибрать.Одни дружки в Советах рады –избыли совести рубеж,для рыл престижные окладыпоназначав самим себе ж.Как тут невежды и невежигуртом из дыр в поводыри!А ты трудись, с утра не евши,да их же и благодари.Попал из безвести как раз тына погребение страны,чьи социальные контрасты,как в зоне нож, обострены.Сидишь, не чуя ног разутых,в конфорке газу не зажеги, как мешается рассудок,печально чувствуешь, дружок.Во времена живешь не те ты –гроша не стоят ум и честь,сплошные суверенитетыи очень хочется поесть.

О, быть бы заодно со всеми,к харчам всеобщим приобщаться!Но Богом брошенное семямне не сулит такого счастья.Я верен Богу одинокуи, согнутый, как запятая,пиляю всуперечь потоку,со множеством не совпадая.Что нет в глазах моих соринок,не избавляет от нападок.Я всем умом моим за рынок,но сердцем не люблю богатых.Я не могу, живу покуда,изжить евангельские толкинасчет иголки и верблюда,точней, отверстия в иголке.Зачем мне дан был дар певучийи светопламенные муки,когда повсюду мрак паучийи музы, мрущие, как мухи?Неужто ж так мы неумелыв своих стараньях многосильных,что есть у нас миллионеры,но нет товара в магазинах?Над нами, нищими у храма,как от зачумленных отпрянув,смеется сытая рекламас глумящихся телеэкранов.О дух словесности российской,ужель навеки отмерцал ты?А ты погнись-ка, попросись-ка:авось уважат коммерсанты.Тому ж, кто с детства пишет виршии для кого они бесценны,ох как не впрок все ваши биржи,и брокеры, и бизнесмены!Но пусть вся жизнь одни утраты –душе житьем не налякаться,с меня ж – теши хоть до нутра ты –не вытешешь американца!Да знаю, знаю, что не выйтинам из процесса мирового,но так и хочется завыти,сглотнувши матерное слово.

Среди родного бездорожья,как от голгофского креста,на нас ниспала кара Божья –национальная вражда.В дарах вседневных не скудея,равняя всех одним концом,несть эллина ни иудеяпред человечества Отцом.Мне каждой ночью лица снятся,что красят вечности простор.Я в чарах их не вижу наций,но чаю братьев и сестер.Мы пили плеск одной криницы,вздымали хлеб одних полей, –кто б думать мог, что украинцывозненавидят москалей!Но, как слепцы б нас ни разнили,в той розни выплывет не раз,что лучшими людьми Россиииз рабства вызволен Тарас.Кого судьба с другими месит,кто в общем нищенстве возрос,тому и в голову не влезетрешать этнический вопрос.Когда ко мне, как жар, нагая,ты льнешь, ласкаясь и любя,я разве думаю, какаянациональность у тебя?Душа, свергая в перегрузкахшовинистический дурман,болит за молдаван и русских,азербайджанцев и армян.Откуда ж пагуба такаяна землю тысячи племен?Какому бесу потакая,друг друга губим и клянем?

Всю жизнь страшась кровопролитий,крещен тюрьмою да сумой,я связан тысячами нитейс простонародною судьбой.Душе не свойственно теряться,когда на ней судьбы чекан.В России бунта и тиранствая дух склонял к бунтовщикам.Под старость не переродишься,я сам себя не сочинил:мне ближе Герцен и Радищев,чем Петр Аркадьевич иным.Еще не спала чешуя с нас,но, всем соблазнам вопреки,поэзия и буржуазность –принципиальные враги.Я ж в недрах всякого режиманад теми теплю ореол,кто вкалывал как одержимыйи ни хрена не приобрел.Как мученики перед казнью,нагие, как сама душа,стихи обходят с неприязньюбарышника и торгаша.Корыстолюбец небу гадок.Гори, сияй, моя звезда!В России бедных и богатыхя с бедняками навсегда.1991

Сонеты

Воскресный день

В воскресный день с весельем невезенье –оно давно у нас отменено.Наводит телик панику на семьи,приелась вдрызг эротика в кино –и, как всегда, все к водке сведено,и уж нельзя взирать без омерзенья,как мы проводим наши воскресенья.Да сам-то я хоть чем-нибудь иной?К чужим страну бездумчиво ревную.Пойду вздремну, потом пойду в пивную.Там воздух сиз от дыма и кощунств.Грохочет рок. Ругают демократов.Взял кружку впрок, печаль в нее упрятав,и на пропащих девочек кошусь.

Письмо из Америки

Ты мне призывных писем не пишив заморский рай земного изобилья:с моей тоски там как бы не запил я,там нет ни в чем ни духа, ни души.Мне лучше жить в отеческой глуши,где каждый день вдыхаю Божью пыль я,где степь ковылья да рысца кобылья,где ляг в траву и дальше не спеши.Я не сужу, я знаю, почему тыоставил землю бедности и смуты,где небу внемлют Пушкин и Толстой,и проку нет с предавшим пререкаться.Стихи – не довод для американца.Я обойдусь любовью и тоской.

Всё не так

С тех пор как мы от царства отказались,а до свободы разум не дорос,взамен мечты царят корысть и завистьи воздух ждет кровопролитных гроз.Уже убийству есть цена и спрос.Не духу мы, а брюху обязалисьи в нищете тоскуем, обазарясь,что ни одной надежды не сбылось.Какой же строй мы будущему прочим,где ходу нет крестьянам и рабочим,где правит вор, чему барышник рад?Но, коль уж чтец страстей новозаветныхна стороне богатых, а не бедных,тогда какой он к черту демократ?

Село

На кой мне ляд проваливаться в ад?Бродить по раю, грешный, не желаю.Зато в селе всему, что помню, рад:дымку печей, кудахтанью и лаю,шатрам стогов и шаткому сараю,где дышит хмель и ласточки шалят.Страды крестьянской праведность и ладв крови храню и совесть с ней сверяю.До зорьки встать, быть к полдню молодцом,разлечься на ночь к воздуху лицом,охапку снов поклавши в изголовье.Нет, сельский дух и в храме не изъян:и красота корнями из крестьян,ей и дерьмо коровье на здоровье.

Снег

А ну, любовь, давай в оконце глянем –в душе разор, а в мире красота.Что за зима, как будто в детстве раннем,трескучим светом пышно разлита!Белым-бело, а зорька золота.И год пройдет, а в город не нагрянем,к щеке щека прильнув к искристым граням,не для людей отливы изо льда.А Бог дохнет – и с неба хлынут хлопьяи белизну сияньем обновят.Нет, Божий мир ни в чем не виноват.Он бел и свеж до неправдоподобья.Бездарна жизнь, но в двух вещах мудра:есть огнь и снег, все прочее – мура.

Смута на Руси

Толкуют сны – и как не верить сну-то?Хоть все потьмы слезой измороси.Услышу: «Русь», а сердце чует: «смута»,и в мире знают: смута на Руси.А мы-то в ней как в речке караси.А всей-то жизни час или минута.И что та жизнь? Мила ль она кому-то?На сей вопрос ответа не проси.А вот живу, не съехавши отсюда!Здесь наяву и Чехов жил как чудо,весь мир даря вниманьем и тоской.Есть смуте срок. Она ж неуморима,моя Россия – Анна и Маринаи Божьи светы – Пушкин и Толстой.1960-е, 1990-е

Песенка на все времена

Что-то мне с недавних порна земле тоскуется.Выйду утречком во двор,поброжу по улицам, –погляжу со всех дорог,как свобода дразнится.Я у мира скоморох,мать моя посадница.Жизнь наставшую не хай,нам любая гожа, –но почто одним меха,а другим рогожа?Ох, империя – тюрьма,всех обид рассадница, –пропадаем задарма,мать моя посадница!Может, где-то на лунезнает Заратустра,почему по всей странена прилавках пусто,ну а если что и есть,так цена кусается.Где ж она, благая весть,мать моя посадница?Наше дело – сторона?Ничего подобного!Бей тревогу, старина,у людей под окнами!Где обидели кого,это всех касается, –встанем все за одного,мать моя посадница!Ни к кому не рвусь в друзьядо поры до времени,но, по-моему, нельзязло все видеть в Ленине.Всякий брат мне, кто не кат,да и тот покается.Может, хватит баррикад,мать моя посадница?У Небесного Отцаславны все профессии:кто-то может без концазаседать на сессии.Не сужу их за тщету,если терпит задница.Наше время – на счету,мать моя посадница!А роптать на жизнь не след:вовремя – не вовремя, –коль явились мы на свет,так уж будем добрыми,потому что лишь добромбелый свет спасается.Как полюбим – не умрем,мать моя посадница!Не впервой, не сгоряча,сколь чертям не тешиться,наше дело – выручатьиз беды отечество.Нам пахать еще, пахать –и не завтра пятница.Все другое – чепуха,мать моя посадница!1989

В бессонную ночь думаю о Горбачеве

Всю ночь не сплю. Все ночи, Бог ты мой,душа вопит на плахе перекладин.С ней плачут кошки – просятся домой,а дома нет, дом кем-то обокраден.И вот, бесовством общим не задет,не столь по разуменью, сколь по зову,поскольку он уже не президент,шепчу сквозь боль спасибо Горбачеву.Его бытье молвой не обросло,без добрых слов прошла его минута.Да был ли он? Молчат добро и зло.Всем не до них, но надобно ж кому-то.В ком брезжит свет, тот чернью не щадим.Вот и сидим без света и без хлеба.Влип Михаил Сергеевич одинв ту распрю зол, как справа, так и слева.Он мнил, что революционный духв сердцах людей еще не уничтожен,меж тем как дух в соратниках протухи стал, как смерть, всем россиянам тошен.Не верить грех, что вправду он хотел, –и верой той пожизненно блажен я, –прозрев душой, от наших страшных делне разрушенья, но преображенья.Когда в свой срок пришла его пораи в суете подрастерялась челядь,он выдал нам хоть толику добра,а большего ему не дали сделать.Да и не мог: хоть не о небе речь,на холм и то без Бога не взобраться,тем паче мир от войн не уберечь,не превратить империи в собратство.Но если мы нуждой обозленыи за труды земные не почтенны,в том нет его особенной вины,он до того силком сошел со сцены.Мы с той поры и дышим вполудых,творим врагов, потворствуем угару,как он пропал с экранов голубыхс Раисою Максимовной на пару…Нам не дано в отеческой звездевообразить лампаду африканца,но суждено невзлюбливать вождейи от святынь кровавых отрекаться.Всю ночь не сплю, раскаяньем томим,вдыхаю дым непокарманной «Варны»,под плач кошачий думаю: кто мы?Так недобры и так неблагодарны.Политика – бесовская игра,и нас, объятых ею, коль почел онбезумцами, разрушившими храм,кому о том поспорить с Горбачевым?Не нам судить, – лишь боль разбередим, –кто виноватей в роздури базара,он перед нами, мы ли перед ним, –но есть Судья, и по заслугам кара.1992

Плач по утраченной родине

Судьбе не крикнешь: «Чур-чура,не мне держать ответ!»Что было родиной вчера,того сегодня нет.Я плачу в мире не о той,которую не зряназвали, споря с немотой,империею зла, –но о другой, стовековой,чей звон в душе снежист,всегда грядущей, за когомы отдавали жизнь.С мороза душу в адский жарвпихнули голышом:я с родины не уезжал –за что ж ее лишен?Какой нас дьявол ввел в соблазни мы-то кто при нем?Но в мире нет ее пространстви нет ее времен.Исчезла вдруг с лица землитайком в один из дней,а мы, как надо, не смоглии попрощаться с ней.Что больше нет ее, понятьживому не дано:ведь родина – она как мать,она и мы – одно…В ее снегах смеялась смертьс косою за плечоми, отобрав руду и нефть,поила первачом.Ее судили стар и мал,и барды, и князья,но, проклиная, каждый знал,что без нее нельзя.И тот, кто клял, душою крепи прозревал вину,и рад был украинский хлебмолдавскому вину.Она глумилась надо мной,но, как вела любовь,я приезжал к себе домойв ее конец любой.В ней были думами близкиБаку и Ереван,где я вверял свои вискипахучим деревам.Ее просторов широтабыла спиртов пьяней…Теперь я круглый сирота –по маме и по ней.Из века в век, из рода в родвенцы ее племенБог собирал в один народ,но божий враг силен.И, чьи мы дочки и сыныво тьме глухих годин,того народа, той страныне стало в миг один.При нас космический костербеспомощно потух.Мы просвистали свой простор,проматерили дух.К нам обернулась бездной высь,и меркнет Божий свет…Мы в той отчизне родились,которой больше нет.1992

А я живу на Украине

Извечен желтизны и сини –земли и неба договор…А я живу на Украинес рождения и до сих пор.От материнского началасветила мне ее заря,и нас война лишь разлучалада северные лагеря.В ее хлебах и кукурузкемальчишкой, прячась ото всех,я стих выплакивал по-русски,не полагаясь на успех.В свой дух вобрав ее природу,ее простор, ее покой,я о себе не думал сроду,национальности какой,но чуял в сумерках и молньях,в переполохе воробьеву двух народов разномовныходну печаль, одну любовь.У тех и тех – одни святыни,один Христос, одна душа, –и я живу на Украине,двойным причастием дыша…Иной из сытых и одетых,дав самостийности обет,меж тем давно спровадил детокв чужую даль от здешних бед.Приедет на день, сучий сыне,и разглагольствует о ней…А я живу на Украине,на милой родине моей.Я, как иные патриоты,петляя в мыслях наобум,не доводил ее до рвотыречами льстивыми с трибун.Я, как другие, не старалсялюбить ее издалека,не жив ни часа без Тараса,Сковороды, Кармелюка.Но сердцу памятно и свято,как на последние рублидо лавры Киевской когда-токрестьяне русские брели.И я тоски не пересилю,сказать по правде, я боюсьза Украину и Россию,что разорвали свой союз.Откуда свету быть при тучах?Рассудок меркнет от обид,но верю, что в летах грядущихнас Бог навек соединит…Над очеретом, над калинойсияет сладостная высь,в которой мы с Костенко Линой,как брат с сестрою, обнялись.Я не для дальних, не для близкихсложил заветную тетрадь,и мне без песен украинскихне быть, не жить, не умирать.Когда ударю сердцем об земь,а это будет на заре,я попрошу сыграть на кобзепоследнего из кобзарей.И днем с огнем во мне гордынинациональной не найдешь,но я живу на Украине,да и зароете в нее ж.Дал Бог на ней укорениться,все беды с родиной деля.У русского и украинцаодна судьба, одна земля.1992

1-9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23-28

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Сияние снегов (сборник)

Чичибабин Борис Алексеевич

Шрифт: