Чтение онлайн

Она обхватывает себя руками и раскачивается на каблуках взад-вперед.

Хана смотрит на сестру, и у нее как-то странно гудит в голове. Жуткий жар отхлынул, сменившись чем-то холодным и мрачным.

– Что-что? – Она понятия не имеет, откуда взялось это самообладание. – Ты была там, когда погиб Лиам? Была в байк-парке?

– Ты ведь об этом говорила? – Джо бледнеет, на лбу проступают бусинки пота. – Что ты все знаешь. Что я была с ним, когда произошло несчастье.

Наступает жуткая напряженная тишина.

– Нет, – наконец говорит Хана. – Я узнала о вашем романе, интрижке, или как там еще это назвать. Вот и все. – От этих слов во рту горчит. – Не об этом. Не о том, что ты была с ним, когда он погиб, и бросила его.

Она не в состоянии это осознать. Хана столько раз мысленно проигрывала последние секунды жизни Лиама, перебирая отчеты криминалистов, что ей уже начало казаться, будто она при этом присутствовала. Новая картина никак не складывается, из головы никак не хочет выходить образ, за который она цеплялась.

– Я запаниковала, Хана, вот и все. Клянусь, я много раз собиралась тебе рассказать, но не могла это сделать сразу после его смерти, а потом у меня никак не получалось. Я открывала рот или начинала писать, и слова не шли. – Джо поднимает голову, чтобы встретиться с ней взглядом. – Я не хотела рассказывать тебе вот так, ты же понимаешь. Только не так. Я собиралась сделать все как надо, но потом случилось несчастье с Беа, с Сетом… – В ее глазах проступают слезы. – Никак не находился подходящий момент.

– Беа знала, да?

Хана смотрит на ползущего по внутренней части коврика для йоги жука, который уже подбирается к руке Джо.

Джо кивает – резко, как марионетка:

– Да. Она увидела фотографию у меня в телефоне и сложила два и два. Несколько недель назад мы с ней сцепились, и все вышло наружу. Она велела рассказать тебе. Я пообещала сделать это здесь, когда мы поедем в отпуск. В тот вечер, когда Беа приехала на остров, она позвонила мне и спросила, рассказала ли я тебе.

– И тогда ты с ней встретилась, верно? Именно ты выходила в ту ночь с виллы.

– Ты знала, что это я? – Джо крепче сжимает коврик для йоги.

– Калеб подслушал твой разговор с Сетом.

Когда жук добирается до большого пальца Джо, она смотрит на него и смахивает.

– Беа попросила встретиться с ней. Я понятия не имею, почему она решила поговорить именно там и немедленно. Настроение у нее было странное, она все твердила, что нужно все исправить. – Джо хмурится. – Но мы все прояснили, клянусь. Я обещала рассказать тебе на следующий день, и ее это удовлетворило.

– И ты оставила ее на пляже?

– Да. Она сказала, что сходит за вещами, а потом придет на виллу. Хотела устроить всем вам сюрприз.

– А как же это? – Хана достает из кармана разбитый телефон Беа. – Я нашла его в твоей комнате. – Ее голос ломается. – Ты взяла ее телефон, Джо. Вместо того чтобы отдать его полиции. Ты сломала его, вытащила карту памяти. Зачем?

Джо потрясенно смотрит на нее:

– Я его не разбивала, а уже нашла таким тем утром, когда обнаружили Беа. Я увидела его под горшком с растениями в павильоне для йоги. Карты памяти в нем уже не было.

Хана размышляет над ее словами, и в уголке сознания зарождается одна мысль.

– Вот, значит, что ты искала в павильоне после моего разговора с детективом. Я тебя видела. Ты понимала, как будет выглядеть ваша переписка, когда выяснится, что именно ты встречалась той ночью с Беа. Как это будет выглядеть без контекста.

От ее слов Джо ежится.

– Да, и я чувствую себя полной сволочью, Хана, но я не знала, что еще делать. Я не нашла карту памяти, честное слово. Либо она до сих пор где-то там, либо ее забрал тот, кто разбил телефон. – Она встречается с Ханой взглядом. – Я поступила глупо, импульсивно, как всегда, но и пальцем не тронула Беа. Ты сама это знаешь.

– Но ты бросила Лиама…

Хана никогда прежде не слышала в голове такого громкого жужжания, словно череп наполнен стайкой крохотных злобных мух.

Джо не отвечает, просто делает шаг в ее сторону, но Хана отшатывается, вставая на траву.

– Ты его бросила, Джо, – выплевывает Хана. Жужжание в голове превращается в странный заряд электричества. – Ты оставила его там умирать.

Она представляет, как Джо могла бы рассказать ей о последних минутах Лиама. Как его везли в больницу, домой. Вспоминает похороны. И недели, последовавшие за этим.

В ее голове проносятся мгновение за мгновением, и Джо отняла их все, теперь Хана всегда будет вспоминать об этом с ненавистью.

А хуже всего, что Джо украла у нее единственную оставшуюся ценность.

Память о Лиаме.

– И думаешь, тебе это сойдет с рук? Ты украла у меня все, вот что ты сделала. Забрала все.

– Не понимаю, о чем ты…

Джо не смотрит на нее, и Хана понимает почему. Джо, как никто другой, знает, что она всегда обкрадывает людей. Джо украла ее хобби, друзей, все присвоила себе. На короткое время Джо ощущала прилив энергии только потому, что кого-то победила.

– Тогда я тебе объясню.

Хана перечисляет все, хладнокровно, жестко: все мелочи, которые лишь ее сестра может считать важными или вообще помнить. Припоминает язвительные комментарии Джо, и как та занялась фигурным катанием только потому, что им занималась Хана, и как тренировалась, пока не превзошла сестру. Как выставлялась перед Беа, когда у нее что-то получалось, и как пыталась невзначай принизить чужие достижения, когда их хвалил кто-то другой.

Слова продолжают литься. Хана чувствует жар, череп раскалывается.

Джо смотрит на нее молча, но ее поза слишком красноречива – плечи поникли, голова опущена. Слова достигли цели. Наконец-то что-то пробило барьер.

– Прости, – в конце концов говорит она, захлебываясь слезами. – Мне страшно жаль.

Это худшее, что она могла бы сказать. Хана хочет услышать в ответ что-нибудь более существенное, с чем могла бы поиграться и опровергнуть. Ей не нужны извинения Джо, они вызывают жалость, а этого ей точно не нужно. От жалости она чувствует себя глупой и никчемной, а ей хочется отхлестать Джо по щекам.