Чтение онлайн

Элин выглядывает наружу. Она никак не может решить: если последовать его совету, они рискуют безопасностью персонала. Но если ничего не предпринять, найти Фарру будет еще сложнее. Если они расширят зону поисков, самое очевидное место – каменоломня и пещера, но она не хочет никого туда отпускать.

– Нет, не стоит…

Ее заглушает громкий треск рации Джареда и внезапный поток слов.

– Алло. – Он подносит рацию к уху. – Можете повторить?

Человек с того конца повторяет, но слов не разобрать.

Кто бы это ни был, он явно снаружи, слышны завывания ветра.

– Я найду место потише, – говорит Джаред и скрывается в комнате за стойкой администрации.

Элин переступает с ноги на ногу, от нервной дрожи сводит живот.

Через несколько секунд Джаред снова появляется.

– На скалах нашли сумку. Говорят, похожа на сумку Фарры.

Элин поворачивается к Стиду:

– Я пойду туда. А ты начни опрашивать персонал.

Выйдя наружу, Элин как будто попадает в другой мир. Унылый пейзаж всего за несколько минут превратился в нечто дикое, первозданное. Небо затянуто тучами, море покрыто волнами с белыми барашками.

– Они еще там? – спрашивает она.

– Да.

Джаред бежит впереди нее по лестнице к пляжу.

Элин следует за ним. У моря порыв ветра поднимает горсть песка и швыряет ей в лицо. Элин трет глаза, а Джаред ведет ее налево, мимо пляжного сарая. Его заперли, но в спешке – одна стойка для каяков осталась снаружи. Ветер треплет ее, и каяк раскачивается из стороны в сторону.

– Вот тут.

Джаред поднимает руку и показывает.

Подняв голову, Элин видит у скал размахивающего рукой мужчину. Это Майкл Циммерман. На нем тонкий расстегнутый дождевик, под рубашкой поло выпирает круглый живот. И снова в голове Элин мелькает узнавание.

Почему она никак не может вспомнить, где его видела?

Через несколько минут они останавливаются рядом с ним, тяжело дыша.

– Я ничего не трогал. – Майкл указывает на сумку. – Как только ее увидел, сразу же позвонил по рации. – Он качает головой: – Ничего не понимаю. Мы же начали поиски с этого места. Здесь ничего не было.

Элин переводит взгляд на большую сумку, лежащую наполовину на скалах, а наполовину на пляже. Она открыта, и содержимое высыпалось на песок – расческа, футляр для солнцезащитных очков, выдавленный тюбик крема от загара. Но ее внимание привлекают не вещи, а сама сумка. Темно-бежевого цвета, с широкой лямкой… Это точно сумка Фарры.

Но почему она оказалась именно здесь? Допустим, ее выбросил похититель, но почему здесь? Отсюда видно только море. Серовато-синяя ширь, с каждой минутой становящаяся все более сердитой.

Мысли вихрем проносятся в голове. Отсюда некуда деваться, только уплыть с острова. Может быть, сумку положили сюда специально? В качестве приманки или отвлекающего маневра?

Или Фарра сбежала, испугавшись угроз? Вполне вероятно, она нашла способ уплыть с острова.

Но есть и еще один вариант, и при мысли о нем у Элин сжимается сердце. А если Фарра скрылась по собственной воле? По причине, о которой даже думать не хочется? Вдруг она поставила ту заставку на компьютер, чтобы сбить их с толку?

Пока что Элин не может отбросить мысль о том, что Фарра каким-то образом вовлечена в дело. Она ведь солгала полиции, а причину подтверждают только слова Уилла. Может, он о чем-то не знает и Фарра так отчаянно пыталась это скрыть, что солгала в суде? Не могут ли ее вопросы о школе быть связаны с этим?

Голова разрывается от противоречивых сценариев. Элин вытаскивает из кармана телефон. Присев, фотографирует сумку, а потом надевает чистые перчатки и роется в содержимом. Все узнаваемо – футляр для очков, расческа, ежедневник. Она уже собирается закрыть сумку, как вдруг замечает клочок бумаги, торчащий из записной книжки.

У нее учащается пульс.

Рваные края. Как на листке из блокнота в кабинете Фарры.

Она осторожно разворачивает листок, ее взгляд прикован к написанным вручную буквам на самом верху. И опять то же самое.

Остаток слова, которое было написано на том листке из мусорной корзины.

Теперь она точно знает это слово: школа.

Она была права, Фарра записала название школы – «Дом на скале».

Но на странице не только это.

Ее взгляд опускается ниже. Там написано имя.

Майкл Циммерман.

Элин не поворачивается, и листок в ее пальцах колышется на ветру.

В глубине души она всегда знала, что школа связана и с текущим расследованием, и с убийствами Кричера. Фарра явно пришла к тому же выводу. Но как школа связана с Майклом Циммерманом? Элин вспоминает, что он на нее смотрит, и по ее затылку бегут мурашки.

Она медленно поворачивается, держа перед собой листок.

– Я нашла это в сумке Фарры. Она записала название старой школы. И под ним – ваше имя. Вы знаете, что это значит?

Майкл смотрит на записку, а потом кивает:

– Насколько я понимаю, она проводила самостоятельное расследование. – Так, значит, Фарра сама пыталась найти информацию. Покосившись на Джареда, Майкл понижает голос до шепота: – Но вряд ли то, что она мне рассказала, предназначено для широкой публики.

Элин делает шаг в сторону, и теперь Джаред их не слышит.

– Если она рассказала, что была на острове во время убийств Кричера, то я уже в курсе.

Плечи Майкла расслабляются. Он кивает:

– Она спрашивала, что я знаю про школу. Сказала, что кто-то запугал ее друзей до смерти, когда они приехали на остров, в международный лагерь, но она никогда толком не понимала, в чем дело. Проклятие, и как оно связано со школой. Сказала, что это всегда ее беспокоило.

– А она сказала, кто с ней говорил?

Он качает головой.

Элин снова смотрит на листок, в голове бурлят мысли. Если Фарра пыталась раздобыть сведения о школе, значит, та определенно играет роль в деле.

– А почему она обратилась к вам?

– Фарра услышала, как я разговаривал с тем художником, о котором упоминал, – тем, кто учился в школе. Она решила, что я могу что-то знать.

– И вы знаете?

Ее вопрос прерывается пронзительным криком чайки, проносящейся над головой.

Поначалу он молчит, но потом кивает:

– Когда мы с вами разговаривали, я не рассказал всего. Тот художник очень разволновался, увидев здесь свой гобелен. – Слегка поморщившись, Майкл теребит свою бейсболку. – Мы разговорились, и он немного просветил меня насчет того, что творилось в школе. Насколько я понял, весьма странные наказания.