Чтение онлайн

Я делала вид, что читаю, медленно переворачивая страницы и иногда касаясь пальцами губ, как будто задумавшись над прочитанным. На самом деле я не понимала ни слова — книга оказалась на каком-то древнем языке, — но это было неважно. Важно было другое.

Через какое-то время я потянулась, выгибая спину и запрокидывая голову, и услышала, как за моей спиной что-то глухо ударилось о пол. Обернувшись, я увидела Элиана, который стоял, глядя на упавшую книгу у своих ног, словно не понимая, как она там оказалась.

— Все в порядке? — спросила я невинно.

— Да, — его голос прозвучал напряженно. — Просто... выскользнула.

Он наклонился, поднял книгу, и я заметила легкую дрожь в его руках, когда он ставил ее обратно на полку.

Я улыбнулась про себя и вернулась к разглядыванию неизвестных букв в книге.

Еще через несколько минут Элиан резко развернулся и направился к выходу из библиотеки, двигаясь быстро, почти поспешно, словно спасался от чего-то опасного.

— Уходишь уже? — окликнула я его, и он замер в дверном проеме.

— Мне нужно проверить восточное крыло, — ответил он, обернувшись ко мне. — Там несколько окон требуют осмотра.

— Как скажешь, — я снова потянулась, на этот раз поднимая руки над головой так, что халат натянулся на груди, подчеркивая каждый изгиб. — Я еще немного почитаю.

Он застыл на мгновение, а затем практически выбежал из библиотеки, и его шаги быстро затихли в коридоре.

"Раз", — мысленно отметила я, откладывая книгу в сторону и довольно улыбаясь.

На следующий день я устроила ему вторую провокацию.

Я знала, что после обеда Элиан всегда проводит время в своем кабинете — небольшой комнате на первом этаже, где он занимался административными делами: выслушивал отчеты старост через зеркальную паутину, планировал работы по замку, вел записи о состоянии долины. Это была его ритуальная часть дня, священная и неприкосновенная, как и все в его жизни.

Именно поэтому я решила вторгнуться именно туда.

Я подождала минут двадцать после того, как он закрылся в кабинете, чтобы он успел углубиться в работу и расслабиться в своей предсказуемой рутине. Затем постучала в дверь — легко, почти игриво — и не дожидаясь ответа, вошла.

— Элиан, мне нужна твоя помощь, — начала я, закрывая за собой дверь.

Он сидел за своим рабочим столом — массивным, из темного дерева, на котором все было расставлено с педантичной точностью: чернильница строго по центру, перо параллельно краю стола, стопки бумаг выровнены с математической аккуратностью. Большое зеркало для связи висело на стене справа от него, сейчас оно было неактивным, отражая только комнату.

Он поднял голову, и я увидела, как его взгляд скользнул по мне, отмечая каждую деталь моего сегодняшнего наряда.

Я выбрала одно из платьев, которое по моим эскизам сшила Иви — синее, струящееся, с серебряной вышивкой. Оно было элегантным, закрытым до самой шеи спереди, с длинными рукавами и подолом до пола. Идеальный образ скромности и приличия.

Если не считать того факта, что спина у платья была полностью открыта — от основания шеи до самой талии, где ткань скреплялась лишь тонкими серебряными цепочками, которые создавали замысловатый узор на обнаженной коже.

И еще того факта, что я специально распустила волосы, чтобы они струились по плечам и спине золотистым водопадом, время от времени открывая эти самые цепочки и кожу под ними.

— Помощь с чем? — спросил Элиан со вздохом.

— С зеркальной паутиной, — я подошла к его столу, обогнула его и встала рядом, слегка наклонившись вперед, чтобы посмотреть на бумаги перед ним. — Иви объясняла мне, как настраивать трансляции на публичном зеркале, но я что-то не могу разобраться с одной проблемкой. Ты же разбираешься во всем этом, верно?

Я чувствовала, как моя близость влияет на него. Чувствовала, как изменилось его дыхание — стало короче, прерывистее. Видела краем глаза, как напряжение в его теле.

— Я... да, — его голос прозвучал хрипло, и он прочистил горло, прежде чем продолжить. — Что именно вызывает затруднения?

Я начала объяснять — медленно, подробно, периодически наклоняясь еще ближе. При каждом таком движении мои волосы касались его плеча, скользили по его руке, и я чувствовала, как он каменеет от этого прикосновения.

В какой-то момент я намеренно оперлась рукой о край его стола, прямо рядом с его локтем, так что теперь наши руки почти соприкасались. Почти, но не совсем — между нами оставалось всего несколько миллиметров, и я видела, как он смотрит на это крошечное расстояние, словно оно было пропастью, которую он боялся преодолеть.

— Понимаешь, о чем я? — спросила я, поворачивая голову, чтобы посмотреть на него, и обнаружила, что наши лица находятся всего в нескольких сантиметрах друг от друга.

Его глаза — эти невероятные серые глаза, в которых сейчас плескалось столько эмоций, что я едва могла их различить — смотрели прямо на меня. В них читалось желание, борьба, страх, голод, отчаяние, и еще что-то темное и первобытное, что заставило мое сердце забиться быстрее.

— Да, — выдохнул он, и его дыхание коснулось моих губ. — Я понимаю.

Мы замерли так на несколько долгих секунд, глядя друг на друга, и воздух между нами наэлектризовался настолько, что я почти физически ощущала это напряжение. Казалось, достаточно одного движения, одного слова, одного прикосновения — и что-то неизбежно сломается.

Но Элиан отстранился первым — резко встал, отталкиваясь от стола и отступая на несколько шагов, пока его спина не уперлась в книжный шкаф за ним.

— Я думаю, тебе все же лучше спросить об этом у Иви, — произнес он, и его голос дрожал. — Она тоже разбирается в этом.

— Хорошо, — я выпрямилась, расправляя платье и откидывая волосы назад, демонстративно обнажая спину. — Тогда не буду тебя больше беспокоить.

Я направилась к двери, специально двигаясь медленно, чтобы он мог в полной мере насладиться видом открытой спины и переплетением серебряных цепочек на моей коже. У самой двери я обернулась через плечо.