Чтение онлайн

Но Гриффин-то знал. О да, он знал, что по уши влюбился, и влюбляется все сильнее и сильнее. Его может раздражать спокойное сознание леди Геро своего совершенства, ее осуждение его поступков, даже ее любовь к Томасу, но… Но это не помешало его тяге к этой леди. И что еще хуже, ее тянет к нему. А именно этого он поклялся никогда не допустить. Он должен держаться от нее подальше.

Но сегодня он не смог остановиться. Он вглядывался в аллеи и гроты, искал глазами, не мелькнут ли ярко-красные юбки, рыжие волосы, грациозный поворот шеи.

Куда Томас увел ее?

Проклятие! Они, возможно, сейчас обнимаются!

Гриффин и его спутники обошли почти вокруг всего парка, когда над головами раздался первый хлопок.

— Фейерверк! — воскликнула леди Феба.

Сверкающая красная звезда взметнулась в темном небе и разорвалась прямо над ними россыпью зеленых и голубых искр. Они остановились на лужайке среди других гостей. К ним подошли Каро и Хафф.

Гриффин огляделся, но не увидел ни леди Геро, ни Томаса.

— Что это, черепаха? — спросил стоявший рядом Хафф.

— Нет, — с раздражением ответила Каро, — паук.

— А мне кажется, черепаха, — невозмутимо сказал Хафф.

Вдруг Гриффин заметил, как мелькнуло что-то алое. Он повернулся и увидел, как леди Геро уходит по дорожке. Великий Боже, она что, одна? Неужели она бродит по темным дорожкам одна?

Он извинился и, зная, что леди Феба остается с Мегс, Каро и джентльменами, поспешно зашагал туда, где заметил леди Геро. Над головой раздавались треск и хлопки. Неожиданно тропка перед ним осветилась ярким оранжевым светом. В дальнем конце стояла леди Геро и озиралась.

Она обернулась и позвала:

— Томас?

Гриффин приблизился к ней и взял ее за руку. Он разозлился так, что даже не стал выговаривать ей.

Где, черт бы все побрал, его брат? Он потянул Геро за руку, но она не двинулась с места. Как раз в этот момент над головой вспыхнули голубые и желтые огни.

— Зачем спешить, милорд? — Она подняла на него лицо, ее глаза за полумаской смотрели насмешливо. — Разве это не романтично?

Разрывы фейерверка ударили ему в голову. Гриффин смотрел в эти чистые и такие соблазнительные глаза и чувствовал, что больше не выдержит.

И поцеловал ее.

Это глупо и неразумно, но Томас не мог отказаться от того, чтобы не разыскать Лавинию Тейт, хотя найти ее в полутемном лабиринте дорожек и расходящихся в стороны тропинок было трудно.

С ней трое мужчин? Она позволяет себе такое?! Подобные мысли не улучшили ему настроения, и когда он наконец столкнулся с ней и ее тремя кавалерами, то едва не взорвался от гнева.

— Отпусти их, — рявкнул он и окинул мужчин неприязненным взглядом. Двое — юнцы, молоко на губах еще не обсохло, а вот третий — здоровяк с широченными плечами.

Томас сжал кулаки. В своем теперешнем состоянии он едва сдерживался, чтобы не наброситься на всех троих.

— Милорд, — медленно произнесла Лавиния. Ее фигуру облегало огненного оттенка платье, которое должно было выглядеть ужасно в сочетании с ее ярко-рыжими волосами, но почему-то платье ей шло. А кремовая грудь в глубоком декольте могла свести с ума любого мужчину.

— Лавиния, вели им уйти, — прорычал Томас.

Миссис Тейт подняла брови, изобразив удивление, что он назвал ее по имени, и на секунду Томасу показалось, будто ему на самом деле придется либо уйти, либо драться. Потом она прошептала что-то здоровяку, после чего вся троица развернулась и исчезла.

— Ну. — Она скрестила руки на груди, словно готовилась к неприятному пререканию с кредитором. — В чем дело, Томас?

— Лавиния, их трое! — Он сжал кулаки. — И все мальчишки.

Она запрокинула голову и захохотала.

— Так уж получилось, что двое из них мои племянники. Но я сомневаюсь, что Сэмюелу понравится, что ты называешь его мальчишкой.

Значит, здоровяк был ее любовником. От бессилия Томасу хотелось всадить куда-нибудь кулаком.

— Он моложе тебя.

— Как и ты, — мягко напомнила она. — Это же не удержало тебя от моей постели.

Он пожирал ее глазами, вспоминая их постель и то, что они там делали.

Она отвернулась.

— Чего ты хочешь?

— Чего я хочу? — Томас шагнул к ней, сбитый с толку своим неодолимым желанием находиться около нее. — Это ты преследуешь меня.

— Преследую тебя?

Он сам не знал, чего ждал, высказав ей обвинение — возможно, возражения или даже слез, — но этого не случилось. То, что он увидел, больше походило на жалость. Лавиния сдвинула брови, ее сочные полные губы опустились.

— Томас, я не преследую тебя.

— Тогда объясни, как получилось, что ты оказалась здесь в тот самый вечер, когда я приехал сюда с невестой?

Она пожала плечами — пренебрежительно! — на его злые слова.

— Это совпадение.

— А твой Сэмюел? — Томас стоял так близко, что мог дотронуться до нее. Но не осмелился. — Можешь отрицать, если хочешь, но ты привела его сюда, чтобы возбудить мою ревность.

Он произнес это с усмешкой, а она удивленно на него посмотрела.

— Томас, ты ревнуешь? Я не могу представить почему. Это ведь ты порвал со мной, когда решил жениться на леди Геро.

Он отвернулся, чтобы не встречаться с ее чересчур проницательными глазами.

— Я никогда не говорил, что мы должны расстаться, только просил подождать какое-то время после свадьбы. Не больше года. Я мог бы купить тебе дом побольше, если хочешь. Карету с упряжкой.

— Деньги здесь ни при чем.

— Тогда что?

Лавиния вздохнула:

— Как бы глупо это тебе ни показалось, но я не желаю продолжать связь с женатым человеком. Это подло. Ты так не думаешь? К тому же я видела твою леди Геро — она милая девушка. Я бы не хотела причинять ей зла.