Чтение онлайн

— А, вот вы где.

Геро обернулась и улыбнулась ему, но… с облегчением ли? Мэндевилл олицетворял порядок и здравый ум.

Вероятно, смятение отразилось у нее в глазах.

Мэндевилл наклонился к ней, чтобы его было слышно при грохоте и треске:

— Мне очень жаль, что я вас потерял. Надеюсь, это не доставило вам никаких неудобств?

Геро с глупой улыбкой покачала головой, не в силах что-либо произнести.

— О чем ты думал? — Рединг подошел ближе. Она подняла на него глаза и увидела, что он со зверским выражением смотрит на Мэндевилла. — Для дамы небезопасно находиться здесь одной.

Мэндевилл вскинул голову:

— Да как ты смеешь?

Рединг с отвращением скривился, развернулся и зашагал в сторону.

Мэндевилл нерешительно посмотрел на Геро.

— Простите…

Господи, как она может принять от него извинения? Геро положила ладонь ему на рукав.

— Пожалуйста, не беспокойтесь.

— Но мой брат прав, — медленно произнес Мэндевилл. — Я не должен был допустить, чтобы вы потерялись в лабиринте. С моей стороны это непозволительно. Пожалуйста, простите меня, Геро.

Она не помнила, чтобы он называл ее по имени, без титула. У Геро вдруг на глаза навернулись слезы. Этот человек такой хороший, такой правильный, а она была дурой, позволив обжигающему сладострастию поставить под угрозу свое счастье с ним.

Она взяла его под руку.

— Все обошлось, и не будем больше об этом говорить. Пожалуйста.

Мэндевилл внимательно вглядывался в ее лицо, освещенное россыпью фиолетовых и красных огней.

— Кажется, я женюсь на очень умной леди, — наконец произнес он.

Губы у нее задрожали. Она не заслужила его похвалы. Этого человека она выбрала в мужья. Решение принято, брачный контракт составлен и подписан. Это будет замечательный брак, основанный на уважении и общих целях.

И тем не менее она не удержалась и слегка повернула голову в ту сторону, где стоял Рединг. Он поднял лицо к небу, а сверкающие огоньки отражались в его глазах.

— Вставайте, милорд. Она уезжает.

Гриффин застонал, перевернулся с живота на спину и заслонил глаза от света рукой.

— Уйди.

— Не могу, милорд, — весело ответил Дидл, его камердинер, а также секретарь и мастер на все руки. — Вы велели разбудить вас, если она собирется уехать, и будить вас, пока вы не проснетесь. Вот я и бужу вас.

Гриффин вздохнул и приподнял веки. То, что он увидел, ничуть не радовало глаз. Дидлу было — по его собственным подсчетам — немногим больше двадцати пяти лет, но он успел потерять оба передних верхних зуба. Его это, кажется, не волновало, если судить по тому, в какой широкой улыбке он расплылся. Он носил парик — один из выброшенных Гриффином, — который необходимо было завить и напудрить. Портрет дополняли близко поставленные мутные карие глазки, огромный костлявый нос, занимавший большую часть лица, маленький рот и скошенный подбородок.

Дидл усмехнулся, увидев, что Гриффин открыл глаза, и просунул язык в щель между зубами. Не очень приятная привычка.

— Милорд, подать кофе?

— О господи, да. — Гриффин посмотрел в окно. Действительно, солнце уже высоко в небе, но вчера он вернулся далеко за полночь и не выспался. Он вспомнил тот сладкий поцелуй с леди Геро… и как потом она не могла взглянуть ему в глаза. Он поморщился. — Ты уверен, что она уезжает?

— Парень, которого я послал следить, прибежал и сообщил мне это десять минут назад, — ответил Дидл. — Леди, должно быть, любит утренние прогулки, да?

— Но не любит держать слово. — Гриффин сел, простыни скатились с его голой груди. Он поскреб подбородок, раздумывая о прекрасной леди Геро. Она пытается избежать встречи с ним. Его поцелуй настолько ее испугал?

— Ты уверен, что она направилась в Сент-Джайлз?

— С ней тот громила лакей, и она села в карету. Рановато для светских визитов. — Дидл пожал плечами. — Похоже, она отправилась именно туда.

Гриффин вздохнул. Да, похоже на то.

Он вылез из постели и стал поливать себя водой из таза.

— Что-нибудь слышно от Ника Барнса?

Дидл разложил бритву, ремень и полотенце.

— Нет.

— Черт. — Гриффин нахмурился. Обычно Ник первым делом присылал кого-нибудь с сообщением. Теперь же Гриффину придется проверить, не проспал ли Ник… или не случилось ли что-то угрожающее. Но сначала он разберется с прелестной леди Геро… и с последствиями вчерашнего вечера.

Спустя четверть часа Гриффин сбежал по ступеням своего арендованного городского дома. Дом находился не в самой фешенебельной части лондонского Уэст-Энда, но Гриффин давно решил поселиться подальше от Томаса во имя семейного спокойствия.

Бродяга ждал его у дома, рядом стоял молодой конюх. Гриффин похлопал мерина по лоснящейся шее, вскочил в седло и бросил мальчишке шиллинг.

День был солнечный, Бродяга быстро пробирался среди экипажей и повозок на лондонских улицах. Гриффин обнаружил карету леди Геро минут через двадцать — карета застряла позади стада свиней.

Кучер леди Геро кивнул, когда Гриффин помахал ему и влез в карету.

— Доброе утро, — сказал он и сел.

— Уходите, — ответила Геро.

Он прижал руку к сердцу.

— Такая жестокость от такой прекрасной дамы.

Она даже не взглянула на него. Она смотрела в окно, ее профиль — оставался равнодушно-замкнутым. Волнение выдавали только слегка порозовевшие скулы.

— Вам не следует быть здесь.

— Согласен. — Гриффин вытянул и скрестил ноги. Незнакомое чувство неловкости охватило его. — Мне следовало быть в постели, видеть сны, но я не виноват в том, что вы решили встать пораньше и тайком, без меня, отправиться в Сент-Джайлз.

Геро недовольно поджала губы.

— Это неразумно.

Ага, отрицать то, куда она едет, она не стала.

— Вы уведомили вашего брата или Томаса о своих «прогулках» в Сент-Джайлз?

— Нет, но…

— В таком случае я еду с вами.

Геро закрыла глаза, словно он причинил ей боль.

— Вы же знаете — мы не можем ехать вместе.

Неужели он так сильно ее обидел? Гриффин смущенно кашлянул. Оказывается, он способен смутиться.

— Что касается прошлого вечера…

Не повернув к нему лица, она предостерегающе подняла ладонь: