Чтение онлайн

Граф Лестерский получал наслаждение, унижая или, как он выражался, "укрощая" ее. Он находил удовольствие в полном подчинении ее себе. Но если тело он и мог покорить, то душа ускользала от него. И он возвращался вновь и вновь. Испытав его похоть, Скай неизменно уезжала к Адаму де Мариско. Его честная любовь и чувственное обожание были как свежий морской ветерок после затхлого трюма баржи. Адам не доводил ее до исступления, как это делал Джеффри, но давал ей наслаждение и наслаждался тем, что получал в ответ.

Минули Рождество и Новый год. По традиции Саутвудов Скай украсила Большой зал ветвями сосны и остролиста, жгла в святки большие поленья, подносила заздравные чаши христославам и актерам, но без Джеффри все это было не то Сыновья и близнецы падчерицы оставались в Ирландии, и Скай их не видела со времени своего тайного визита домой Сузанна захотела праздновать с Тревеньянами, и только Робин и Виллоу были в Линмуте. Госпожа Сесили сильно простудилась и не смогла приехать, и Скай настояла, чтобы и Робби остался с ней, чтобы сестре не было скучно.

Через несколько дней после Нового года Скай решила съездить на Ланди. Она узнала, что госпожа Сесили поднялась на ноги и счастлива будет принять детей в Рен-Корте. А потом они все вместе вернутся на Двенадцатую ночь в Линмут. Скай собиралась попросить и Адама де Мариско приехать на праздник. Его присутствие сделает не такими острыми горестные воспоминания, которые по-прежнему переполняли ее.

Одевшись в куртку из оленьей кожи, сапоги, шерстяные носки и тяжелую шерстяную накидку, она одна проплыла одиннадцать миль, отделявших ее замок от острова Ланди. Теперь у Скай была постоянно пришвартована лодка под скалой, на которой располагался Линмутский замок. После смерти Джеффри Скай бессонными ночами в горести бродила по замку и во время своих блужданий обнаружила проход, который вел все ниже и ниже и спускался на уровень моря, где попадал в небольшую, хорошо укрытую от глаз пещеру. Ясной лунной ночью она вышла из нее и оказалась на удобном уступе - волны плескались у ее ног в нескольких футах внизу. Луна была полной, прилив в самом разгаре, и это означало, что море не поднимется выше. Пещеру могло затопить лишь в очень сильный шторм. Внимательно осмотрев край уступа, она наконец нашла то, что искала - каменные ступени, ведущие к воде, и прочное тяжелое причальное кольцо. Без сомнений, кто-то из давно умерших Саутвудов проявлял интерес к морю.

Потом она вернулась туда с Робби, и они облазили всю пещеру, обнаружив на стене через равные промежутки ржавые, но еще пригодные для службы металлические фонари. Пятнадцатилетнего брата Дейзи Уатта попросили прибираться в пещере, постоянно поддерживать огонь в фонарях и следить, чтобы лодка Скай всегда была готова к плаванию.

С тех пор как к Скай вернулась память, она ни разу не пользовалась своими познаниями в мореходном деле - не было ни нужды, ни желания. Впервые она оказалась в маленькой лодке с Робби, когда добиралась к своему ирландскому кораблю, а потом как-то плавала с Мак-Гвайром к монастырю Святой Непорочной Невесты встретиться с любимой сестрой Эйбхлин. Эйбхлин располнела, но, как и прежде, не унывала. По дороге обратно на Иннисфану Скай взяла из рук Мак-Гвайра румпель и обнаружила, что по-прежнему может управлять судном.

Дома в Линмуте она время от времени плавала по Бристольскому заливу. Как-то после полудня летним днем ее застиг порывистый ветер, но она не испугалась, а лишь ощутила возбуждение. После этого все ее сомнения по поводу того, умеет ли она вести лодку, сразу улетучились.

Но перед отплытием в январский день на Ланди Скай немного колебалась. Погода стояла замечательно ясная, и ничто не предвещало осложнений, как подсказывал ей инстинкт моряка. К тому же она две недели безвылазно просидела в мрачном Линмуте и хотела развеяться.

– Малышка!
– вскричал восхищенно Адам, приветствуя ее.
– Да ты просто очаровательная ирландская колдунья. Несколько дней я думал о тебе.
– И он заключил Скай в такие крепкие объятия, что она чуть не задохнулась. Потом взял на руки и понес по лестнице в свою берлогу.

– Адам! Что подумают люди!
– протестовала она, смеясь.

Но была довольна: в руках этого огромного человека она чувствовала себя спокойно и счастливо.

Они быстро раздели друг друга и жарко предались страсти среди пышных пуховых подушек под теплым шерстяным покрывалом. Адам взял в свою ладонь руку Скай и нежно проговорил:

– Небо свидетель, как бы я хотел, чтобы ты меня полюбила, Скай О'Малли.

– Я люблю тебя, Адам, - возразила Скай.
– Ты один из моих самых лучших друзей.
– Но она понимала, что не это он хотел от нее услышать, и ей стало грустно, потому что она считала не вправе использовать для собственного утешения этого великана, когда он относился к ней намного лучше, чем она к нему.
– Адам де Мариско, я не собиралась тебя обижать, но, кажется, ты обиделся. Прости меня.

– Нет, малышка. Я затеял все это сам. И наказан за свою самонадеянность. А теперь я собираюсь отправить тебя домой. Не хочу просто проводить с тобой время в постели, раз не обладаю тобой целиком.

Она все поняла и, поднявшись, быстро оделась:

– Я приехала пригласить тебя на Двенадцатую ночь. Застегивая рубашку, он посмотрел на нее снизу вверх:

– Я буду у тебя. Говорят, что любовники не могут оставаться друзьями, но мы ведь с тобой друзья.

Небо на горизонте быстро темнело. Над головой повисла единственная вечерняя звезда, а на стылом небосводе на западе мерцали последние желто-лимонные всполохи заходящего солнца.

– Будет снег, - заметил он.

– Я тоже так думаю, - согласилась Скай.
– Поедем со мной.

– Нет. Я поплыву ночью. Волнение начнется только к утру.
– Он помог ей сойти в лодку.
– Попутного ветра, малышка! Ты скоро окажешься дома.
– И, отвязав веревку, он кинул ей конец.

– Я зажгу огни у входа в пещеру. До скорого, Адам!
– Она послала ему воздушный поцелуй и оттолкнула суденышко от каменной пристани. Бриз тут же надул паруса, и лодка набрала ход.

Ветер гнал ее по верхушкам волн, и когда Скай добралась до берега, было уже темно. На этот раз она преодолела расстояние от острова быстрее, чем прежде. Накрепко привязав лодку, она принесла фонарь из глубины пещеры и поставила у входа, чтобы Адам мог легко найти путь. Потом начала подниматься в замок. Ей показалось, что до нее доносятся звуки пирушки, и это ее смутило. Поднявшись до уровня своих покоев, она прошла по потайному ходу и оказалась у себя в комнате. Закрыв замок, она опустила на место драпировку, скрывающую дверь. Теперь она отчетливо различала доносившиеся из большого зала крики веселящихся. Озадаченная, она направилась к двери, но та сама распахнулась перед ней, и в комнату влетела Дейзи.

– Ах, миледи! Слава Богу, вы вернулись!

– Что здесь происходит?
– спросила Скай.

– Сразу после того, как вы уплыли, лорд Дадли приехал сюда с друзьями. Он был взбешен, когда узнал, что вас нет. А потом приказал устроить праздник и привести из деревни девушек.

– Что?!

– Девиц. Он потребовал девственниц, - со слезами на глазах объяснила служанка.

– Боже, - прошептала Скай.
– Девушки в порядке, Дейзи? Я тут же отошлю их домой. Они, наверное, до смерти напуганы. Граф Линмутский никогда не позволял и его предки никогда не наносили своим людям таких обид. Неужели этот подонок Дадли собирается возродить существовавший когда-то гнусный обычай?!

– Слишком поздно, миледи. С девушками уже позабавились, - ответила Дейзи.

– С ними ничего не случилось?

– Ничего, кроме маленькой Анны Эванс. У нее сильное кровотечение.

– Проклятье! Анне Эванс всего двенадцать лет! Дадли мне за это заплатит. Королева будет вынуждена на этот раз его наказать.
– Скай с треском растворила дверь в столовую.
– Семьям придется выплатить щедрое вознаграждение. Сколько их было?

– Четверо, миледи.

– И еще что-нибудь молодым людям, которые на них немедленно женятся. Проклятье!
– Она стремительно повернулась к Дейзи.
– Да не стой же ты истуканом! Принеси мне одежду! Не могу же я в таком виде спускаться в зал! Сиреневое бархатное платье. Юбку с фижмами не надо. Просто три нижних. Здесь не двор.
– Она сорвала с себя морской костюм. Дадли! Ее мозг кипел от возмущения. Гадкая гадюка, которую Елизавета Тюдор бросила в ее собственный сад. Он мог повлиять на судьбу Робина и использовал ее, словно шлюху. А теперь он еще врывается к ней в дом! И со своими головорезами-дружками насилует невинных деревенских девиц, которые ей доверяли!