Чтение онлайн

— Так ты что, Зинулечка, не веришь мне? По-твоему я сам себя связал и украл у самого себя деньги, которые собирал похитителям детей, да? Но это жестокая неправда!

— Вот, вот! Вся твоя история и есть жестокая неправда! Поэтому, выбирай — воля иль неволя? Тюрьма либо новая и честная жизнь?

— Воля, воля, справедливая Зинуля! Я выбираю волю и новую честную жизнь!

— Тебе нельзя верить, но я сделаю это в последний раз, чтобы дать тебе возможность стать другим человеком, полезным людям и обществу! Пусть это громко сказано и ещё банальнее звучит!

— Я всё сделаю, всё, дорогая Зинуля! Говори, что для этого нужно!

— Завтра же продать свой дом и уехать отсюда навсегда! Лучше всего — на край света, чтобы глаза мои тебя больше не видели! Понятно? Условие выполнимо?

— Конечно, дорогая, как скажешь… Только кому же я успею за один день дом продать? Это невозможно! К тому же не хочется продешевить, поскольку на краю света дома тоже денег стоят…

— Не хотела тебе помогать, да придётся. Завтра ты оценишь свой дом в любом агентстве по операциям с недвижимостью, добавишь сверху процентов десять, и мой папа у тебя его купит!

— Зинулечка, но зачем твоему папе мой старый ветхий дом? У него своих великолепных домов предостаточно!

— Это уже тебя не касается! Папа подарит его мне, а я… Я сравняю его с землёй и высажу на том месте кусты роз! Жёлтых роз скорби… — с горечью произнесла Зинаида, прикрывая пальцами предательски задрожавшие губы.

— Ладно, как скажешь… — ухмыльнулся Гарик и гордо поднялся с колен. Продать старую развалину, которую эта глупая Зинка назвала домом, Гарик пытался давно и безуспешно. Нынче же — вот так подфартило! Вместо ветхого курятника и толстой наседки в нём, Гарик обретёт наконец-то полную свободу и хорошие деньги! Есть у него в запасе Люська, прехорошенькая владелица одной риелторской фирмочки. И оценит та кралечка этот трёхэтажный сараюшко не дешевле фешенебельного дворца! А папашка-слон пускай раскошеливается, нечего самому сидеть на деньгах! Ага, и ещё пусть накинет Гарику десять, а то и все двадцать или тридцать, процентов сверх стоимости дома — за моральный ущерб! За то что он, добрый и благородный Гарик, все эти годы терпел возле себя его доченьку-слонишку, влюблённую в талантливого и красивого мужчину! Пусть будет так! Но только потом, глупышка, чтобы никаких слёз, ревностей и истерик! Ни-ка-ких…

— И последнее… — обронила Зинаида, поднимаясь со стула и направляясь к выходу. — Надеюсь, ты осознаёшь, что не в твоих интересах рассказывать о Ниде и его капсуле кому-либо? Тем более, — о ваших совместных налётах?

— Само собой! Могила! Век воли не видать! — авантажно заверил Гарик, блаженно разваливаясь на диване.

Взглянув напоследок в его бегающие глазки, Зинаида удручённо вздохнула и покинула Шуркин дом. Едва заслышав шум автомобильного мотора, Гарик затрясся в припадке злорадного смеха.

Глава 44

Знакомясь с неутешительным медиарапортом дежурного спейсинженера, командир Берс даже не догадывался, что это сообщение станет одним из последних в истории существования многострадального МК-408! Центральная трещина в основном блоке комплекса продолжала увеличиваться; все попытки её устранить были тщетными. Мало того, коварная трещина за короткое время породила несметное количество дочерних, расползающихся от неё в разные стороны горячими и неутомимыми змеями.

Вычислительная система быстрого моделирования аварийных ситуаций выдавала неутешительный прогноз, — до полного разрушения основного блока комплекса, пренебрегая эффектом пенной блокады, оставалось не более пяти сотен часов! Берсу отчего-то стало обидно, ведь больше трёх десятков лет комплекс исправно функционировал, а тут, когда подходило время окончательной эвакуации его команды, металлический гигант неожиданно закапризничал!

— Командир! Пневмосистема основного блока вышла из строя! — тревожным голосом сообщил дежурный спейсинженер.

— Принято. Отключить основной блок от коммуникаций! Для всей команды объявляю готовность номер два! Невесомость! Повторяю, готовность номер два, невесомость! — ответил Берс, пристёгиваясь тремя ремнями к командирскому креслу.

— Готовность номер два подтверждаю! Основной блок отключён от всех коммуникаций! Давление воздуха в основном блоке упало до трёхсот единиц!

— Заполнить блок пеноэфирным составом! — распорядился Берс, представляя как всё пространство основного блока, объёмом в десятую часть кубического гектара, с неимоверной скоростью насыщается консервирующей смесью газов, истекающей из многочисленных отверстий и трубок. Затем это газовое облако кристаллизуется и заполнит весь объём основного блока прочным, герметичным и теплозащитным веществом, отдалённо напоминающим древнюю строительно-монтажную пену или пенопласт.

— Наполнение произведено! — ответил вскоре дежурный спейсинженер.

— Подать ионное напряжение на центральный гравитатор!

— Напряжение подано! Гравитационное поле в пределах нормы!

— Отбой готовности номер два! — произнёс Берс, освобождаясь от ремней.

Теперь всё оборудование основного блока, включая центральный гравитатор и главный ионный двигатель, будут работать в твёрдом безвоздушном пространстве. В этом есть как плюсы, так и минусы, но главный плюс состоит в том, что коварная трещина, скованная сверхпрочной пеной, уже не сможет расти и плодить свои разрушительные отростки…

— Командир! На траектории нашей орбиты обнаружен неизвестный космический объект, следующий за нами! — прозвучал жизнерадостный доклад спейсштурмана.

— Объявляю экстренную готовность номер один! Повторяю, минутная готовность номер один! Всем перейти в аварийные лифт-капсулы! Всем в «глаза»! Приготовится к снижению скорости! — чётко отреагировал на этот долгожданный доклад Берс. Если вовремя не снизить скорость комплекса, то объект, его «догоняющий», попросту вылетит с апогейного изгиба орбиты, словно древний гоночный автомобиль с крутого поворота. Всё, конечно, поправимо, но обыкновенное время для Берса неожиданно превратилось в архидорогую материальную ценность, о малейшей растрате которой не могло быть и речи!

Из круглой ниши в стене на Берса уставился огромный мигающий «глаз» командирской лифт-капсулы. «Глаз» был частью прозрачного спасательного шара диаметром в три метра. Когда всё было в порядке, «глаз» в круглом отверстии стены был закрыт пластиковым «веком» и дремал в дежурном режиме. При объявлении готовности номер один, «глаз» удивлённо открывался и принимал в свою сверхкрепкую и прозрачную скорлупу хозяина-астронавта. Внешне лифт-капсула напоминала большой футбольный мяч, который мог летать, прыгать и плавать, благодаря упругой оболочке и встроенному гравитационному двигателю-компенсатору.

Выдерживая внешнее давление от состояния вакуума до десяти земных атмосфер и температурный режим от абсолютного нуля до тысячи градусов по шкале Цельсия, «глаз» обеспечивал достаточно комфортное пребывание своему хозяину где угодно, как минимум, на протяжении года! Естественно, при условии использования астронавтом или другим спасаемым пищевого заряда питания под названием «Ре-Пит», состоящего из трёхкилограммового симбиотического сгустка сотен видов специальных бактерий, многочисленных аминокислот, витаминов и микроэлементов, помещённого в аварийный герметический сосуд. По своим органолептическим показателям сгусток напоминал фруктовый йогурт или сметану, разбавленную соком ароматных лесных ягод. Оказавшись внутри организма, питательный сгусток, блокируя работу почек и кишечника, превращался в мини-завод по производству полноценных пищевых продуктов. Токсичные отходы жизнедеятельности организма в тоже время расщеплялись бактериями-нейтрализаторами, превращаясь затем при помощи бактерий-производителей в полноценное питание. Весь этот сложный и замкнутый пищевой цикл периодически управлялся и корректировался энергетическими волнами бортового «биоповара», которые попросту регулировали количественную массу необходимых аминокислот и активность определённых видов бактерий.