Чтение онлайн

Вдруг в ближаийшеий к ним мансарде раздались какие-то вопли.

— Слыхал? Это мои хулиганы-сороканы, — объяснил Карлсон.

— Кто?. Кто? Филле и Рулле?

Малыш тоже знал Филле и Рулле. Это были самые отпетые хулиганы и воры во всеём

Вазастане. Они тащили всеё, что плохо лежало. Словно сороки. Поэтому Карлсон их

звал «хулиганы-сороканы». Год назад они как-то вечером забрались в квартиру

Свантесонов, чтобы обокрасть ееё, но Карлсон тогда поиграл с ними в привидения и

так их напугал, что они это, верно, и по сеий день не забыли. Даже серебряноий

ложечки им не удалось унести.

Когда Карлсон услышал вопли Филле и Рулле в мансарде, он решил вмешаться.

— Я думаю, сеийчас самое время их немного попугать, — сказал он. — А не то мои

хулиганы-сороканы отправятся на охоту за чужими вещами.

И они двинулись по скату крыши к мансарде жуликов. Малыш не предполагал, что

можно так ловко прыгать на коротких толстых ногах: угнаться за Карлсоном было

просто невозможно, тем более Малышу, которыий не так уж часто прыгал по крышам,

но он изо всех сил старался не отстать от своего друга.

— Хулиганы-сороканы отвратительные типы, — сказал Карлсон, перепрыгивая с

выступа на выступ. — Когда я себе что-нибудь беру, я всегда плачу за это пять эре,

потому что я самыий честныий на свете. Но скоро у меня кончится запас пятиэровых

монеток, и что я тогда буду делать, если мне захочется что-нибудь себе взять?.

Просто не знаю…

Окно мансарды Филле и Рулле было открыто, хоть и завешено занавескоий. Крик там

стоял невообразимыий.

— Даваий поглядим, чего это они так развеселились, — сказал Карлсон, отодвинул

занавеску и заглянул в комнату. Потом он пустил на своеё место Малыша. И Малыш

увидел Филле и Рулле. Они расположились прямо на полу, а перед ними была

разложена газета. Видимо, в такое неистовство их приводило то, что они читали.

— Отхватить десять тысяч просто так, за здорово живеёшь, представляешь! — орал

Рулле.

— И к тому же летает он здесь, у нас, в Вазастане! Поздравь меня с праздником,

Рулле! — орал Филле и корчился от смеха.

— Послушаий, Филле, — сказал Рулле, — я знаю одного парня, которому охота

получить десять тысяч крон, ха-ха-ха!

Когда Малыш понял, о чеём они говорят, он побледнел от страха, но Карлсон только

захихикал.

— А я знаю одного парня, которому охота позабавиться, — сказал он и вытащил

пистолетик.

Выстрел прогремел по крыше.

— Откроийте, полиция! — произнеёс Карлсон строгим голосом.

Рулле и Филле вскочили как встреёпанные.

— Нулле, рас нет! — закричал Филле.

Он хотел сказать: «Рулле, нас нет», но когда он пугался, он всегда путал буквы в

словах.

— Ксорее в робгарде! — скомандовал он, и они оба спрятались в гардеробе и

притворили за собоий створку, словно их и не было вовсе.

— Филле и Рулле нет дома, они просили передать, что их нет, они ушли! — раздался

вдруг испуганныий голос Филле.

Карлсон и Малыш вернулись назад и снова уселись на крыльцо, но Малышу уже не

было так весело, как прежде: он думал о том, как трудно обеспечить безопасность

Карлсона, особенно когда рядом живут такие типы, как Рулле и Филле. А тут ещеё в

доме будут фрекен Бок и дядя Юлиус… ах да, он ведь совсем забыл рассказать об

этом Карлсону!

— Слушаий, Карлсон… — начал Малыш.

Но Карлсон его не слушал. Он вовсю уплетал булочки и запивал их соком из

маленького голубенького стаканчика, которыий прежде принадлежал Малышу, — он

подарил его Карлсону три месяца тому назад на его прошлыий день рождения.

Карлсон держал стаканчик обеими руками, как держат маленькие дети, а когда всеё

выпил, стал его катать по полу, тоже как это делают маленькие дети.

— Оий! — вырвалось у Малыша, потому что это был маленькиий голубоий стаканчик и

ему не хотелось, чтобы он разбился.

Но он и не разбился: Карлсон очень ловко придерживал его большими пальцами ног.

Дело в том, что Карлсон снял башмаки и из его драных носков в красную полоску

торчали большие пальцы.

— Послушаий, Карлсон… — снова начал Малыш.

Но Карлсон его тут же перебил:

— Вот ты умеешь считать. Прикинь-ка, сколько стоят мои большие пальцы, если

всего меня оценили в десять тысяч крон.

Малыш рассмеялся.

— Не знаю. Ты что, продавать их собираешься?

— Да, — сказал Карлсон. — Тебе. Уступлю по дешеёвке, потому что они не совсем

новые. И, пожалуий… — продолжал он, подумав, — не очень чистые.

— Глупыий, — сказал Малыш, — как же ты обоийдеёшься без больших пальцев?

— Да я и не собираюсь обходиться, — ответил Карлсон. — Они останутся у меня, но

будут считаться твоими. А я их у тебя вроде как одолжил.

Карлсон положил свои ноги Малышу на колени, чтобы Малыш мог убедиться,

насколько хороши его большие пальцы, и убеждеённо сказал:

— Подумаий только, всякиий раз, как ты их увидишь, ты скажешь самому себе: «Эти

милые большие пальцы — мои». Разве это не замечательно?

Но Малыш решительно отказался от такоий сделки. Он просто пообещал отдать

Карлсону свои пятиэровые монетки — всеё, что лежали в его копилке. Ему не

терпелось рассказать Карлсону то, что он должен был рассказать.

— Послушаий, Карлсон, — сказал он, — ты можешь отгадать, кто будет за мноий

присматривать, когда мама и папа отправятся путешествовать?

— Я думаю, лучшиий в мире присмотрщик за детьми, — сказал Карлсон.

— Ты что, имеешь в виду себя? — на всякиий случаий спросил Малыш, хотя и так было

ясно, что Карлсон имел в виду именно это.