Сказки далеких островов и стран
Шрифт:
— Ты лжешь, отъявленный мошенник! — крикнул в гневе Бантьенг. — Киданг, Кантила, не верьте ему, он лжец!
Киданг сказал:
— Я только тогда смогу решить этот спор, когда, во-первых, буду убежден, что обе стороны доверяют мне, а во-вторых, — изучу всесторонне все это дело и все его обстоятельства приму во внимание. Издалека мне трудно обо всем судить. Может быть, ты, Бантьенг, действительно впал в бешенство, которое на тебя по временам находит, и начал бить Бадюля копытами? Но я не смогу высказать свое мнение прежде, чем увижу вас вблизи. Когда я тщательно рассмотрю все раны Бадюля, прослежу весь ход событий, лишь тогда только смогу установить правоту одного из вас.
— Что касается меня, то я уверен, что, увидев мою израненную шкуру, ты не поверишь этому дикарю, а поверишь мне, — сказал крокодил.
— Весьма возможно, Бадюль. Я всегда высоко ценил твое правдолюбие. Тем более ты должен быть заинтересован в том, чтобы я еще раз засвидетельствовал его. Пусть же и лес, и река, и море удостоверятся с этих пор, кто такой — Бадюль, а кто такой — Бантьенг. Плывите поскорее сюда к нам, на берег.
Бантьенгу не пришлось дважды повторять этой просьбы. Изо всех сил он заколотил ногами по воде и скоро уже выполз на берег, отряхиваясь от воды. Крокодил сидел у него на загривке.
— Ну, а теперь, Бадюль, сойди на землю, — сказал Киданг, — я осмотрю твои раны и тогда выясню, кто прав.
Крокодил начал стонать, шипеть, изображая, как сильно страдает он от ран. Наконец он слез с Бантьенга и распластался на песке, напрягая спину, чтобы все увидели его шкуру, поцарапанную в нескольких местах ветками и сучьями дерева Ло.
— Ох-ох, я едва жив, так избил меня этот негодяй! — стонал он, проливая свои крокодиловы слезы.
Тогда Киданг сказал:
— Дорогие мои, Бантьенг и Кантила! Бежим поскорей, что есть сил, от этого чудовища и предателя. Пусть отныне река, море и леса действительно узнают, что представляет собой этот неблагодарный, коварный и подлый Бадюль, и каков наш Бантьенг — добрый, сильный, но легковерный.
И трое друзей помчались в лес, а валявшемуся на песке крокодилу ничего не осталось, как с досады грызть собственный хвост.
О куропатке Нангумби и леопарде Улу (Конголезская сказка)
А знаете ли вы историю о прекрасной куропатке по имени Нангумби? У нее было пять закадычных подружек. Одну звали Нанкимпели, другую — Навоки, третью — Намбенди, четвертую — Нантуту, а пятую — Нанкимпити.
Однажды пантера унесла мужа прекрасной Нангумби. Подружки, узнав о несчастье бедной Нангумби, решили окружить заботой ее и бедных сироток — ее детей.
Нанкимпели собрала много вкусного проса, Навоки захватила с собой кочан кукурузы, Намбенди — пучок молодых побегов бамбука, Нантуту — принесла стебель сахарного тростника, а Нанкимпити — кисти сладких бананов и фиги.
Прилетели они к гнездышку Нангумби и застали там ее птенцов одних.
— Где же ваша мама Нангумби? — спрашивают.
А птенцы в ответ пищат:
В лес пошла, в лес пошла, Принесет нам молока кокоса, Сладких фиников и дикого проса —Куропатки — давай причитать:
О ты, наша Нангумби! В лес пошла, в лес пошла За молочком кокоса, За горсточкой проса, Тюр-ли-ли, тюр-ли-ли, А мы все ей принесли: И бананы, и просо, И молочко кокоса, И сладкий тростник, И множество фиг!Сложили они все свои подарки в гнездышке и полетели искать Нангумби.
Ищем мы — фью, фью, фью — Куропаточку свою — Ты вернись, Нангумби, Своих деток не губи!звали они. Громче всех кричала Нанкимпели.
— Подождите, — сказала она, — я попробую еще раз окликнуть ее, теперь она уже наверняка отзовется:
Нангумби, Нангумби, Гей-хо, гей-хо! Фю-фю-фю, фи-фи-фи!Нангумби услышала и тут же, запыхавшись, примчалась из леса.
— Здравствуй, Нангумби! Мы принесли тебе немного еды для твоих деток, — сказали ей Нанкимпели, Навоки, Намбенди, Нантуту и Нанкимпити.
— Как я благодарна вам, — ответила им Нангумби. — Чем же смогу я вам отплатить за ваши дары? Может, вы выпьете хоть по скорлупке кокосового молока?
И Нангумби начала их угощать.
Так продолжалось все лето. Нанкимпели, Навоки, Намбенди, Нантуту и Нанкимпити помогали бедной вдове Нангумби и ее детям-сиротам.
Однажды приходят они к гнезду, а из него птенцы свои клювики высунули и пищат:
Дайте есть, дайте есть, Мы голодные — все шесть. Фю-фю-фю, фи-фи-фи!Накормили они сироток и спрашивают:
— А где же ваша мать, где Нангумби?
В лес пошла, в лес пошла Нам орешков собрать.— Когда?
Лишь заря взошла, Уж она — со двора. Ей вернуться пора!И Нанкимпели, Навоки, Намбенди, Нантуту и Нанкимпити снова отправились искать Нангумби.
Спрашивают они ласточку:
— Не видала ли ты где-нибудь бедную Нангумби?
— Кив-вип, кив-вип! Не видала, не видала! — ответила ласточка и полетела дальше, ловя на лету мошек.
Спрашивают они ворону:
— Не видела ли ты где-нибудь нашу бедную Нангумби?
— Кар-р, кар-р, кар-р! Я такой и не знаю.
Спрашивают они маленькую птичку колибри:
— Прекрасная колибри! Не видела ли ты нашей дорогой Нангумби?
— Я-то ее не видела, но вы спросите у саранчи. Вон целая туча их прилетела на поле и поедают просо!
— Саранча! Саранча! — зовут Нанкимпели, Навоки, Намбенди, Нантуту и Нанкимпити. — Скажи нам, может быть ты знаешь, что случилось с Нангумби? Еще вчера она вылетела из своего гнезда и больше не вернулась туда, где ждут не дождутся ее голодные птенцы.
— Видели, видели мы ее, бедняжку. Ее поймал леопард себе на завтрак.
Грустные, со слезами на глазах, вернулись они к гнезду.