Чтение онлайн

Признание застало Кирину врасплох. Она почувствовала себя школьницей, получившей валентинку от самого популярного мальчика в классе. Кирина уставилась на Сорсу, не зная, что сказать.

— Не смотри на меня так, я говорю всерьез, — потребовала Селена, неверно истолковав ее взгляд.

Никто никогда не считал Кирину другом, да и сама она никого не могла так назвать. Разве что Ди, единственную солнечную сестру, с которой Кирина изредка виделась вне собраний. Хитрая и изворотливая, точно уж, всегда готовая пустить в ход кулаки и старые сапоги с тяжелыми подошвами. Ее лицо было покрыто шрамами — следами побоев отца, и поговаривали, что на этом его насилие не кончалось. Она в тайне копила деньги, мечтая сбежать из Панграда. Кирина успела трижды выпить с ней пива и поболтать, прежде чем Ди не вернулась с «настоящего дела». После этого Кирина уверилась, что Пенз намеренно истребляет тех, кто сближается с ней или братом. Для чего ему это нужно, девушка не знала, но больше никогда не пыталась завязать даже легкого приятельства.

Все эти воспоминания стремительно пронеслись в голове Кирины.

— Прости, — смущенно буркнула она. — У меня никогда не было друзей.

— У меня тоже, — пожала плечами Селена.

Кирина отнеслась к ее словам со скепсисом.

— Вокруг тебя всегда полно народу.

— И что? — в голосе Селены послышались нотки досады. — Все приятели да знакомые.

— А как же Алк?

Селена закусила губу.

— Он так внимателен и ласков со мной, и порой я не могу понять, чем заслужила это.

— Как это — чем? — воскликнула Кирина. — Как минимум, ты придумала Сказки космоса. Даже Мастер Гамаюн и Инга Реон признали гениальность твоей идеи.

— Без Алка я бы ничего не смогла, — заявила Селена. — Он упорно называет Сказки моими, но на деле это наше общее детище. Я ворвалась к нему в спальню и с порога выложила свою задумку, но чем дольше я говорила, тем большим бредом мне все это казалось. Снять свое собственное шоу! Без съемочной группы, сценария и декораций! Под конец я уже пожалела, что вовсе раскрыла рот. Но Алк не высмеял меня, а лишь спросил, как я собираюсь назвать проект. Словно все уже готово, и дело осталось за малым. Я струхнула и пошла на попятный, а он принес камеру и спросил, одеться ли ему в аёрнские одежды или лучше подойдет земной наряд, — Селена беспомощно развела руками и огорченно подытожила. — Порой на его фоне я чувствую себя никчемной трусихой.

— А дома у тебя были друзья? — спросила Кирина.

Селена невесело усмехнулась.

— На Пятой платформе я слыла чудачкой. Мне всегда было душно там.

Кирина недоуменно моргнула, вспомнив наполненную воздухом и зеленью Пятерку.

— Я говорю не о месте, а о людях, — пояснила Селена. — На Пятерке все твердо знают, как правильно жить. Люди там не ведают сомнений ни в чем, на любой вопрос у них всегда готов единственно верный ответ. Они точно знают, за кого выдавать дочерей и какой косилкой стричь газон у дома.

— Какой? — с любопытством спросила Кирина.

— Разумеется, Марсом-3000, и ни в коем случае — Гравиоллой, — Селена закатила глаза. — Мальчишки на Пятерке мечтают продолжить бизнес отца, а девчонки — удачно выскочить замуж и нарожать ораву детей. Других фантазий там попросту ни у кого нет. Наш ярус даже зовут «платформой невест», и этим принято гордиться, — девушка скривилась, точно надкусив лимон. — Вообрази только, девушки на пятом ярусе учатся в университетах, зная наперед, что никогда не применят своих знаний на практике. Они просиживают скамьи в аудиториях лишь потому, что диплом превратит их в более завидных невест.

— Старшие классы сделались для меня натуральной пыткой, — помолчав, поделилась Селена. — После занятий мама отвозила меня в женский клуб на лекцию по домоводству, садоводству или еще не-пойми-чего-водству. Но хуже того дела обстояли по выходным. В субботу и воскресенье мы принимали гостей, чтобы соседи могли удостовериться, что «наш дом — полная чаша» и «у нас все, как у людей».

Кирина догадалась, что это цитаты, и не сдержала улыбки. Заметив ее веселье, Селена усмехнулась в ответ.

— Нет, ты не пойдешь на карнавал в Ночь Тысячи Очей, Селена, об этом не может быть и речи, — проговорила она нарочито низким голосом, уперев руки в бока, — это совсем не то, о чем следует думать приличным барышням. Надень-ка лучше свое платье в крупный горох да поскорей. Сегодня у нас обедают Беллзы. С ними будет их старшенький, Борис. Чудесный юноша, не так ли? Продолжил дело отца и открыл собственный стоматологический кабинет. Ему одобрили кредит на покупку дома, и он уже во всю обустраивает свое гнездышко. Его матушка рассказала, что на днях ему предложили приобрести косилку «Гравиолла», представляешь? Но он заявил, что в его доме не место такому барахлу. Славный юноша: твердо стоит на ногах и знает, чего хочет. Ему не хватает только жены.

Селену передернуло от собственных слов.

— Отец этого Бориса — старинный друг моего папы, и они всерьез вознамерились нас поженить. Но мама настояла, чтобы сперва я окончила какое-нибудь приличное заведение, ведь иначе не смогу украсить стену дома бесполезным дипломом. А до тех пор мне надлежало каждый субботний вечер надевать гороховые платья и отправляться с Борисом в театр или кино. Тут мне на помощь пришли пуританские нравы Пятерки, — хмыкнула Сорса. — Я увертывалась как могла от его поцелуев, а он благосклонно принимал это за девичью стыдливость.

— Он так противен, этот Борис?

— Нет, что ты, — посерьезнев, возразила Селена, — папа с мамой не стали бы мне его сватать, будь он гадок. Просто Борис мне совсем не пара. Он слишком приземленный. Кроме зубов и косилок его не интересует ничего. Предстоящий брак наводил на меня смертную тоску. И тогда я предложила родителям отправить меня в Академию. По началу, они восприняли эту идею с ужасом, но, обдумав все хорошенько, нашли ее удачной. Маму подкупило расположение Академии на Шестерке: более престижного места для меня ей было не сыскать. А папе понравилось, что обучение займет лишь три года вместо положенных пяти, а значит, я скорее смогу приступить к своей истинной миссии: домоводству, садоводству и детородству. В день выпуска мама взволнованно сообщила мне, что после вручения диплома Борис увезет меня в ресторан, чтобы сделать предложение. Уверенна, он сказал ей об этом, надеясь, что она проболтается, и я как следует отрепетирую положенное ликование. В тот день я не поехала в Академию. Мой диплом и по сей день лежит где-то в ее стенах. Вместо этого я спустилась на Четверку, сняла комнату в хостеле и отправила заявку на участие в Космическом реалити.

Кирина удивленно качнула головой.

— Тебя, должно быть, искали.

— Разумеется. Но я твердо решила, что не вернусь. Откажи я Борису, родители подыскали бы мне другого жениха, похожего на него как клон. На Пятерке для меня попросту не было другой судьбы, — Селена тяжко вздохнула. — Денег при себе у меня было совсем мало, и не попади я в шоу, мне пришлось бы переехать на Тройку или в Лимб. Но даже это казалось мне заманчивей розового домика с черепичной крышей и Бориса с его газонокосилкой. Я сообщила родителям свое местонахождение лишь после того, как меня пригласили в Посольство. Они были страшно огорчены, но им пришлось смириться.

— А Борис?

Селена закатила глаза и произнесла без тени сожаления:

— Увидев первый выпуск реалити, он написал мне, что такая вульгарная особа как я не сможет стать хорошей женой, и между нами все кончено. Спроси он хоть раз, что на этот счет думаю я, то узнал бы, что ничего и не начиналось.

Краем глаза Кирина заметила движение. Бруно крался к ним широкими кругами, рассеянно смахивая воображаемую пыль с чистых столов и ловя каждое слово Сорсы.

— А что на счет тебя? — вдруг подалась вперед Селена. — У тебя был кто-то?