Чтение онлайн

— Я вот думаю, это вовсе не уроды взрывы устраивают, — проигнорировав распоряжение лёйтенанта насчёт «изменённых», предположил санитарный инспектор.

— Будь, Гоша, ты моим подчинённым, сейчас бы по периметру побежал на время, — рыкнул на него лейтенант.

— А что такое?

— А то такое! О чём я минуту назад говорил?

— А!

— Бэ.

— Местные идут, — положил руку на пулемёт Степан. — Четверо. Ромб и охранники.

Гревшиеся у буржуйки солдаты сняли с неё чайник и разбежались к бойницам. Колдун намотал на кулак цепь с серебряным амулетом.

— Ромб — это кто? — Поднялся с табуретки я.

— Один из местных заправил. — Лейтенант снял со спинки стула автомат и положил его себе на колени. — Мы все вопросы через него решаем.

— Понятно. — Я открыл дверь и вышел наружу.

— Далеко от блокпоста не отходи, мало ли что, — уже мне в спину посоветовал лейтенант.

Да я, собственно, и не собирался. Чего я там не видел? Длинных бетонных и шлакоблочных бараков с узенькими оконцами? Свалок мусора, с которых отходы вывозят хорошо, если два раза в год? Или язв, гнойников и увечий, щедро раздаренных Приграничьем обитателям гетто? Я этого действительно не видел, но оно мне и не надо.

Представители местной администрации уже дожидались меня на вытоптанном пятачке земли метрах в тридцати от блокпоста. Прямо перед проволокой с трепетавшими по ветру красными лоскутами, которую натянули меж вбитых в землю колышками. Ясно и без слов: дальше хода нет, стреляем без предупреждения.

Гадать, кто из них Ромб не пришлось: морда у стоявшего впереди урода из-за неестественно выпирающих скул формой действительно напоминала вытянутый по вертикали ромб. Глаза навыкате, кожа в лиловых пятнах, а в остальном человек, как человек.

Не то, что его охранники. Этих даже после пол-литра водки с нормальными людьми не спутаешь. Два одетых в одинаковые спортивные куртки, штаны с красными лампасами и кроссовки с обрезанными носками охранника настороженно морщили носы, постоянно сжимая и разжимая кулаки. Длинные жёлтые когти на руках и ногах производили весьма устрашающие впечатление. Волчатники. Бедолаги, которые, заразившись, не смогли стать полноценными оборотнями и застряли в этом гротескном состоянии получеловека-полуволка. Самые настоящие уроды. Массивные челюсти далеко выдвигались вперёд, из-под растянутых в вечной улыбке губ выглядывали крупные неровные зубы. Длинная щетина больше напоминала мех, а жёлтые глаза зыркали по сторонам из-под полуприкрытых век.

Третий охранник походил на человека ещё меньше волчатников. Длинный, скособоченный урод был наряжен в доходивший до земли белый больничный халат, а выглядывавшее из-под широкополой ковбойской шляпы лицо полностью закрывали грязные бинты. Открытой оставалась только узкая полоска кожи у налитых кровью глаз. Этот охранник ни на минуту не замирал на месте и, казалось, что он просто перетекает из одного положения в другое. Было в нём что-то нечеловеческое. Остальные тоже не красавцы, но это уже нечто за гранью. Человек-невидимка, да и только.

Да, с такой охраной Ромб и за пределами Форта себя может чувствовать вполне спокойно. В здравом уме в рукопашную с волчатниками не рискнут сойтись даже Чистые. Уж больно сильные и живучие эти твари. К тому же нередко заразные. А от мутировавшего вируса нормальным оборотнем ещё никто не становился. И кому охота в такого страхолюда превращаться? Всего одна царапина и здравствуй, Чёрный квадрат. Хоть сразу вешайся.

— Деньги принёс? — Сцепив пальцы, хрустнул опухшими костяшками Ромб.

Здравствуйте, я ваша тётя! Приплыли. И снова в яблочко. Знать бы еще, о каких деньгах речь.

— Здрасте, — поморщился из-за неприятного запаха я. От волчатников моя гримаса не укрылась и они ещё сильнее оскалились. — Нет, я один вопрос уточнить заскочил.

— Никаких уточнений. — Голос у Ромба был глухой, с непонятным придыханием. — Пока не принесёшь десять тысяч, здесь даже не появляйся. Цена окончательная. Торг не уместен.

— Цена… — немного начал отходить после шока от прозвучавшей суммы я, — завышена. Несколько завышена.

— Ты больше не пахнешь мертвечиной, — клацая зубами, невнятно заявил вдруг один из людей-волков.

— Он помылся, — прошептал урод в белом халате.

Недоделанные оборотни снова оскалились.

— Повторяю последний раз — цена окончательная. — Лиловые пятна на лице Ромба приняли малиновый оттенок. — Или ты считаешь, что жизнь изменённого такая дешёвка, что не стоит ни копейки?

— Стоп, кто говорил о жизни… изменённого? — подняв руки на уровень груди, выставил вперёд ладони я.

— Никто, даже изменённый со льдом вместо крови, не сможет спуститься в Чёртов провал и остаться после этого в живых. — Ромб начал немного успокаиваться. — Мы достанем то, что нужно тебе. Изменённый пожертвует жизнью. Но пожертвует во имя нашего дела. Готовь деньги. Или не приходи.

Он развернулся и зашагал прочь. Волчатники пошли вслед за ним, а урод в плаще остался стоять и пялиться на меня своими красными глазищами. Стараясь ничем не выдать своего недоумения, я направился к блокпосту. Надо срочно разузнать у кого-нибудь про Чёртов провал. В первую очередь что это такое и где находится. Ну и по возможности выяснить, что всё же может в нём скрываться. Пожалуй, стоит ребят из Патруля порасспрашивать. Авось, кто чего слышал.

Нет, какой жук этот Ромб! Пожертвовать жизнью, наше дело… Так я ему и поверил. Когда заходит речь о таких деньгах, идеологическая шелуха моментально слетает.

Навстречу мне из караулки вышла молодая светловолосая женщина в короткой замшевой куртке и кожаной юбке до земли. Фигурка ничего, а вот всё лицо покрывала сетка явственно видневшихся под бледной кожей ярко-синих кровеносных сосудов. До меня донёсся лёгкий аромат духов, но я был слишком погружён в свои раздумья, чтобы отвлекаться на смазливое личико. В голове крутился один вопрос: «За что бы я согласился выложить десять тысяч?». А ведь Ромб был уверен, что выложу. Но за что?

— Удачно? — поинтересовался у меня лейтенант и отхлебнул из железной кружки горячий чай.

— Пятьдесят на пятьдесят, — неопределённо ответил я. — Спасибо за помощь, пойду я.

— Иди, только осторожней, — предупредил меня возившийся с обвитой серебряной полоской костяной палочкой колдун. — Марго сказала, там какая-то шпана через два дома собралась. То ли «Ночные охотники», то ли «Крестоносцы».

— Марго? Вы ж изменённых из гетто, вроде, не выпускаете?

— На Марго карантин не распространяется, — потянувшись, хрустнул суставами сидевший на раскладушке санитарный инспектор. — Она из персонала.