Чтение онлайн

— Что ты сделала, когда я отключился в лесу? Как смогла спасти нас? Его вопрос загнал меня в тупик.

Я попыталась освободиться от его рук, ведь не могла спокойно всё рассказать.

— Я позже расскажу тебе, но не сейчас, прошу, — прошептала я, голос мой дрожал.

— Мне нужно знать сейчас, мышонок, — его голос стал властным, грозным, — всё, до последнего. Я зажмурилась, пытаясь справиться с бешено колотящимся сердцем.

— Я тебе говорил бросить меня, — продолжал он, — почему осталась?

Почему, несмотря ни на что, ты осталась и защищала меня, спасла? Как я могу ему всё это рассказать, если боюсь его реакции, боюсь того, что он вызывает во мне?

— Хьюго — он перехватил меня сильнее, воздух будто закончился в лёгких.

— Как ты заговорила, черт возьми! — прорычал он мне в ухо, его голос был полон отчаяния и чего-то ещё, чего я не могла понять.

— Мне нужно это знать!

Несколько секунд я молчала, пытаясь собраться с мыслями, настроить себя на то, чтобы рассказать ему.

— Почему я чувствовал твои губы, когда очнулся? — этот вопрос заставил меня вскинуть голову. Его глаза, что же творили его глаза.

Они загорелись таким сильным, таким мощным огнём, а хватка на мне только усилилась. Я продолжала изучать его, видя, что он зол, раздражён.

Неужели на меня?

Я снова опустила глаза, пытаясь справиться с бешено бьющимся сердцем.

— Ты отключился, — начала я, голос мой дрожал, — я не знала, что делать, а волки — я сглотнула от страха, вспоминая, — волки приближались — слёзы застилали глаза.

— Я выпустила свой огонь, он разгорелся сразу же, а остановить его я была не в силах. Везде был дым, ты не мог вздохнуть.

Я смахивала слёзы.

— Я пыталась привести в чувство, пока,я замолчала, не в силах продолжать.

— Пока не закричала, — закончила я,

— я испугалась за тебя, ты мог погибнуть. Не знала, что делать, но хотела спасти тебя, хотела помочь.

Вдыхала в тебя воздух, надеясь хоть так спасти— снова смахивая слёзы.

— Ты очнулся. Дальше всё. Я закончила, ощущая, как всё давит в груди, как слабость накатывает сильнее и сильнее.

Его молчание угнетало, становилось невыносимым, как и то, что он не размыкал своих рук, лишь сильнее сжимая меня.

— Испугалась за меня — повторил он, и я не понимала, зачем он спрашивает это, раз и так уже знает ответ.

Я из-за него сама не своя какой день, а он.

Лишь кивнула, пытаясь отстраниться, но он не позволил.

— Отпусти, не нужно, — шептала я, чувствуя, как нарастает паника.

— Ответь, — повторил он. Я зажмурилась, понимая, что ещё немного, и точно провалюсь в бездну. Мне плохо, как же плохо.

— Ты уже слышал, — я коснулась его груди, но зря сделала это — меня опалило. Горячо, как же горячо от него!

— Ответь. Я отрицательно качала головой, понимая, что не смогу. Не смогу. Разве непонятно, что он творит со мной? Почему он не видит?

Почему так давит?

— Да, испугалась за тебя! — выкрикнула я, не выдержав.

— Испугалась, ведь ты стал мне дорог, так дорог, как никто другой. Я ни о ком думать не могу, кроме тебя! Будь ты неладен!

Я толкнула его в грудь, пытаясь заставить уйти, оставить одну.

Чтобы не было так больно.

Хьюго резко перехватил мои руки, его глаза уже горели зловещим огнём.

— Отпусти, не мучай меня, уходи, прошу, — прошептала я, ощущая его злость, его ауру, которая сжимала меня, как тиски.

Его взгляд было просто невозможно выдержать.

— Вчера я всё услышала, — продолжала я, пытаясь говорить ровно, а теперь прошу покоя.

Но он словно не слышал. Только смотрел. Я закрыла лицо руками, не в силах больше выдержать.

Резко он поднял моё лицо за подбородок, вглядываясь так пристально, что ноги подкосились.

В его глазах я видела бурю — гнев, боль, отчаяние.

— Уходи, прошу, — повторила я свои слова, уже плача.

Слёзы текли по щекам, размывая его образ.

Он сглотнул, на мгновение его хватка ослабла, и я почувствовала, как он отстранился от меня.

Затем он буквально выбил дверь, и в следующее мгновение я осталась одна.

Пустота, которая обрушилась на меня, была оглушительной.

Холод, который пронизывал, казался сильнее, чем любое физическое ощущение.

Стало больно, страшно.

Мэдисон

После того как Хьюго ушёл, ко мне несколько раз заходил Гаред. Он осторожно расспрашивал, как я себя чувствую, и, конечно, про Хьюго. Спрашивал, почему тот был таким злым.

Я и сама это ощущала даже сейчас— его аурой фонило так сильно, что я дрожала каждый раз.

Я прикусила губу, плетя косу. Я не знаю, как мне быть, что нам делать.

Разве он не видит, что я чувствую?

Разве не понимает?

Или просто не хочет ничего этого понимать?

Тогда и смотреть на меня так не имеет права.

Пусть сначала разберётся с собой, а потом уже подходит ко мне.

А вдруг всё эти чувства лишь иллюзия, вдруг так влияет на нас истинная связь. От этой мысли мороз пошёл по коже.

Нет, не может быть так, ведь я ощущаю что это всё по настоящему.

Тири вспорхнула в комнате, подлетев ко мне. Ярко загорелась, подставляя свою головку.

Её тепло хоть немного согревало меня, но не так, как тепло Хьюго.

Гаред проговорился, что это он предложил Хьюго согреть меня, надеясь, что я восстановлюсь.

Но я всё равно не пришла в себя.

Обняв себя за плечи, я чувствовала такой холод, что даже моя собственная сила казалась незначительной.

Я прошла к окну и замерла от увиденного.

Сердце ухнуло вниз, а уголки губ задрожали.

Во дворе замка, прямо под раскидистым деревом, располагались величественные, большие, красивые качели.

Я схватилась за грудь, не веря своим глазам.