Чтение онлайн

[СТАТУС ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ]

[Физическое состояние: Норма (Восстановлено)]

[Магический резерв: 5 % (Критически низкий)]

[Запас биомассы: 0.5 кг (Голод)]

— Цитируя Крысу, я сказал бы лишь «Жрать!», — прокомментировал Кот, материализуясь на подоконнике. — И под «жрать» я имею в виду не овсянку из столовки, а нормальные протеины. Твой метаболизм сейчас работает как доменная печь. Если не закинешь дрова, начнешь переваривать сам себя.

— Знаю, — я открыл глаза. Желудок свело болезненным спазмом. — Сначала занятия. Потом еда. Я не могу пропустить перекличку.

Учебный день прошел в тумане. Я сидел на лекциях, старательно делая вид, что слушаю, хотя в голове уже скакала мысль кого-нибудь сожрать. Розенберг и его свита на занятиях не появились — видимо, «артефакт» ударил по ним сильнее, чем я рассчитывал, и они отлеживались у лекарей. Это мне на руку.

На практике по «Стабилизации потоков» я разыграл настоящий спектакль.

— Эверт, к барьеру! — вызвал меня Магистр, сухопарый мужчина с землистым лицом. — Продемонстрируйте удержание формы «Водный Щит».

Я вышел, спокойно создал перед собой водяную пленку. А потом специально позволил ей дрогнуть. Ослабил контроль, позволив воде расплескаться мне на ботинки.

— Слабо, — поморщился Магистр, делая пометку в журнале. — Контроль на уровне ребенка. Но отсутствие старания я не потерплю. Садитесь. Неуд.

— Простите, наставник, — я изобразил раскаяние и с понурой головой вернулся на место.

Внутри же я ликовал. Я стал невидимкой. Для них я — бездарность, Максимилиан-Неудачник, на которого не стоит тратить время. Никто не заподозрит в «двоечнике» того, кто ночью уложил группу аристократов лицом в грязь.

— Стелс прокачан, — одобрил Кот. — А теперь валим отсюда. Твой живот урчит так, что даже у меня уши закладывает.

Как только прозвенел звонок с последней пары, я, не задерживаясь, направился к выходу из Академии. Мой путь лежал не в студенческую столовую, где давали постный суп, а дальше — в Нижний Город. Там, где за пару марок можно купить мясо, о происхождении которого лучше не спрашивать.

Улицы Нижнего Города встретили меня шумом, толкотней и запахами жареного масла и специй. Я нашел мясную лавку на углу Рыночной площади.

— Почем окорок? — спросил я у мясника, огромного мужика в засаленном фартуке.

Тот смерил взглядом мою студенческую форму «Черного» корпуса и, видимо, решив, что с бедного студента много не возьмешь, но и обмануть грех, назвал цену:

— Тридцать марок. Это кабан из ближних лесов. Жесткий, но сытный.

— Беру, — я не стал торговаться.

Получив завернутый в бумагу кусок мяса, я не пошел в общежитие. Я зашел в ближайшую дешевую таверну, заказал кружку разбавленного пива, просто чтобы занять место и развернул сверток.

И я не только ел, но и использовал Систему.

[АБСОРБЦИЯ]

Мои пальцы касались мяса, пока я отрезал куски ножом. Я расщеплял волокна еще до того, как они попадали в рот, превращая сложную органику в чистый питательный концентрат. Вкус исчезал, становился пресным, как вата, зато эффективность усвоения взлетала до ста процентов.

— [Запас биомассы: 1.5 кг], — удовлетворенно мигнула Система через полчаса.

Голод отступил. Силы вернулись. Я чувствовал, как энергия растекается по телу, заполняя пустоту.

Я вышел из таверны, чувствуя себя живым человеком, а не тенью. Настроение улучшилось. Я собирался вернуться в Академию и заняться изучением библиотечных книг, которые посоветовал Элиас.

Но у города были другие планы.

В толпе меня кто-то толкнул. Легкое, почти незаметное касание у пояса.

Рефлексы сработали мгновенно. Я хлопнул рукой по карману. Пусто. Кошелек с остатками моих денег — около пятидесяти марок, исчез.

— Эй! — я резко обернулся.

В толпе мелькнула спина — худой парень в рваной серой куртке, который слишком быстро и ловко лавировал между прохожими.

— Вор! — констатировал Кот. — класс «Карманник». Догоняй, пока он не сдал лут! Там наши последние деньги!

Я рванул следом. Бежать в толпе было сложно, но мои усиленные ноги, пусть и без явных мутаций, но давали преимущество. Я перепрыгнул через тележку торговца, оттолкнулся от стены дома, срезая угол.

Вор заметил погоню. Он нырнул в узкий, грязный переулок, заваленный мусором.

Я влетел следом, но там было пусто. Только разветвление на три стороны.

— Черт, — я остановился, тяжело дыша. — Ушел.

— Налево, — дернул ухом Кот. — Я слышал шаги. Он легкий, но обувь шаркает.

Мы свернули налево, углубляясь в лабиринт трущоб. Здесь уже не было торговцев и случайных прохожих. Стены домов сжимались, окна были заколочены. Это была «слепая зона» города, куда стража заходила только вооруженными отрядами.

Я замедлил шаг, прислушиваясь. Вора нигде не было видно. Либо он знал тайные тропы, либо затаился.

— Потеряли, — зло сплюнул я. — Пятьдесят марок. Это хватило бы на неделю.

Я уже собирался развернуться и уйти, признав поражение, как вдруг тишину переулка разорвал крик.

Это был женский крик. Короткий, испуганный, оборвавшийся так, словно рот зажали рукой.

Звук шел из полуподвального помещения в доме справа. Дверь туда висела на одной петле, изнутри веяло сыростью и бедой.

— Не наше дело, — тут же отреагировал Кот, его шерсть встала дыбом. — Это «случайное событие» в плохом районе. Шанс дропа — ноль. Шанс получить нож в печень — сто процентов. Виктор, уходим.

Я замер. Кот был прав. Я здесь никто. Я должен быть тише воды, ниже травы. Вмешиваться в разборки местных банд — это глупость.

Но крик повторился. Глухое мычание и звук удара.

Вспомнился Сад. Вспомнились хулиганы, пинающие слабого. Вспомнилась моя семья.

— Я не герой, — прошептал я, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. — Но я ненавижу падальщиков.

— Ох, вечно ты лезешь в данжи без пати, — вздохнул Кот, становясь прозрачным. — Ладно. Но учти, маны мало. Бей быстро и жестко.