Чтение онлайн

Растолковать ситуацию берется Мастерс.

– Есть все основания полагать, что мятежники, – он бросает быстрый взгляд на Китнисс, – могут совершить теракт во время церемонии. В последние дни повстанцы не раз заявили о себе и, вероятно, не упустят шанса сделать это снова…

– Если солдаты Койн решат, что смогут похитить Сойку-пересмешницу и тем самым сорвать свадьбу, – перебивает Главу миротворцев Сноу, – мы окажемся на шаг впереди. Мисс Эвердин уже обретет свое счастье с тобой, Пит, – Президент снова переходит на дружественное обращение.

«Не смешно», – думаю я, но все-таки заставляю себя кивнуть в знак того, что не спорю с планом.

Итак, Президент не шутит. Я должен жениться на Китнисс прямо сейчас…

Вздыхаю. Что ж, в принципе, это не сложно: взять бумагу, поставить на ней свою подпись, и дело с концом. Все – я женатый человек. Не о такой свадьбе я мечтал когда-то…

Моя невеста бледна, как стена, возле которой она сидит. Пытаюсь в очередной раз перебрать в голове чувства, которые испытываю к ней. Первое, что приходит на ум – мать моего ребенка. И только после этого появляются ассоциации с ненавистью, любовью, сомнениями и даже влечением к ней. На душе становится даже легко: я справлюсь со всем этим, ведь у меня есть то, ради чего стоит бороться – малыш, моя плоть и кровь.

– Ладно, давайте сделаем это, – произношу я.

Сноу довольно кивает, а вот что меня действительно удивляет, так это слова Клариссы, которые она шепчет мне на ухо:

– Думаю, вам стоит поговорить…

Я оборачиваюсь к ней, в моем взгляде вопрос.

– Пит, все-таки это ваши последние минуты до того как… – настаивает Кларисса. – Просто поверь мне, ладно?

– Я не хочу разговаривать! – выпаливает резко Китнисс, вероятно, все-таки услышав наш разговор.

Она встает и, подойдя к Мастерсу, выхватывает из его рук бумаги. Бросает их на стол и размашистым движением оставляет свою подпись на нашем брачном документе. Прищурив глаза, я всматриваюсь в Сойку, но не могу разгадать ее эмоций. Мне все еще кажется, что Китнисс рассержена.

Пожимаю плечами и двигаюсь к ней и к Главе миротворцев. Китнисс демонстративно отходит, лишь бы я случайно не коснулся ее. Злюсь: каждый раз, когда она отталкивает меня словом или делом, я прихожу в бешенство – это замкнутый круг. Резким движением беру ручку и расписываюсь.

Все. Мы женаты.

Никаких обещаний или признаний в любви.

– Поздравляю вас, мистер Мелларк, – говорит Мастерс. – Миссис Мелларк? – он переводит взгляд на Китнисс.

Сойка упорно хранит молчание.

– Не хотите поцеловать супругу? – спрашивает меня Сноу, и вот тут эмоции Сойки все-таки пробиваются наружу.

Страх. Китнисс боится меня! Это как мед на мои душевные раны. Делаю шаг в ее сторону и, схватив за запястье, притягиваю к себе. Девушка пытается взять себя в руки, делает пару глубоких вздохов, чтобы успокоиться, но когда она так близко, маскировка бессмысленна. Я слышу, как часто бьется ее сердце.

Смотрю на губы своей жены: плотно сжатая линия рта, которая должна сообщить мне, что Сойка не намерена целоваться. Улыбаюсь, чувствуя себя победителем: «Пора покориться, дорогая!».

Я настойчив: касаюсь пальцами подбородка Китнисс и заставляю ее посмотреть на меня. Сойка старательно отводит глаза, все еще надеясь избежать поцелуя.

– Жена… – выдыхаю я и наконец получаю взгляд серых глаз.

– Пит, я не хочу… – начинает она, но я не даю Китнисс закончить. Мне надоело слушать одно и то же: что она не хочет «так». Глупая. По-другому у нас не будет.

Закрываю ей рот властным поцелуем, в очередной раз подтверждая, что в наших отношениях ничего не изменится: я буду главным. Китнисс не отвечает, просто стоит и терпит. Ждет, пока я закончу.

Отрываюсь от Сойки и сразу же отворачиваюсь. Внутри неясная горечь: ощущение такое, будто какая-то часть меня соглашается с девушкой. Я тоже не хочу «так». Встряхиваю головой и широко улыбаюсь окружающим: собравшимся не обязательно знать, что я сомневаюсь в своих чувствах.

Финник и Кларисса поздравляют нас, и я даже верю, что они от души желают, чтобы мы с Китнисс обрели покой в душе. Мастерс сухо, но тоже искренне произносит ободряющие слова. А вот красивым и витиеватым речам Сноу я не верю. Президент рассказывает о благе, которое принесет стране наш брак, и желает здоровья малышу, но «не верю» настойчиво бьется в моей голове.

Энни Креста встает со своего места, прерывая речь Сноу. Наклонив голову на бок, она внимательно, насколько это возможно для сумасшедшей, рассматривает Китнисс. Они видятся впервые, в этом дело? Нет. Похоже, Энни интересует не сама Сойка, а ее округлившийся живот. Моргнув пару раз, Креста начинает истошно кричать. Я дергаюсь и машинально отступаю назад, заслоняя собой Китнисс. Финник реагирует почти мгновенно: он заключает Энни в объятия и, прижав к себе, гладит ее по волосам.

– Тсс… – шепчет он, пресекая попытки Кресты вырваться. – Успокойся, моя маленькая, все хорошо…

Проходит несколько долгих минут, пока девушка, наконец, затихает.

– Вот так, моя девочка, – продолжает Финник и целует Энни в лоб, – все хорошо, все хорошо…

Одейр смотрит на меня поверх головы Кресты, словно извиняясь за странное поведение девушки, но мои мысли заняты другим. Под громкую барабанную дробь в голове кружатся воспоминания – серые, неприметные, но пронизанные жарким эхом двух слов – «моя девочка».

Несмелые объятия, которые были у меня прежнего с Китнисс.

Робкие первые поцелуи.

Ночи, когда я лежал, любуясь сонным лицом той, которую так сильно любил…

Это десятки разных фрагментов, похоже на пазл – передо мной высыпали гору кусочков, а я не могу собрать их воедино.

«Моя девочка». Китнисс. Любимая. Единственная. Желанная.

От обрушившихся воспоминаний голова идет кругом, но я успеваю сообразить, что мои колени подкашиваются, и я вот-вот упаду. Внезапно кто-то обнимает меня со спины, поддерживая: Сойка заключает меня в кольцо своих рук, крепко прижимаясь сзади.

Шумно выдыхаю, обхватив голову руками. Боль острая, нестерпимая.

Происходит странное: какая-то часть меня – второе я – начинает разрывать цепь серых воспоминаний, вставляя между ними яркие, красочные картинки с Китнисс и охотником.

Их поцелуй: жаркий, страстный.

Их объятия: тесные, требовательные.

Движения, позы, сплетения тел…

Кто-то рядом со мной кричит: яростно, дико… Голова начинает болеть еще больше.

– Пит? – слабый женский голос, похожий на Китнисс.