Чтение онлайн

Но... сегодня, в объятиях Лэя, слова этой песни обрели для меня куда более глубокий смысл. До этого момента я всегда думала, что в ней поется просто о том, как классно проводить время с тем, кого ты любишь, наслаждаться мгновением, ни о чем не думая.

Но стоя здесь, в объятиях Лэя, покачиваясь в такт музыке, я вдруг поняла, что в этих словах скрывается нечто большее. Теперь они звучали для меня совсем иначе. Это было похоже на оду человеку, который изо всех сил пытается отпустить любовь, слишком дорогую для него, может быть, даже намек на то, что впереди его ждет потеря этой любви.

На самом деле, горьковатые нотки в этой песне отражали всю сложность настоящей любви и тот страх, что однажды можешь потерять кого-то, кого нельзя заменить.

Я с трудом сглотнула, пытаясь подавить легкую грусть, но волна эмоций все равно накрыла меня с головой.

Я даже не была уверена, в какой именно момент это произошло, когда я влюбилась в Лэя, но вот она я, полностью, без остатка, до кончиков пальцев. Лэй ворвался в мою жизнь, как настоящая буря, перевернул все с ног на голову, и теперь я уже не могла представить себе свой мир без него.

И я не хотела этого.

Не раздумывая, я подняла руки и обвила ими Лэя за шею, притягивая его еще ближе. Я надеялась, что мне никогда не придется испытать ту самую боль, о которой пелось в этой песне.

Мне нужно было, чтобы наша любовь осталась навсегда.

Будто услышав мои мысли, Лэй ответил на них страстным поцелуем, таким глубоким и напористым, что у меня перехватило дыхание, а по всему телу побежали сладкие мурашки.

Вечеринка будто растворилась где-то вдали.

Смех и разговоры наших друзей и родных превратились в глухой, едва различимый шум.

Единственное, что имело значение, был Лэй.

Блять. Если он будет продолжать в том же духе, я, кажется, залечу до конца года.

Когда мы наконец оторвались друг от друга, песня достигла кульминации, и я словно потерялась в этом мгновении.

Лэй едва коснулся моих губ своими.

– Я люблю тебя, Мони.

Вздрагивая, я прошептала:

– Я тоже тебя люблю.

Все тревоги и страхи растворились под теплом его взгляда.

Я не хотела, чтобы эта ночь заканчивалась, не хотела, чтобы волшебство исчезло.

Последние ноты песни еще висели в воздухе, а мы продолжали держать друг друга, двигаясь в такт музыке.

Все было настолько идеально.

Диджей Хендрикс включил Let’s Stay Together Эла Грина, но с таким реггетон-битом, что толпа взревела от восторга.

Я чуть отстранилась, все еще держась за Лэя, не желая разрушать это чувство, не желая прерывать заклинание момента.

Господи, я не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась.

Лэй поймал мой взгляд и, к моему полному изумлению, вдруг резко опустил меня в легком поддержанном наклоне.

Я рассмеялась, чувствуя это восхитительное головокружение, будто мир слегка качнулся.

Он поднял меня обратно, убрал руки с моей талии и крепко взял за руку.

Я приподняла брови.

– Умеешь, оказывается, двигаться.

– Немного. – Без всякого предупреждения Лэй закружил меня.

Ох, блять.

Все вокруг размылось, слилось в одно сплошное пятно.

А потом я снова оказалась в его руках.

Я вскрикнула от радости, не сдержав этот счастливый крик.

– Ладно, ладно! – Голос диджея Хендрикса гремел через колонки. – Ну вы же знаете, никакая вечеринка не считается настоящей без электрического слайда!

Я рассмеялась, выходя из этого блаженного облака, в котором существовали только Лэй и наша любовь. Я почти забыла, что вокруг вообще есть люди.

Оглядевшись, я поняла, что, черт возьми, почти все там уже танцевали. Даже некоторые из главных охранников Лэя сняли рубашки и отплясывали вместе с подругами моей тети Бетти.

Ну, ни хрена себе. Ладно, теперь ясно. Восток умеет веселиться.

ДиДжей Хендрикс сделал парочку скретчей, а потом усмехнулся:

– Все, кто еще сидит, поднимайте свои задницы и идите на танцпол, потому что пришло время скользить!

Толпа взревела от восторга, и я не смогла удержаться от широкой улыбки.

Я оглянулась на Лэя, у которого глаза были распахнуты от удивления.

Да, детка. Добро пожаловать в черную семью.

Пара других ребят из «Четырех Тузов» тоже явно не понимали, что происходит.

Это был тот самый момент, когда наши культуры по-настоящему соединялись. Ни одна черная вечеринка, ни одна свадьба или семейное собрание не обходились без того, чтобы кто-нибудь не объявил, что пора танцевать электрический слайд9.

Я выскользнула из объятий Лэя.

– Ты вообще умеешь танцевать электрический слайд?

– Ромео меня учил, но я давно не пробовал. Лет сто уже прошло, с тех пор как я был подростком.

– Ну, теперь тебе придется танцевать его часто.

Он рассмеялся:

– Да ну, правда?

– Да, Хозяин Горы.

Бэнкс подошел к нам, весь без рубашки, в зеленой кепке, в темных очках, с выпирающими мышцами, как будто специально показывал, что он здесь главный.

– Лэй, иди-ка присядь где-нибудь сбоку, – сказал он. – Ты в этом ни хрена не шаришь.

Лэй только закатил глаза.

Я показала Бэнксу средний палец.

– Мой парень знает, что делать.

– А если не знает, я над ним буду ржать, – Бэнкс перешел на мою сторону. – И вообще, Лэй, ты бы своего кузена забрал. Чен, похоже, решил, что попал на концерт Элвиса Пресли.

Лэй нахмурился:

– Что?

– Посмотри сам, – Бэнкс кивнул в сторону.

Мы повернулись налево и увидели Чена, который, кажется, вообще слушал какую-то свою музыку. Он быстро тряс бедрами и дергал ногами в каком-то совершенно диком, рваном ритме.

Фен кружилась рядом с ним, явно тоже слыша в голове эту особенную музыку, потому что двигалась в том же ритме. Она добавляла свои повороты и прокруты, а они оба смеялись, совершенно не замечая, что вокруг вообще-то идет другая вечеринка.