Чтение онлайн

Сглатываю, понимая намёк. И внутри становится не просто горячо. Каждая клеточка тела отзывается сладкой истомой. Напоминая мне, что сладкое на ночь противопоказано. Одного раза достаточно, иначе подсяду!

— Всю ночь, Пончик. Долго. Сладко. И со вкусом, — добавляет, и горячая ладонь ложится на голое бедро.

Утром просыпаюсь и первые несколько секунд не понимаю, где нахожусь. Просторная спальня в тёмно-серых тонах совершенно незнакома мне. Оно и понятно, ночью я её совсем не осматривала. Мой любовник так буднично привёл меня сюда. Уселся на вот эту огроменную кровать и, не дав опомниться, рванул меня на себя. Уткнулся носом в грудь. Пробубнил что-то об отработке. А дальше всё как в тумане. В очень сладком, одурманивающем тумане.

Вместо привычной нервозности и желания укрыться я поворачиваюсь к спящему мужчине. Утыкаюсь носом в его плечо, вдыхая запах кожи, приправленный табаком. И впервые за долгое время не чувствую себя толстой, неуклюжей, нелепой. Я чувствую себя женщиной. От этого чувства аж плакать хочется. И не хочется выбираться из кокона сильных мужских рук.

Вадима будит вибрация телефона на тумбочке. Он мычит, морщится и, приоткрыв глаза, долго смотрит на меня. Я не двигаюсь под этими сонными очами, ощущаю себя застигнутой врасплох. Потому что нагло любовалась спящим мужчиной.

— Что бы ты там в своей интеллигентной головушке ни надумала, сбежать не получится, — хрипло бубнит он и, поцеловав в нос, откатывается.

Подтягиваю тонкий плед, укрывая телеса. Вадим на звонок отвечает. Садится, свесив ноги. Ладонью лицо чешет. Я опять любуюсь им, теперь спиной. Безумно шикарной. А когда он ещё встаёт, чтобы шторы открыть, взгляд застывает на заднице и ногах, не менее шикарных и рельефных.

— Всё по плану. Встречу Алину там же. Нужна ответная помощь. Дам тебе адрес, потряси там отделение. Выясни всё по делу…

Он замолкает и разворачивается. Я честно не слушаю. В данный момент жадно разглядываю его торс и достоинство, которое под моим взглядом кровью наливается.

— Пончик, — зовёт меня, прижав трубку к плечу.

— А? — опомнившись, заливаюсь краской стыда, а он смеётся. Хрипло так, чертовски сексуально.

— Ненасытная моя, мы на работу так опоздаем. Отложим сладкое до вечера, — хохочет гад.

— Я вообще ничего такого… — бубню, сползая с кровати, и собираюсь гордо спрятаться в ванной. Возможно, даже громыхнуть дверью. Ещё пока не решила.

— Куда ускакала? Фамилию скажи! — летит мне в спину.

— Еремеева. А зачем тебе? — встрепенувшись, останавливаюсь. Оборачиваюсь и хмурюсь.

— По делу Еремеевой. Там ограбление… — Вадим игнорирует мой вопрос и подходит близко.

Пячусь, упираюсь спиной в дверной косяк. Вадим продолжает говорить. Мой домашний адрес называет. А вот его свободная рука нагло пролезает под плед, в который я завернулась, и активно мнёт мои телеса.

— Нам… на работу… Вадим… — шепчу, вздрагивая от каждого касания.

— Давай, на телефоне, — бросает он коротко абоненту и, швырнув аппарат на кровать, рывком закрывает мне рот поцелуем.

И всё моё сопротивление сгорает под натиском этого хищника. Я оплетаю его шею руками. Тянусь на носочках, отвечая с жадностью. Царапаю смуглую кожу. И животом чувствую его каменное желание.

— Мозгоотлючающая, Пончик, — нехотя прервав поцелуй, выдыхает Вадим. — В субботу ты работаешь?

— Только в клинике до полудня.

— Отлично. Никаких планов на выходные не строй. Увезу тебя в глушь и не выпущу из постели, — он не спрашивает, перед фактом ставит. А я почему-то не возмущаюсь. — Иди первая в душ. Мы действительно опаздываем.

Утренняя спешка не даёт нам нормально поговорить о наших столь грандиозных планах. После душа, переодевшись во вчерашний офисный костюм, пропускаю мужчину в ванную и иду пить кофе. На завтрак времени нет. Пока Вадим одевается, делаю пару бутербродов, в машине поедим.

Во время поездки мы тоже не обсуждаем «наши планы». Вадим по телефону общается и бутер жуёт. Как только его чёрный монстр заворачивает к парковке и я вижу стоящую с ещё одним здоровяком Демидову, требую мужчину остановиться.

— Ты чего, Пончик? — удивляется он.

— Я не хочу, чтобы о нас знали студенты. Пожалуйста, высади меня здесь, — тараторю, осматриваясь.

— Ладно, — соглашается Вадим, заезжая между двумя крупногабаритными машинами.

— И вот ещё что. На экзамен я тебя не пущу.

— Я не могу оставить Алину, Паулина, — качает головой мужчина.

— Да, я понимаю. Но в аудитории кроме неё будет десяток-другой учащихся. И никто больше не зайдёт. Ты можешь постоять у дверей. Но на мой экзамен ты не зайдёшь.

— Ух, кто-то опять училку включил, — хмыкает он. — Ладно, но для проформы попробую пролезть.

— Да, попробуй, — фыркаю и, отвернувшись, собираюсь уже выйти. Но нет, этот мужчина никогда не даёт оставить за собой последнее слово. Очередным рывком к себе тянет и целует.

— Вечером заберу тебя, Пончик. И не спорь, иначе никакого сладкого не получишь, — строгих ноток добавив в голос, грозит Вадим.

— Хорошо, — сдаюсь со вздохом. Как-то слишком быстро я стала покорной.

Выйдя из машины, быстро иду в здание университета. И даже короткое «здрасте» от Демидовой не слышу.

Перед экзаменационной аудитории Вадим устраивает целый концерт. Даже взятку мне предлагает. Хочется его этими деньгами придушить. В итоге, загнав студентов в помещение, я от души хлопаю дверью перед его носом. И это совершенно точно не постановка. Я на самом деле злюсь.

— Вот это вы мощь, Паулина Андреевна! — присвистывает один из ребят.

— Так, мы выбились из графика, — одёргиваю пиджак и иду к своему столу, на котором стоит розовая квадратная коробка.

— Это вам, Паулина Андреевна, чаю попьёте, — отвечает староста класса на мой молчаливый вопрос.

— Это от чистого сердца, — замечает второй, видя моё перекошенное лицо. — Просто поднять вам настроение. Вы в последнее время грустная ходите.

Открываю крышку. А там… моя любимая запрещёнка. Пончики. Разные, вкусные. Аж слюни копятся во рту. Я ведь один несчастный бутерброд съела. Решительно закрываю вкусняшку и отодвигаю на край стола.

— Спасибо, давайте всё же вернёмся к нашему экзамену, — киваю ребятам. Они часто носят мне разные сладости. Кому-то алкоголь дорогой, а меня можно и шоколадкой задобрить. Вот такая я…. Пончик, одним словом.