Чтение онлайн

— Две недели? — спрашиваю я. — Три недели? Нужно быть точными.

— Три?

— Давай остановимся на месяце. Наверное, не стоит знакомить кого-то с семьей, если отношениям меньше месяца.

— Это правило?

— Правило большого пальца? Но, думаю, знакомство с семьей на ранней стадии отношений может указывать на то, что я не более чем утешение, что может быть полезно, когда мы инсценируем разрыв.

Ноа молча изучает меня с выражением, которое находится где-то между забавным и восхищенным.

— Ты точно профессионал.

— Эм. Спасибо.

— Ты не против держаться за руки? Пока мы с моей семьей? Думаю, это поможет выставить в лучшем свете наши отношения. Мои родители ласковы. Им может показаться странным, если мы вообще не будем прикасаться. Но если ты не хочешь, это нормально…

— Нет, это нормально. — Я улыбаюсь. Я могу выдержать немного держания за руки для вида. — Но нельзя переплетать пальцы. Это слишком интимно.

Он оживает от моего сарказма.

— И где же ты проводишь черту?

На моем телефоне появляется уведомление.

Хейзел

Я ничего о нем не нашла. Несколько аккаунтов в соцсетях, которые он уже зачистил от любых бывших девушек. Не уверена, зеленый это флаг или красный.

Кстати, ты не сказала мне, НАСКОЛЬКО ОН ГОРЯЧ. Какого черта, Саммер? У этого мужчины челюсть, которая может зажечь огонь.

Я пытаюсь скрыть экран от Ноа, пока спешно печатаю ответ.

Саммер

Это не имеет смысла.

Хейзел

Ты не смогла бы спать на его животе из-за этих КАМЕННЫХ КУБИКОВ ПРЕССА. А эти голубые глаза? Я бы плавала в такой чистой и манящей воде, даже с акулами.

Саммер

Пожалуйста, скажи мне, что ты под кайфом.

Хейзел

Как проходит поддельное свидание? Как его семья? О боже, представь, какие у вас могли бы быть дети!!

— Все в порядке? — Ноа кивает на мой телефон.

Мое лицо пылает, потому что теперь я представляю ангельские лица наших детей с его голубыми глазами. Я засовываю телефон в сумочку.

— Ага. Просто моя подруга, Хейзел.

— Она что-то нашла в моем досье? Я хотел рассказать тебе о том обвинении в убийстве.

— Ты это видел? — Теперь мне хочется провалиться сквозь землю.

Он смеется.

— Она правда проверила мое досье?

— Конечно. Это же Хейзел. — Я прищуриваюсь на него. — Расскажи мне подробнее об этом обвинении в убийстве.

— Может, за ужином. — Он машет над головой, и пожилая пара, стоящая под руку на крыльце своего дома в стиле шале, машет в ответ. Родители Ноа.

Большие окна, крыльцо, опоясывающее весь дом, причал на воде. Их дом живописен.

— Не могу дождаться, когда перееду.

— И еще, быстро, — добавляет Ноа. — Мои родители — лидеры культа, они собирают мусор и говорят только на латыни. Это не будет проблемой?

— Вовсе нет.

Он ухмыляется мне.

— Готова познакомиться с семьей?

С крыльца женщина в длинном струящемся платье отделяется от мужа и бежит к нам с улыбкой. Я ожидаю, что она бросится к сыну, возьмет его лицо в ладони и расцелует в щеки, но она направляется прямо ко мне.

Я едва успеваю приготовиться, как его мать чуть не сбивает меня с ног, обнимая за талию. Для такой маленькой женщины — сомневаюсь, что она выше пяти футов — ее сила вышибает из меня дух. Должно быть, это та самая знаменитая сила, которой обладают женщины, чтобы поднимать машины с младенцами.

— Привет, мам. Это…

— Саммер! О, как приятно наконец познакомиться! — Ее голос теплый, ее имбирный запах напоминает о рождественском уюте.

Наконец? Сколько Ноа уже рассказал ей обо мне? Конечно, я знала, что Ноа расскажет семье основную информацию, если приведет меня на ужин — мое имя, возраст, судимость — но я не ожидала такого теплого приема. Особенно учитывая, что они так переживали из-за его разрыва с бывшей. Наверное, они все ее любили, она была практически членом семьи.

Его мать отстраняется с лучезарной улыбкой, все еще крепко сжимая мои руки. На ней цветочный принт и множество ярких колец. Ее тонкие, бледно-светлые волосы спадают по спине, и я бы сказала, что она выглядит лет на двадцать моложе своего возраста.

— Можешь звать меня Кристин.

— Очень приятно познакомиться. — Я отвечаю на ее улыбку. — Наконец-то.

— Мы так рады тебя видеть. — Кристин просовывает руку под мою и под руку Ноа, ведя нас к крыльцу. — А это мой замечательный муж, Дэвид.

— Приятно познакомиться, Саммер. — Он протягивает руку для пожатия.

Дэвид — седой мужчина, который мог бы украсить обложку возрастного любовного романа про миллиардера. Его рубашка на пуговицах заправлена в брюки, и я уверена, что он — Ноа через двадцать лет с той же сильной челюстью и очками на таких же пронзительно-голубых глазах. На шее у него висит пара биноклей.

Ноа принюхивается к воздуху, врывающемуся в открытое окно на крыльце.

— Что-то вкусно пахнет.

— Плохие новости: твой брат и сестра не смогут прийти. — Кристин надувает губы в капризной гримасе. — Они в больнице.

Брови Ноа взлетают на лоб.

— Они в больнице?

— Твоя сестра помогала принимать роды! О, она будет замечательной матерью! А потом твой брат упал в обморок, и его тоже увезли на скорой.

Мне не следовало бы радоваться, что его брат и сестра не придут, но я не могу не расслабить плечи. Мне не придется знакомиться со всей его семьей сразу, и я смогу отложить встречу с его сестрой на другой день.

— Килиан не выносит вида крови, — объясняет Ноа.

— Я тоже. — Дэвид качает головой. — И рвоты. Не выношу ни запаха, ни звука, ни даже разговоров об этом, правда…

Дэвид давится, отворачивается от нас к перилам и его выворачивает наизнанку, пока жена похлопывает его по спине.

— Должно быть, семейное, — поддразниваю я Ноа с улыбкой, который стонет.

— Что это? — Брови Кристин хмурятся в замешательстве.

Ноа вздыхает.

— Возможно, меня вырвало в ванной Саммер.

— Довольно рано для отношений, чтобы тебя вырвало… — Слова Дэвида прерываются очередным приступом рвоты.

Кристин тепло улыбается нам.

— Похоже на любовь. Пойдемте внутрь, пока еда не остыла.