Сладкое наваждение
Шрифт:
— А теперь я здесь, чтобы прислуживать тебе. — Она прочищает горло и выпрямляется. — Что тебе нужно. Я буду промывать твою рану, кормить тебя, купать, массировать твои ноги, вытирать твою задницу, что бы тебе ни понадобилось.
Моя первая реакция — отрицать, что мне нужна помощь, но это было бы ложью, и если принятие помощи означает, что Саммер будет рядом больше, я согласен.
— Честно говоря, если ты поможешь мне избежать инфекции и позаботишься о животных вместе со мной, это будет огромной помощью.
Она кивает.
— Тогда я так и сделаю.
Я ухмыляюсь ей.
— Было бы здорово, если бы ты также воздержалась от того, чтобы калечить меня в следующий раз, когда я вломлюсь в твою квартиру, чтобы исполнить твои фантазии.
Ее взгляд падает на мою задницу, скрытую теперь под моими спортивными штанами.
— Ты ранен. Не думаю, что ты скоро куда-нибудь вломишься.
— Несколько недель восстановления не остановят меня.
Саммер приближается, волосы спадают волнами за плечи, подол платья развевается вокруг бедер, и у меня текут слюнки. Прежде чем я успеваю приготовиться к ее следующему движению, она забирается на диван и садится на меня верхом, стараясь не переносить на меня весь свой вес.
Она у меня на коленях. Саммер Брукс у меня на коленях. Если бы у нее в руке был нож, мы бы разыгрывали мою фантазию с ночи нашего знакомства.
Когда ее губы прижимаются к моим, я забываю о пульсирующей боли в ягодице. Я забываю свое имя, когда ее язык скользит по моему, и она издает тихий стон.
Мои руки обвиваются вокруг нее, прижимая ближе, и так много всего я хочу с ней сделать. Так много мест, к которым я хочу прикоснуться, так много звуков, которые хочу вызвать с ее губ…
— Я все еще не могу поверить, что ты за мной следил. — Когда она прерывает поцелуй, мой рот опускается на ее шею. Я не могу насытиться ею. Не могу перестать пробовать ее на вкус, вдыхать ее аромат, пожирать ее так, будто она может исчезнуть из моих рук в любую секунду. — Все это время ты помнил наш разговор с ночи знакомства.
— Извини, что держал в секрете, но это, казалось, было неотъемлемой частью твоей фантазии.
— Абсолютно. — Она улыбается, ее прохладные ладони — бальзам по обе стороны моей шеи, когда она обхватывает меня. — Итак, я знаю, что ты следил за мной с помощью GPS-трекера, который установил на мою машину. Ты писал мне с другого номера. Но как ты снова попал в мою квартиру после того, как починил дверь?
— Я сделал копию твоего запасного ключа.
Ее брови взлетают вверх.
— Вау. Я даже не подумала об этом. Спасибо, что убрал в моей квартире и сложил мою одежду, кстати.
— Не за что. Спасибо, что установила эту камеру и направила ее на свою кровать.
Она дарит мне лукавую усмешку.
— Тебе понравилось смотреть?
— Очень понравилось. До сих пор мечтаю об этом.
Поцелуй, который она запечатлевает на моих губах, на этот раз более нежный. Я никогда не устану ее целовать.
— Спасибо, что не запаниковал, когда я рассказала о своем фетише на преследование. Даже мои более мягкие фетиши заставляли моих бывших убегать. Приятно знать, что кто-то наконец-то может… — Она обрывает себя на полуслове, не решаясь выпалить то, что хочет сказать. То, что я отчаянно хочу услышать.
Что кто-то может любить ее такой, какая она есть.
— ...принять меня. Ты не пытаешься изменить меня или заставить стыдиться того, кто я есть.
Я обхватываю затылок, массируя пальцами кожу головы, пока она не откидывается на мою руку, издавая мягкий вздох.
— Я бы никогда этого не сделал. Ты идеальна такая, какая есть.
На ее губах появляется кривая улыбка.
— Я не идеальна. Но если ты так на меня смотришь, я спорить не буду.
— Расскажи мне о своих других фантазиях. — Мой голос звучит напряженно. Наблюдать за ней на мне, откинувшей голову назад, удовольствие от простого массажа кожи головы расслабляет ее черты, я не могу долго терпеть. Мой член набухает в спортивных штанах. — Я хочу исполнить их все, но не хочу пересекать твои границы.
— Думаешь, это у меня есть границы? — Она приподнимает бровь. — Это у меня фетиш на преследование. Думаю, нас больше должны беспокоить твои границы.
— Я просто хочу, чтобы ты знала, что можешь мне доверять. — Я сжимаю ее в объятиях, не в силах подобраться достаточно близко. — Ты можешь быть собой со мной, и я не хочу, чтобы ты что-то скрывала. Для меня это не фальшь, Саммер. Никогда не было.
Веселье наконец сходит с ее лица.
— Для меня это тоже не фальшь.
Прежде чем слова окончательно срываются с ее губ, она просовывает руку между нами и проводит ладонью по моей эрекции.
Я закусываю губу, когда контакт заставляет меня дернуться, яйца сжимаются. Я хочу ее так чертовски сильно. Я хочу ее с ночи нашего знакомства. Выставлять ее напоказ как поддельную девушку и не трогать ее было самой долгой, самой мучительной прелюдией, которую мне когда-либо приходилось выносить.
Когда она гладит от кончика до основания и касается чувствительной нижней стороны, я вздрагиваю, веки опускаются. Я не могу смотреть, как она это делает, или я кончу в штаны.
Мне нужно отвлечься. Поезда, водопады, шоколад…
Ладонь Саммер с большим давлением проводит вниз по моему члену, пока не достигает основания. О нет. Не опускайся ниже…
Клоуны, вороны, автоматы для захвата игрушек, груди Саммер…
Черт.
Саммер соскальзывает с меня, и мои глаза распахиваются. Если она оставит меня с самым синим яйцом в моей жизни, я, кажется, действительно потеряю рассудок.
Но она не уходит. С дразнящей улыбкой она раздвигает мои колени и опускается на колени.
Черт.
— Саммер…
— «Я хочу просыпаться от того, как ты делаешь облизываешь меня».
— Что? — Мой мозг изо всех сил пытается угнаться. Обработать ее слова, когда ее движения полностью загипнотизировали меня, когда она засовывает руку в мои спортивные штаны и достает мой член.
Она закусывает губу, изучая его, и паника начинает нарастать. Я собираюсь проглотить свою гордость и сказать ей, что она может не продолжать, когда она шепчет:
— Святой хрен, Ноа.
Ага. Это женщина моей мечты.
Она наклоняется вперед, ее рот опасно приближается к моему члену, и капелька предэякулята выступает на поверхность. Господи. Никто на планете никогда не влиял на меня так, как она. Как она.