Чтение онлайн

– Кто ты? – наконец спросила Жозефина, наблюдая, как удивлённо поднимается бровь над единственным глазом собеседницы.

– Хотела покуситься на меня, и даже не знаешь, кто я? – Мизори пожала тонкими плечиками, от чего по чешуйкам доспехов покатилась серебристая рябь. – Я королева этих земель. Ну, ещё тех земель, и вон тех. Правда, я пока там не была.

– Значит так. Сейчас я закрою глаза и досчитаю до ста, а когда открою, золото будет вот на этом столике.

И, зажмурившись, магесса принялась считать:

– Один… Два… Три…

Воспоминания, слова, образы, всё это эхом пронеслось в голове Жозефины. Королева? Быть не может. Жози видела, Жози помнила. И как она могла забыть? Нет, она не забыла, это Торвальд изменилась. Изменился доспех, изменилось количество глаз и угол ухмылки. Изменился тон. Хотя, судя по манере речи, Торвальд осталась всё такой же наглой и мнительной девчонкой.

– Итак, я представилась. Теперь твоя очередь. Как тебя зовут, откуда пришла, и где твои друзья? Им, наверно, очень одиноко сейчас и негде перекочевать. А у нас ещё столько свободного места. Молчим? Понимаю. Ну ничего, у нас на этот случай есть специальные поддерживатели беседы. Прошу, Мила, клиент к твоим услугам.

Мизори подвинулась, открывая взору Жозефины двух довольно странных типов в кожаных фартуках: щупленькую девочку лет тринадцати и калеку в кресле-каталке. В голове сразу всплыли события, случившиеся после того, как благородная героиня Мизори Торвальд расправилась с безжалостным Ледяным Властелином. Тогда досталось всем представителям прежней власти. Да, судя по тому, что у старику оставили только одну руку, палачом он когда-то был отменным. Значит, остаётся держаться. Девочка приблизилась, развернула на столе тяжёлый свёрток с инструментами. Впервые Жозефина пожалела о своей подготовке в области допросов, поскольку узнала большинство инструментов и их предназначения, что совершенно не радовало, не говоря уже о том, что некоторые блестели серебром.

Прошло два часа. Королева Параракса молча наблюдала за работой Милы. Мелкая взмокла и тяжело дышала. Она перепробовала всё и по нескольку раз, но жертва не сказала ни слова. Даже более того, не издала ни звука.

– Да чтоб ты подохла, волчья морда! – в сердцах рявкнула девчонка. – И долбанные предки на небесах! И эта ни хрена не работающая дрянь тоже!

– Аааа! – Жозефина взвыла. То ли от боли, то ли от неожиданности.

Милу трясло от злости. Она, кажется, ещё не поняла, что только что нашла применение для семейного талисмана.

– Ну-ну, успокойся, – единственная рука старика опустилась на плечо внучки. – Я просто пошутил. Оборотни не раскалываются в первый же день, как и тренированные шпионы. Не бойся разочарованного лица Её Величества. Здесь мы бессильны что-то сделать быстро. Трудно пытать существо, с малых лет привыкшее к тому, что её организм разрывает на части по нескольку раз в день. Правда, есть и хорошие новости – благодаря регенерации мы сможем работать с Мисс Загадкой сколько угодно, не боясь её убить. Да, Мила, можно попробовать ВСЁ.

– И сколько же времени должно пройти прежде чем она заговорит? – оперевшись бедром о решётку, осведомилась властительница.

– Где-то неделя. А потом ещё три перед тем, как она заговорит правду.

Лицо Её Величества разочаровалось настолько, что испугался даже старый палач.

– Если вам так это важно... Я мог бы заняться ей лично. Если у вас есть на примете какой-нибудь духовный элементалист, способный вернуть мне на время конечности, подавить потребность в сне и вдохнуть в меня силы, то я смог бы расколоть её недели за две. Правда, это тело слишком старое, и я не могу гарантировать, что после столь объёмного вливания магии я протяну сколько-нибудь долго. Если вам это так важно...

– Важно, но не настолько. Не принимай близко к сердцу Джеймс, – королева стиснула кулаки. – Ну, а ты чего молчишь? Можешь с ней что-нибудь сделать?

Из тени материализовался Клаус.

– Если научишь её говорить, то отдам тебе тело.

Некромант пожал плечами. Ему надоело в который раз объяснять этой дылде, что адамант в мозгу – абсолютная защита от ментальных чар. Даже от кровавого подчинения вампиров.

– Так вынь его! Ты же проводил опыты по пересадке мозга, – Мизори поморщилась, вспоминая, как её атаковал пустынный спрут, которому некромант зачем-то вшил сегмент мозга кролика.

– Вынуть адамант с помощью Ткача?! Я вам что, волшебник?! В смысле, я работаю магическим инструментом, он не сможет даже к её скальпу притронуться и, насколько мне известно, в истории не было зафиксировано ни одного случая успешной работы с затупленными, – лич обиженно стукнул посохом о камень.

– Эгей! Что за шум? Драка имеется? – к обитателям подземелья присоединилось рыжее кучерявое существо с бумажным свёртком под мышкой. – Миз, это она? Миз, это Древний? Миз, я сто лет не видела Древнего! Они такие лапочки!

Жозефина сжала зубы. Кажется, потерпев фиаско с физическим воздействием, её решили сломить психологически.

– Миссис Древний, – не дожидаясь, пока королева скажет своё слово, остроухая самозванка с торжественным видом развернула пергамент, – вот что у меня есть – баранья ножка. Ммм, вкусная очень! А этот мячик, – девушка потрясла кожаный шарик, от чего тот весело загремел, – он принадлежал самому Шарику-Против-Шерсти, герцогу Траузкому. Знатный был правитель! А как мы с ним играли!!! Миз, ты же дашь мне поиграть с носатенькой Древней?

– Я тебе не носатенькая! И я не собираюсь ни с кем играть! И я ненавижу играть! И кость свою забери! Не хочу я её!

– Песчаного спрута мне в стринги, заговорила! – Мизори изумлённо уставилась на пленницу, с ненавистью вылупившуюся на другую пленницу. – Только не думаю, что она захочет играть. Скорее сожрёт.

– Больно надо, – Жозефина изобразила надменность. Настолько, насколько это возможно с разбитым лицом и торчащим из глазницы фамильным талисманом Гудменов. – Я, может быть, на диете. Мне может вредно жирное.

Мерль фыркнула, а в следующую минуту бросилась вон из подземелья, закрывая руками раскрасневшееся личико. В этом замке было три запретных слова: «курица», «жирная», и...

– Ну что, съела, дылда? – собрав во рту побольше крови, герцогиня сделала то, что обычно герцогиням не подобает: плюнула в лицо высшей власти Параракса. К сожалению для неё, акт оскорбления короны потерпел фиаско, когда ветер подхватил плевок и размазал его по лбу последовательницы Князя.

– А ведь она совершенно искренне хотела с тобой поиграть, – Мизори задумалась. Потоки воздуха закружились по комнате, медленные и плавные. Они касались измазанного кровью тела пленницы, раздували русые волосы Клауса, изучали Милу и Джеймса. – Что ж, придётся теперь искать кандидатов тебе на съедение. Сколько у нас алаарцев, господин Гудмен?