Чтение онлайн

– Материал. Ты обещал мне материал, а сейчас его уничтожают. Город уничтожают. Я думала, ты поумнел. Опорный пункт? Плацдарм? Союзники? Не слышал про такое?

– О! Я слышу ропот недовольных! И этим недовольным следует подальше держаться от дел военных. Тот, кто ни разу не врубался в боевые порядки врага, кроша всё на своем пути, вряд ли когда-то поймет мою армию. Это армия действия, милая Адэт, она может двигаться лишь в перёд. Ей не нужны опорные пункты, ей нужен кусок мяса перед мордой. Сейчас они почувствуют вкус грядущей победы, и когда придёт время, будут сражаться с максимальной самоотдачей. Союзники же из этих прохвостов столь же бессильные, как и враги.

– Сколько пафоса.

– Могу без пафоса, моя немёртвая подруга: у нас в армии едва ли сотня лошадей. Еда только та, что люди тащат на себе. Остановимся – они начнут жрать друг друга. Нам нужно решающее сражение. Чем быстрее, тем лучше. Я понятно объясняю?

Лич продолжала буравить взглядом властителя.

– И не переживай о мясе. Если память мне не изменяет, то скоро здесь будет половина тех, кого обратят в рабство. Бери хоть всех. Хотя нет, бери половину, мне тоже нужно питаться. И не делай оскорблённый вид, я здесь верховная власть. Забыла? Или мне напомнить? – Князь сжал руку, выпуская из бархатных перчаток ужасающего вида когти.

– А тебе напомнить, благодаря кому ты её получил? – силуэт, точно черный саван, окутала чернильная субстанция. На месте лица, скрытого тьмой, теперь полыхали пульсирующие белым светом глаза.

– О, я буду безмерно благодарен. Только не здесь, в замке. Негоже воинам видеть, как их повелителя избивают.

Мрачная фигура еле заметно кивнула, сбрасывая с себя покров. Творящаяся вокруг суета не радовала некроманта, однако им обоим предстояла нелёгкая битва и стоило проверить свои силы. А ещё стоит отправить Аркаринарта в Талдом достать из пыльного сундука в глубинах лаборатории старую броню. Обычное облачение совершенно не подходит для работы с магией смерти.

Грани фиолетового кристалла мерцали колдовским светом, расползаясь по внутреннему убранству жилища, свидетельствуя о немалом богатстве обитательницы шатра. Увы, это не имело ничего общего с действительностью. Деньги не любили свежеиспечённую Леди и при первой же возможности утекали сквозь тонкие пальцы с ярко накрашенными ногтями.

Да, женщине принадлежали земельные угодья, но половина из них была заложена банкирам, а вторая находилась в таком упадке, что крестьяне едва сводили концы с концами. Не помогали грабежи, казнокрадство, подпольная торговля рабами и откровенное вымогательство. Да, она умела зарабатывать, но тратить у неё получалось в десятки раз лучше. Она могла спустить месячное жалование на бутылку вина тысячелетней выдержки или причудливого экзотического зверька, могла купить несколько эльфов, устроить небольшой турнир в свою честь. Казалось, о такой жизни мечтает любая женщина Параракса, но эта женщина не была любой. Словно следуя какому-то злому алгоритму, бутылка с вином оказывалась в заднице купленного эльфа, со зверька сдиралась шкура и пускалась на барабан, а турниры заканчивались кровавыми побоищами во главе с самой устроительницей. Всё, к чему бы ни прикоснулась Глэдис Лэнс, имело весьма печальный, если не сказать жуткий финал с запахом крови.

В данный момент женщина сидела под тем самым светильником, изучая собственный труд по анатомии. Если честно, колдовской светильник был ей необходим. Обычно аристократы в коридорах и подсобках пользуются масляными лампами и факелами, а в жилых помещениях жгут мускус и благовония. Глэдис терпеть не могла благовония, а масло, с тех пор как её обожгли во время одной из осад, ненавидела ещё больше.

Было уже за полночь. Труд по анатомии затих несколькими часами ранее. Не то от усталости, не то от того, что Глэдис вырвала ему язык. Её друзья имели нехорошую тенденцию откусывать себе языки и истекать кровью, поэтому элийская командующая была вынуждена действовать на упреждение, дабы не допустить их вверженния в грех членовредительства. Хотя иногда интереснее было вырвать зубы. А вот глаза она старалась сохранить до последнего. Глаза – зеркало души, а битые зеркала, как известно, к несчастью. Маленькое увлечение Глэдис, напротив, доставляло хозяйке исключительное удовольствие. Было что-то необъяснимо притягательное в чужих страданиях, особенно ничем не обоснованных. Взять хотя бы этого парнишку. Сколько обиды было в его взгляде поначалу! «Хочешь развлечься – купи раба» – гласит мудрость аристократии. Какая глупость! Раб никогда не будет страдать искренне. Он уже обречён, уже сдался. То ли дело выкраденная из дома крестьянка или горожанин, перебравший в кабаке. Особый шик – достать кого-нибудь из аристократии. Да, дело рискованное и последствия могут быть неприятные, зато вопли переполненных спесью выскочек, их проклятия и угрозы в разы веселее слушать, чем унылое «пощадите, у меня семья, дети, внуки, могущественные покровители, деньги...»

Стоит признать, подобные увлечения не проходили бесследно. Земля слухами полнится, а фактами и подавно. В высших кругах забавы со смердами не поощрялись. Крестьяне являлись основой благосостояния лорда и государства. Их презирали, но не сильно притесняли. Каждый год в благородном сословии находились смельчаки, готовые положить конец бесчинствам командующей. Те, кто был поумнее, нанимали убийц. Подобные события приносили в жизнь Глэдис ещё чуточку красок и денег. Расправляться с платными и бесплатными героям было весело, а обирать их трупы – выгодно.

Стук в дверь шатра застал её в тот самый момент, когда женщина решила проверить, не вернулись ли на континент демоны, устроив маленькое жертвоприношение. Недовольно морщась, Глэдис сбросила с себя окровавленный фартук, гадая, кто пришёл в такое время. Вряд ли вернувшийся демон. Демоны в дверь не стучат. Снова жалобы на её людей? Очередная междуусобная грызня между сотниками? Кто бы ни явился в столь поздний час, на чашку отвара и печенье он мог не рассчитывать.

– Бран? – командующая не без удивления воззрились на пожилого мужчину. Бран был сотником, причём довольно компетентным и достаточно знакомым с повадками лидера, чтобы не беспокоить её почем зря.

– Прости, Лэнс, то есть командующая, то есть Моя Леди, – сотник принадлежал к людям, редко меняющим привычки, и от того часто путал титулы.

– Думаю, Леди Командующая звучит как правильный вариант, – женщина улыбнулась. Этот человек умел развлечь, в том числе и своим тугоумием. С другой стороны, не будь он так глуп, давно пополнил бы ряды её, Глэдис, соратников, отличавшихся излишней любознательностью. Истина в том, что от первоначальной банды Лэнс, однажды выступившей в гражданской войне на стороне Ледяного Властелина, осталось немного людей.

– Леди Командующая, – сотник поклонился, задержав глаза на нижней части тела госпожи, в частности на богато украшенной рукояти рапиры, с которой та не расставалась никогда. – Человек в капюшоне, о котором вы говорили, явился и доставил письмо.

– Это стоящая новость. Проходи, ты заслужил печенье. И отвар.

Шатёр из шкур терадонтов не только достаточно плотен, чтобы сопротивляться как ветру и холоду, так и стрелам с мечами, но и достаточно просторен, чтобы вместить несколько комнат. Нас, впрочем, интересует гостиная, где на некогда изысканных, а ныне превратившихся в хлам диванах командующая и сотник пили отвар. Отвар, разумеется, пришлось заваривать Брану. Последней служанке Лэнс на неделе разодрала горло за непрожаренный бифштекс и теперь была обречена плохо есть, жёстко спать и самостоятельно одеваться. Однако, стоит признать, пьяный корень Бран заваривал отменно. При нём же было вскрыто письмо.

Досточтимой командующей графства Элия, Глэдис Лэнс. От его Всетемнейшего Князя.

Женщина лукаво подмигнула сотнику.

Досточтимая Леди. Мне стало известно о великой несправедливости, постигшей вас. Что человек ваших достоинств и талантов обречён судьбой на прозябание в чине, не достойном и единственного вашего ногтя. Я предлагаю исправить сей прискорбный факт. В свете недавней гибели графа Джерри Ольхредбаха обширные земли остались без должного руководства. Мне хотелось бы, чтобы вы возглавили графство Таман. Ниже находится эдикт, закрепляющий за вами графский титул, а также небольшой подарок в виде самоцветов на сумму сто золотых. В замен прошу немногого – вассальной верности человеку, даровавшему вам этот титул.

Надеюсь, при следующей встрече мы будем друзьями и союзниками.

Князь.

– Что скажешь, Бран? – Глэдис самодовольно усмехнулась.

– Ого!

– Я знала, что ты это скажешь. И похоже, кому-то придётся выучить новое обращение. Знаешь, как обращаются к графине? Давай, вспоминай, как мы называем Хильгу? Слабоумной жирухой? О, Бран, ты действительно умеешь подобрать слова. Нет, «Леди» тоже годится, но я предпочту «Светлость». Да, не мой стиль, но как звучит!

Её Светлость Глэдис самозабвенно откинулась на подушки, предаваясь мечтам о грядущем правлении. Собственно говоря, Таман был уже разграблен, даже дважды, и там вряд ли найдётся чем поживиться. Но кроме города есть ещё деревеньки и фермы, а люди Глэдис эксперты в разорении деревенек и ферм. Можно будет отдать долги, купить прислугу и устроить с её участием гладиаторские бои, обновить гардероб, запастись вином на пару лет и вылакать его за неделю. Радость, столь редко посещавшая командующую последние месяцы, требовала некого закрепления. Белоснежная ручка преодолела стол и, прихватив сотника за шиворот, подтянула к себе. За столь приятное и долгожданное известие Бран заслужил нечто большее, чем печенье.