Слепое пространство
Шрифт:
– Значит, он убедил Янус связаться с регентством?
Валеро пожал плечами.
– Это наиболее логичное объяснение.
Меня отвлекло движение в камере напротив женской. Двое мужчин стояли у решетки и смотрели в мою сторону. Они не были похожи на других пиратов. Они были молоды. Без татуировок. Без ирокезов. Без макияжа. На самом деле, один из них был одет в куртку гвардейца регентства. Это были перебежчики.
Я направился к их камере. Томас и Шеймус, двое самых молодых из моих людей. Они оба уставились на меня испуганными глазами. Я уставился на них в ответ, не зная, что сказать. Первым заговорил Шеймус.
– Капитан Келли...
– Я больше не ваш капитан.
Услышав это, они оба опустили головы, и я понял, что они неправильно поняли меня. Они думали, что я имел в виду то, что они дезертировали, хотя на самом деле я имел в виду то, что я сказал. Я подошел поближе к решетке.
– Послушайте меня, - сказал я, и они оба посмотрели на меня с надеждой в глазах.
– Я заберу вас всех отсюда, как только смогу, но гвардия никогда не примет вас обратно. Вам, ребята, нужно решить сейчас, пойдете ли вы с пиратами или у вас есть кто-то другой, к кому вы можете бежать. Вы понимаете?
Они оба кивнули, но ответил Томас.
– Да, сэр, - сказал он.
– Понимаем.
ГЛАВА 19
Стоя перед комнатой Рикарда, я испытывал жуткое чувство дежавю. Я поправил форму, по меньшей мере, в третий раз. Я пригладил волосы. Сколько раз я делал это, прежде чем меня пускали в его каюту, иногда по делам, иногда по чему-то большему? Я не хотел его видеть, но не мог придумать другого способа получить то, что мне было нужно.
Я глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, и постучал в его дверь. На стук ответила женщина. Очевидно, она приложила все усилия, чтобы одеться как респектабельный член общества регентства, но нельзя было не заметить розовую полоску в ее волосах. Ее макияж был слишком густым и темным.
– Ты, должно быть, Янус, - сказал я.
– Да. И что?
– Она положила руку на бедро.
– Кто ты, черт возьми, такой?
Это был хороший выпад, но недостаточно. Я мог бы сказать, что она нервничает. Она была далеко за пределами своей зоны комфорта и изо всех сил старалась скрыть это бравадой.
– Мне нужно увидеть принца Рикарда.
Я надеялся, что попытка вести себя официально выведет ее из себя, но я слишком поздно осознал свою ошибку. Если бы я вел себя хорошо, она, возможно, смягчилась бы, но, столкнувшись с жесткостью, уперлась. Она скрестила руки на груди.
– Он занят.
Как будто Рикард когда-либо был занят чем-то другим, кроме как скрашиванием своего досуга.
– Скажите ему, что с ним хочет поговорить капитан Келли.
– Он занят, - повторила она.
– А теперь проваливай.
Она начала закрывать за мной дверь, но я не успел зайти так далеко, чтобы быть отвергнутым пиратом, напускающим важность. Я распахнул дверь и протиснулся мимо нее в каюту.
– Что за черт?
– огрызнулась она.
– Я могла бы тебя арестовать...
– Ты можешь попытаться.
– Я вызываю охрану.
– Плохая идея, - сказал я. Я повернулся, чтобы посмотреть на нее.
– Как думаешь, кого они послушают? Офицера регентства или пиратскую шлюху?
– Она уже не выглядела такой храброй, как раньше. Я шагнул к ней, и она попятилась.
– Что заставило тебя продать свою команду, Янус? Что он тебе пообещал? Деньги?
– Нет!
– Она практически выплюнула это слово в мой адрес.
– Он говорил, что любит тебя? Он обещал жениться на тебе?
При этих словах она отвернулась, поморщившись, и я понял, что угадал правильно. Я рассмеялся, хотя и знал, что это жестоко.
– Ты дура, - сказал я ей. – Ты, правда, думаешь, что ты первая шлюха, на которой он обещал жениться? Он заменит тебя в течение месяца.
Тогда фасад начал трескаться. Ее глаза метались по комнате. У нее задрожал подбородок.
– Достаточно, - сказал Рикард у меня за спиной.
Я повернулся к нему лицом. На нем был тот же меховой халат, в котором он был на корабле Джеральда. В руке он держал одну из своих дорогих сигарет, хотя она не была зажжена.
– Янус, - сказал он, - почему бы тебе не сбегать на третий этаж и не купить немного того малинового вина, которое ты так любишь? Нам с капитаном Келли нужно немного побыть наедине.
Он даже не взглянул на нее. Его взгляд был прикован ко мне. Она опустила голову, но спорить не стала. Она молча взяла шаль, расшитую бисером сумочку и вышла из комнаты.
– Ну что ж, - сказал он, когда она ушла.
– Это было довольно неприятно, да? Пока нет нужды ее раздавливать. Она все еще может оказаться полезной.
– Ты бессердечный ублюдок.
Он пожал плечами, явно не впечатленный анализом его характера. Он оглядел меня с головы до ног, закуривая сигарету.
– Ты хорошо выглядишь, - сказал он.
– Я и не знал, что ты вернулся на службу.
– На легкую работу, - сказал я, но по его лицу я понял, что он уже знал об этом.
– В ожидании психологической экспертизы, - сказал он. Он выпустил струю дыма в потолок, перекатывая сигарету между пальцами и разглядывая меня.
– Ты поэтому пришел?
– он спросил.
– Ты хочешь, чтобы я подергал за какие-нибудь ниточки и восстановил тебя в должности капитана.
– Нет, я здесь не за этим.
Его брови слегка приподнялись.
– Правда?
– Его взгляд был оценивающим. Наконец, он улыбнулся. Он положил сигарету в пепельницу. Он подошел ко мне с блеском в глазах, который я слишком хорошо знал.
– Не думаю, что это визит вежливости?
– спросил он.
– Не тот, о котором ты подумал, - сказал я, и он остановился как вкопанный. Его улыбка погасла.
– Я начинаю уставать от твоей игры, капитан Келли. Чего ты хочешь?
– Денег.
На мгновение он уставился на меня широко раскрытыми глазами, но затем запрокинул голову и рассмеялся.
– Денег?
– сказал он.
– И это все? Что-то, что поможет продержаться, пока тебе не восстановят полное довольствие?
– Вряд ли, - сказал я.
– Мне нужны кредитные чипы. Пять штук.
Смех на его лице угас, сменившись чем-то гораздо более коварным.
– За что?
– Это тебя не касается. Пять чипов, каждый привязан к отдельному счету. В независимых от регентства банках.