Слияние вод
Шрифт:
– Детки мои!
– всплеснула она руками.
– Чего же я-то стою? Наверно, с утра ничего не ели! А ты тоже хорош!
– сказала она сыну, - Не мог телеграмму прислать. Да разве так невестку в хорошем доме встречают? С пловом, с вином, с зурначами...
– Сакина не замечала сейчас, что говорит словами мужа.
– Или мы хуже, беднее других? Слава аллаху, имеем доброе имя, почетом окружены. Есть и родня, и друзья, и приятели, - их тоже надо бы пригласить. Ну хоть вчера бы предупредили...
– Прости, мама, никак не мог... Так уж получилось, - весело оправдывался Гараш, готовый принять на себя все упреки.
Сакина между тем рассказывала Майе:
– Неделю назад говорит: в Баку еду на совещание механизаторов. Сердце мое так и екнуло: что-то случится. Материнское сердце - вещее, сама узнаешь в свое время... Спрашиваю: "Один ли вернешься? Может, баранов пора резать?" - "Один-одинешенек, отвечает, не спеши!" А кто поспешил - он или мать?
– Ладно, мама, не ругай брата. И так с дороги устал, - заступилась Першан, беззаботная, веселая, словно не она только что рыдала, уткнувшись в плечо Майи.
– Мы с Майей мигом яичницу приготовим!
– Подожди, какая там яичница?
– возмутилась Сакина.
– Чихиртма скоро будет готова!
– Нет, мамочка, нет.
– Майя впервые так назвала Сакину.
– Яичница лучше всего.
– Сыр есть, мед, масло, - поддержал Майю Гараш.
– Сейчас подкрепимся.
Першан, подпрыгнув, поцеловала брата в шею, выше не дотянулась.
– Ты с мамой поговори, а мы сами, сами!
– Чтоб я да разрешила невестке в первый же день возиться с кастрюлями? Не бывать этому, пока, жива, - негодовала Сакина.
– Мамочка, не лишай меня удовольствия!
– Майя взглянула с такой улыбкой, что сердце Сакины растаяло.
– Ну, идите, идите!
– вздохнула она. Когда девушки, взявшись за руки, словно школьницы, убежали, Гараш вопросительно посмотрел на мать.
– У тебя хороший глаз! Едва на нее взглянешь, сердце цветет!
– и Сакина прижала голову сына к груди.
– Береги ее, жалей! Пусть не слугою, а другом будет она тебе всегда!
4
Выбежав с Першан на веранду, Майя глубоко вдохнула свежий степной воздух и почувствовала, что ночная тишина точно смывает с нее усталость. А когда она обернулась к востоку, замерла от удивления: ей показалось, что луна тысячу раз отразилась в земле, словно вся степь превратилась в огромное зеркало.
– Что это? Я в жизни не видывала такого!
– "Слияние вод" - так это место зовется!
– обнимая Майю, ответила Першан.
– Здесь сливаются Аракс и Кура. Легенда есть, не слышала? Юноша Аракс и девушка Кура были разделены горными кряжами, но они так любили друг друга, что их любовь победила все препятствия. И взломали они каменные преграды, проложили ущелья, чтобы здесь, в Мугани, на нашей азербайджанской земле, кинуться друг другу в объятия, слиться навсегда... Старинная, очень старинная легенда, мама любит ее повторять, - с грустью, совсем ей несвойственной, прошептала Першан.
– Да, красиво, очень красиво!
– задумчиво сказала Майя.
– А сад у вас есть?
– Еще какой, прямо райский!
– оживилась Першан.
– Виноградник, яблони, груши. У нас, если поливать, все вырастет - и хурма и бананы, - такая земля. Хочешь - посмотрим.
– Ну, положим, бананы не вырастут - возразила Майя.
– И зачем это ночью гулять? Гараш яичницу ждет.
– Ой, я совсем забыла!
– спохватилась Першан.
– Сейчас, подожди минутку.
– А где кухня?
Першан не знала, что такое кухня. Сперва Майя подумала, что она шутит, но оказалось, что в самом деле Першан никогда не видела кухни.
– Да где ж вы обед готовите?
– Во дворе. Вот очаг.
У сложенного из горного камня очага Першан зажгла керосинку, а Майя стала взбивать в миске яйца.
– А что у вас вода такая мутная?
– заметила Майя, когда Першан сняла с ведра лист фанеры.
– Еще не отстоялась, - пожала плечами Першан.
– Речная же, с илом.
– Водопровода нет?
– Конечно, нет. Чего захотела - водопровода...
– Отстойник можно устроить. Обыкновенный большой чан!
– говорила Майя.
– А как же в баню воду подают?
– Да нет у нас никакой бани! Отец говорит, что не по силам это колхозу - и водопровод и баня, - сердито ответила Першан.
Она решила, что Майя теперь испугается деревенской жизни и уговорит Гараша уехать в город. Конечно, инженер с дипломом, привыкла к городским удобствам. Что ей муганское степное приволье! Похвалила блеск "Слияния вод", а все-таки свет электрических фонарей, наверно, приятнее глазу.
– Першан, Майя, что там застряли?
– послышался с веранды голос Сакины.
– Простудитесь, ночь холодная!
– Это маму Гараш послал, - шепнула Першан.
– Не терпится ему, знаю...
– Что ты знаешь? Уймись!.
– А вот и знаю, знаю. Нарочно вам спать не дам!
– Гараш устал в городе, он камнем на кровать рухнет.
– Значит, ты его жалеешь?
– А как же?
– Если жалеешь, значит, любишь? Скажи, ради бога, сестричка, ты его с первого взгляда полюбила или постепенно? Как лучше, сразу парня полюбить или сначала приглядеться к нему, привыкнуть?
– Болтовня Першан не мешала ей возиться с самоваром.
– И так и этак хорошо, - улыбнулась Майя.
– Лишь бы по-настоящему любить.
– Значит, его образ всегда в сердце хранить, да? Во сне видеть, да? Думать день и ночь о нем, да?
– Сама все узнаешь, - рассмеялась Майя, - когда любовь придет...
5
В деревне издавна укоренился хороший обычай - вставать до зари, а с вечерними сумерками отправляться спать. Вот почему к полуночи дремота сморила Першан, она протяжно зевала, потягивалась.
Сакина нахмурилась.
– Иди-ка спать. Напилась, наелась, чего еще ждешь? И молодым пора отдохнуть.
– И ласково обратилась к Майе: - Пойдем, доченька...
С Першан мгновенно весь сон слетел. Ей захотелось увидеть, понравится ли Майе жилье. Вместе с матерью она обставляла и украшала для молодых комнату, в которой широкое, двустворчатое окно глядело в сторону "Слияния вод".
Странное волнение испытала Майя, переступая порог комнаты, которая еще минуту назад была чужой, а теперь навсегда становилась для нее родным гнездом.
Ей было и радостно, и почему-то стыдно, и сердце тревожно стучало в груди, и казалось - ноги отяжелели, но, вероятно, это произошло от усталости... Если бы не было рядом Першан и Сакины, то Майя чувствовала бы себя свободнее, легче. А может, как раз наоборот, - хуже. Кто это знает?