Чтение онлайн

Когда я снова, опустив глаза, взглянула на Бриггса, он все еще неподвижно стоял на том же месте, где и произошла моя вспышка. Выражение его лица подсказало, что ему также знакомы демоны, с которыми мне приходилось бороться, словно боль в моей жизни в каком-то смысле оказалась тесно связана с его болью.

– Шшш, ты в безопасности. Я рядом. Все закончилось.

– Я… я… я…

– Идем, малышка Рози, садись в машину.

Борясь с желанием излечиться, я знала, что была в безопасности, укутанная заботой Бриггса до того самого момента, пока он не въехал на кладбище «Кипарисовая лужайка».

Когда Бриггс проехал Дейли Сити, я оправилась от полного распрямления извилин своего мозга. Стук сердца больше не отдавался в ушах с таким шумом, как это было тридцатью минутами ранее, и как только я откинулась на подголовник, напряжение, стянувшее мышцы плеч в тугой узел, пошло на спад. Чаще всего изводящий меня голос побеждал, но только не сегодня, сегодня я не могла позволить ему победить.

Кин свернул на кладбище «Кипарисовая лужайка», вход которого украшали огромная белая мраморная арка и ухоженные холмики, покрытые зелеными аккуратными лужайками, и внезапно я осознала, что Сибил родилась в обеспеченной семье. Почему-то я представила себе, что Сибил похоронят на ветхом, неопрятном, безымянном кладбище. Конечно, я выросла в Сан-Франциско и знала, что мы хороним мертвых на кладбище в Колме, городе, где продается больше места для мертвых, чем для живых, но бывала я на том кладбище всего несколько раз, да и с того момента прошло уже действительно много времени. Мое первоначальное впечатление о кладбищах сложилось от образов, увиденных в ужастиках. Кроме того, я никогда не видела, чтобы кого-то хоронили на кладбище, я даже не ходила на похороны бабушки.

Пока мы ехали по узким дорожкам, в машине стало душно, кожа раскраснелась. Я отчаянно хотела, чтобы боль вынули из каждой клетки моего тела и похоронили в могиле с Сибил. Оставь последнюю частицу надежды там, где все началось, - скрой под поверхностью той, кем ты была. Жизнь была бы гораздо проще, перестань я чувствовать.

Бриггс съехал в сторону, разглядев небольшую группу людей, суетившихся на лужайке, сгрудившихся вокруг открытой могилы прямоугольной формы. Внезапно оказалось, что у меня нет ни минуты, чтобы перевести дыхание или подумать над тем, как мне реагировать. Все, что у меня было, - это крошечные кусочки моего собственного осознания, что я была здесь, а там на этих холмах, сразу через узкую дорогу в гробу лежало неподвижное тело Сибил.

Я оглянулась на Бриггса и увидела, что он прикусил губу, силясь узнать кого-нибудь из людей, одетых в черное. Мое сердце бешено заколотилось, когда я заметила, что он прищурился. Я посмотрела назад и увидела Марти, сидящую за отполированным гробом из темного дерева. Рядом с ней стоял священник, в одной руке он держал Библию, другой окроплял присутствующих из кадила со святой водой. «Свершилось», пробежала мысль по моим венам… сделано, и пути назад нет. Складывалось впечатление, что священник отпускает ее душу на свободу.

Я следила за реакцией Марти. Пусть это покажется вам странным, но я хотела видеть, что она страдает. Ревет так же сильно, как это делала я, потеряв единственного человека, принявшего меня в семью. Но она оставалась спокойной, так, словно ей чрезвычайно неловко участвовать во всех этих мероприятиях на похоронах Сибил. Сгорбившись рядом с ней, сидел пожилой мужчина с искривленной спиной. Он был худой и выглядел изможденным, словно его старые изношенные кости были слишком хрупкими, чтобы носить его тело. Одной рукой он держал руку Марти, а другой - руку столь же хрупкой женщины, сидящей по другую сторону от него. У каждого из них было одно и то же беспристрастное выражение лица, как будто иметь такую дочь и сестру, выбравшую себе подобный образ жизни, оказалось тяжелой ношей, потрясло их до глубины души и пронзило сердца ледяной иглой. Я знаю, что люди скорбят по-своему, но эти люди выглядели так, будто были неспособны проявить какую-либо форму сострадания.

Это я должна была там стоять и горевать о Сибил, а не они. Почему смерть такая бесчувственная? Все, что должна была сделать смерть, - это уйти и оставить меня горевать. Но смерть не была простой, она была бессердечной. Она выпотрошила тебя и иссушила вены.

Я оглянулась на Марти и увидела, что ее поведение поменялось. Ее внимание переключилось на кипарисовую рощу, расположенную через дорогу. Ее глаза вспыхнули, примерно в то же время на лице появилась едва заметная ухмылка. Я проследила за ее взглядом и уткнулась непосредственно на причину, которая заставила ее поменять выражение лица.

Что.

За.

Хрень.

Словно Бог недостаточно наказал меня, так здесь еще был он, Шейн, который пришел сюда ради Марти. Те осколки, из которых я состояла, оказались разбиты вдребезги еще раз. Забудьте идею о том, что только что я хотела явиться туда, подойти ближе. Я ни за что не пойду туда, не выставлю себя полной дурой перед ними. Мое прощание, предназначенное только для Сибил, подождет, пока ее не похоронят на глубине шести футов.

– Давай же, заводи машину и уедем отсюда. Не хочу туда идти. Это была большая ошибка. Я не должна была приходить.

– О чем ты говоришь? Мы вместе пойдем туда.

– Нет, Бриггс, правда, думаю, что вернусь, когда никого не будет. Меньше шансов на ссору.

– Роузи, я не уйду. Если ты не хочешь идти туда прямо сейчас, мы дождемся, пока они уйдут.

Не было ни единого шанса, чтобы Бриггс позволил мне победить в этом споре, он был таким же упрямым, как и я, когда дело доходило до подобного дерьма. Поэтому, я как в агонии наблюдала, как Марти ускользнула с похорон Сибил, чтобы побыть с Шейном.

Бриггс и бровью не повел.

– О, милая, теперь я знаю почему. Там твой кавалер, - проговорил он, наклонив голову и выпятив подбородок в сторону сцены, разворачивающейся между Марти и Шейном.

– Нет, он мне не ухажер, и я не хочу это обсуждать, - ответила я.

– Это тот самый парень! Это он гнался за тобой в больнице, да?

– Да, но…

– Это тот самый парень, которого я постоянно встречаю рыскающим по твоему району, - добавил Бриггс.

Его слова просочились в мою голову, но не сразу дошли до сознания. Я хотела поспорить с ним, заставить его понять, что ничто не делает этого человека моим.

– Он управляет расположенной там прачечной, он не рыскает по району Тендерлойн. Кроме того, у него есть она!
– Я вскинула руки, указывая на Марти, которая к этому моменту уже успешно обвилась вокруг тела Шейна.

– Я точно знаю, кто это. Посмотри, то, как он ведет себя с ней, не имеет ничего общего с влюбленностью. Я говорю тебе, там, в самом центре района Тендерлойн, милая моя, этот парень искал тебя. Он любит тебя.

– Слушай, я знаю, что ты ошибаешься. Полностью осознаю, какие чувства этот парень ко мне испытывает, но поверь мне, нам не суждено быть вместе. Никогда.

– Почему? Назови хоть одну причину?
– Бриггс повернулся ко мне, и его глаза прожигали меня насквозь. Я продолжала смотреть прямо перед собой, пускай даже зрелище того, как она тащит Шейна к могиле Сибил, разбивало последние осколки, из которых я была собрана.

Я глубоко вздохнула, в надежде набраться храбрости, утекающей капля за каплей из моих легких, а затем взглянула на Бриггса.

– Причина во мне, Ки. Я продаю свое тело за гроши похотливым кобелям. Как бы мне ни хотелось, чтобы он мог разглядеть меня сквозь мои шрамы, он не станет этого делать. Все как раньше, каждый раз, когда у меня появляется лучик надежды, он чертовски меня подводит, и я снова оказываюсь раздавлена. Поверь мне, так будет лучше, - как и в прошлый раз стоило мне произнести эти слова, я почувствовала покалывание на коже.