Сломленная
Шрифт:
Ладно, пришло время повзрослеть и взглянуть трудностям в лицо. Никто больше не будет мной управлять. Я имею полное право пойти туда и попрощаться со своей лучшей подругой.
Ждала, что голос в голове вновь вступит со мной в спор. Скажет, что я конченый бесполезный человек, недостойный занимать место на этом свете, но никаких возражений не последовало, как и ни одного грубого слова разносящего в дребезги мою самооценку. Я почувствовала облегчение, когда, привстав, увидела, что Кин стоял у могилы в одиночестве. У меня груз упал с плеч, теперь, наконец, я могла остаться наедине с мертвым телом моей дорогой подруги, аккуратно уложенным в гроб из темного дерева.
Я открыла дверцу. Уверенность снова вернулась ко мне. Уже была готова пойти попрощаться, как вдруг дверь со стороны водителя распахнулась.
– Закрой дверь, - испугал меня чей-то голос.
Шейн проскользнул за водительское кресло, закрывая за собой дверцу и вытягивая длинную накачанную руку через салон, чтобы взяться за ручку моей двери и тоже захлопнуть ее.
– Какого черта, Ше…
– Подожди. Ничего не говори.
– Что? Кем ты, черт возьми, себя возомнил?
– Я - мужчина, который тебя любит. Твой мужчина.
– Это не так.
– О, милая, конечно так, просто ты раньше этого не знала. Но скоро все изменится.
Его ответ застал меня врасплох. Шейн никогда раньше так со мной не разговаривал.
– Ты не можешь быть моим мужчиной, по крайней мере, пока я не дам своего согласия, и кроме того, ты все еще встречаешься с Марти.
– Ты видишь то, что, мать твою, тебе хочется видеть, но правда в том, что я старался не торопиться, я медлил и старался дать себе время, отступал. Но с этим покончено.
– Хорошо, пусть будет так. Я уже говорила тебе, что у нас ничего не получится. Я тебе не подхожу.
– Да, ты уже не раз это говорила, но, видишь ли, я не буду больше медлить. А займусь делом.
– О, да, что ты собираешься делать? От чего ты готов отказаться ради меня?
– Я не собираюсь ни от чего отказываться ради тебя. Мы оба знаем, что тебя не это интересует. Знаю, ты напугана. Знаю, что ты смотришь на меня и чувства, которые пыталась похоронить внутри себя на протяжении целой жизни, выливаются наружу. Но причина не в этом.
– Не в этом? В чем все-таки причина? Почему, скажи, я не понимаю, почему ты до сих пор не сдался?
– Потому что знаю, что именно тебя пугает.
Наши глаза встретились, я почувствовала, как его душа тосковала по мне. Его большие карие глаза выдавали намерения, бушевавшие внутри. Ощущала, как между нами вырастает защитная стена, созданная мной. Он толкнул дверцу со стороны водительского сидения и вышел наружу, но затем наклонился и мы посмотрели друг на друга.
– Я знаю, тебе сейчас о многом нужно подумать, но обещай, что вычеркнешь из этого списка свои страхи полюбить меня в ответ. Он закрыл дверцу, и я снова оказалась в замкнутом пространстве. На этот раз из-за него. Смотрела, как он садится в свою машину и уезжает. Я оставалась там еще несколько странных мгновений. Пытаясь осознать, что только что произошло, какая сила нас захлестнула, и почему, внезапно, я оказалась куда более разбитой, чем была прежде.
На телефоне раздался звук входящего сообщения от Бриггса.
БРИГГС: ИДЕМ РОУЗИ, ПОРА. СКОРО ЕЕ ПОХОРОНЯТ.
Я опустила телефон обратно в сумочку, вышла из машины и направилась по заросшему травой холму, чтобы попрощаться с моей ныне бездыханной подругой Сибил.
Я смотрела, как они опускали красивый деревянный гроб в яму. Я не связывала вместе этот гроб и тело Сибил. Не видела ее лежащей в гробу, и это позволяло мне представлять, что все происходит не по-настоящему, словно я оказалась в одной из мыльных опер, которые смотрела по телевизору. Но в тот момент, когда гроб, опускаемый в яму глубиной в шесть футов, ударился о корягу, я перестала чувствовать себя, словно была частью кинофильма. Решила, что увидела достаточно, я достаточно плакала и отдала ей дань уважения. С меня хватит. Я посмотрела на Бриггса и сказала ему, что теперь я могла уйти. Мы не ждали, пока могильщики начнут копать из огромной кучи свежевырытой земли. Повернулась и не оглядывалась пошла прочь.
Бриггс отвез меня домой. Мы почти не разговаривали. Я не рассказала ему о разговоре с Шейном, который произошел перед тем, как я пошла, попрощаться с Сибил. Не думала, что ему действительно нужно было это знать, кроме того, понимала, что это даст ему основания думать, будто я позволю Шейну спасти себя.
– Хочешь, я поднимусь ненадолго, Роузи?
Обдумав его предложение, решила, что, не смотря на то, что был только полдень, я уже настолько устала, что просто хотела побыть одна. Так я смогла бы лучше подготовиться к встрече с завтрашним днем. С ясной головой и новыми идеями о том, куда двигаться дальше.
– Спасибо, Ки, но, думаю, на сегодня хватит. Очень устала, и у меня много дел, о которых нужно позаботиться.
– Ладно, просто знай, что я готов помочь.
– Знаю и ценю твое предложение.
– Просто скажи, и я приду.
Он припарковался в желтой разгрузочно-погрузочной зоне прямо перед моим домом. Помог мне выйти из своего внедорожника. Я прильнула к нему, и мы обнялись, словно понимали, что можем не увидеться долгое время. Мое тело растворилось в его уютных объятиях. Почувствовала такое отчаяние и спокойствие в одно и то же время.
– Слушай, Роузи, детка, мне так жаль, что это произошло с Сибил. Жаль, что не удалось ее спасти, - прошептал Кин на одном дыхании у меня над затылком.
– Ки, ты сделал все, что мог, - мой голос растворился в его черном фраке.
– Пожалуйста, подумай о том, о чем мы говорили. Знаю, что у тебя есть свои причины, но я не выдержу, если потеряю еще и тебя.
После этих слов я высвободилась из его объятий и искренне улыбнулась.
– Спасибо за сегодняшний день.
Он улыбнулся.
– Позвоню тебе завтра, - пробормотал он, после чего развернулся и сел в машину.
Мне пришлось покопаться в сумке, прежде чем я смогла нащупать ключи от дома.
Минуло пятнадцать секунд — пошел отсчет с того момента, как я покинула Бриггса и приступила к вынашиванию планов над тем как жить дальше. Как только у меня получилось открыть дверь дома, я развернулась, чтобы помахать ему на прощание. Заметила, насколько серьезны его глаза, и это заставило мое сердце печально содрогнуться.
За мной захлопнулась дверь — звук, к которому я никак не могла привыкнуть, он всегда вызывал у меня внутреннюю дрожь. Телефон оповестил меня сигналом о входящем сообщении, я пролистала все сообщения, приходившие от похотливых самцов, ищущих со мной встречи уже несколько дней. Больше всего было от Джона, которого я собиралась передать девушкам, мечтавшим завоевать мои шесть футов на тротуаре. Победителю достается весь куш.
Услышав, как кто-то откашлялся, энергия, наполнявшая меня, изменила свой курс. Выглянув, я увидела Шейна. Он стоял, прислонившись к дверям моей квартиры. У меня подкосились колени. Он был одет в тот же костюм, в котором был на похоронах.