Чтение онлайн

— Не надо. — Харпер ненадолго замолчала, снова обдумывая правильность решения. Посмотрела на Феликса, задавая немой вопрос, и он уверено кивнул. Кажется, он слова Офелии не поддавал сомнению. Она вроде и сама уже успела заметить, что эта девчонка говорила все, что думала, и не умела скрывать буквально ничего. Только то, что ей магией запрещали разбалтывать. — Мы идем на остров Очищения за свитком. И чтобы поговорить с моей бабушкой.

— Твоя бабушка… ого. — Офелия немного сникла, покусала губу, отчаянно соображая. — Чувство вины? Я знаю, как ее пробудить.

— Мы тоже, — заметил Феликс. — Нас больше волнует часть похода за свитком.

— Я с вами! Без вопросов! Папа не узнает. Клянусь!

Офелия едва не прыгала от счастья, засветилась изнутри, в очередной раз показывая, как одинока и как хочет быть частью команды. Харпер ее отлично понимала, по правде.

— Мы купили билеты до Италии на завтра, — заговорил Феликс, возвращая зелье в флаконы. — Я ищу людей, что полетят вместо нас. Кейлус уверен, мы нашли зацепку и летим к человеку, который что-то может знать про свитки.

— Поняла. Тогда я… уйду в Париж через Дверь. Скажу… блин, мы же не разговариваем. И из дома я ушла. В общем! Легенда в том, что у меня свидание с тем парнем, с кем я гуляла в Париже.

— Как же Дерек? — спросила Харпер. Офелия надула губы.

— Он правая рука папы, и это он передавал Дэну зелья. Я ему… руку сломала. И нос разбила. Давайте Дэна найдем?

— Я знаю, где он, — ответил Феликс. — Мне уже запретили.

— Но…

— Давайте обсудим остров Очищения. Что там? Только я там не была, — перебила Харпер.

Да, Феликс тоже предлагал найти Дэна, но она была непреклонна: он не стоит ее времени. Она не хотела больше видеть его лживый зад никогда в жизни. Ну, только если на острове Мук.

Офелия сложила руки на груди, недовольная ответом, но начала пояснять:

— Странное место. Он соткан из тысяч измерений, поэтому ты словно попадаешь в испорченную пленку. Все искрит, рябит, мозг путается. Есть заброшенная зона: там джунгли и отель. Фиолетовые!

— Там мы будем искать свиток, — добавил Деймонд. — А до этого Феликс поставит нам печати, чтобы мы оказались в измерении Прасковьи.

— Такие же, как носят те, что работают с ней, — сказал Феликс. — Пересменка в шесть вечера: патруль будет легко обойти. В это же время у лже-Харпер «свидание», поэтому дома будет только твоя бабушка.

— Свидание? С кем? — уточнила Харпер.

— Понятия не имею. На самом деле темной, что играет тебя, нужно уйти в Небесный город на похороны, поэтому лже-Харпер якобы останется с парнем на ночь.

Харпер скривилась. Вроде ей успели объяснить, как работает система, что все в измерениях ненастоящее и, когда мертвые пробуждаются, готовые к переходу, осознают это в полной мере, но все равно мозг путался и не мог адекватно воспринимать происходящее на острове Очищение.

Людям, что работали там вахтами, отлично платили, ведь эта работа практически без выходных. Им приходится перенимать личности людей, которые направляют мертвых к осознаниям. Есть и те, кто не принимают чужую личину, ведь играют «тюремщиков» или людей, который мертвый никогда не знал. Для каждого выбирался свой путь, который должен помочь душе.

Вахты длятся максимум год. Если за это время мертвый так не уходил дальше, актеры менялись. И всегда есть возможность взять выходной, придумывая событие, из-за которого приходится разлучаться с мертвым.

Лже-Харпер вот идет на свидание. Весьма удачно, ведь именно в этот момент домой придет настоящая, чтобы пробудить Прасковью.

— У меня давно есть идея для книги, — заговорила Харпер. — Что наш мир — чистилище. Ад для заблудших душ. А все успешные люди, те, кто мучают нас — наши тюремщики, которые просто играют свои роли. Поэтому самые лучшие люди так рано умирают: они готовы двинуться дальше. А уроды живут так долго, ведь заслужили мучиться здесь. Видимо, моя идея на нова, и такое место и правда существует.

— Именно. На острове Мук каждый получает по заслугам, — подтвердил Деймонд. — Твоя бабушка мучается от вины, поэтому проживет свои последние годы заново, только в этот раз ее подталкивают к нужным выводам, чтобы избавить от чувства вины. Но грешники мучаются. Для них создается новая реальность, в которой они должны осознать какие уроды.

Харпер кивнула. Потерла переносицу, жутко устав.

— Ладно. Давайте еще раз детально обсудим весь план, чтобы Офелия была в курсе. Может, она что-то добавит.

И они еще несколько часов готовились к опасному походу, проговаривая вновь и вновь, что должны сделать. И каждый догадывался, что что-нибудь обязательно пойдет наперекосяк.

Утро в районе Весны выдалось чудесным. Несмотря на январь, вовсю цвели вишни и яблони, белые лепестки засыпали дорожки и тропинки, одуванчики стелились желтым полем, напоминая, что за каждой зимой следует новая жизнь. Почему-то Харпер, придя сюда, ощутила надежду. Словно и ее вот-вот ждет новое начало, полное только хорошего.

Они сидели в беседке недалеко от пещеры, в которой таился переход на остров Очищения. Разумеется, у входа дежурил патруль, ведь без пропуска посещать его запрещено.

— Ты отвлекаешь, — напоминал Феликс. — Мы переходим. Ты переходишь за нами, но идешь сразу на заброшенную территорию, где ждешь нас.

— Угу, — недовольно сложила руки на груди Офелия. — У вас пять часов. Не придете — я иду вас искать.

— Шесть, — поправил Деймонд. — Харпер нужно многое обсудить с Прасковьей.

— Я все еще не понимаю, почему не могу пойти с вами!

— Потому что, чем нас больше, тем сложнее скрыться от патруля! — гаркнул Феликс, выходя из себя, столько раз они обсудили, что ввалиться всей компанией к ничего не осознающей Прасковье — не лучшая затея.

— Хорош уже спорить! — воскликнула Харпер. — Не придете к единому мнению, я начну в патруль кинжалы метать! Теперь я умею.

— Подтверждаю. Это я ее научил, — гордо сказал Феликс. — С закрытыми глазами в цели пока не попадает, но с открытыми…