Чтение онлайн

От напряжение глаза потяжелели еще сильнее. Нежность моего демона обволакивала, как одеяло. Ноша во мне становилась не такой неподъемной…

— Ваше Высочество, я не приказываю, а призываю. Ваша пациентка более всего нуждается в покое, то есть во мне.

— Я же сказал, не воздействовать на нее. Не трогать потоки. Каждый раз ведусь на твой рассудительный облик и забываю, кто ты на самом деле…

Дальше я уже не вникала, потому что голос Дэва превратился в рокот, который укачивал меня снаружи, но расходился глубоко внутри. Боль, скачкообразная и неравномерная, отступала. Наверное, испугалась тепла его рук.

Есть шанс, что Вильям не погиб. Лиззи сейчас спит в соседней комнате. Дэвид не собирается отступать. Напряжение, сотканное из песчинок и подозрительного шелеста, вспыхнуло огнем — предположительно, адским.

Утром я буду в порядке. Пусть этот милый Марбас больше не беспокоится.

Дэвид Деус

Наступила ночь. Самое продуктивное, самое свирепое время в сутках, — когда можно поймать то, что весь день ускользало, и затем дать телу быстрый и заслуженный отдых. Для Деуса сон был похож на скоростное скольжение с горной гряды в ледяной водоем… Прыжок. Как освежает, как бодрит... Раз, и уже проснулся.

Однако беспокойство рвало его на части. Рядом затаился враг достаточной силы, чтобы остановить Бланко, закрепив над ним печать. А нарисовать блокирующую руну не каждому выдающемуся магу по силам. Для этого требовались не только специфические знания, но и мощный ресурс.

Но даже этим неведомый противник не ограничился и… запер проход на Край. Деус не сразу сумел вернуться через собственный портал, когда учуял… Нет, не панику и боль Рит — для этого они еще не закрепили связь… А беспокойство дочери, которая ушла за пределы разрешенной зоны, и нервозность своего коня. Бланко уловил неприятности до того, как Вильям окончательно потерял разум. Конь их угадывал чуть ли не хвостом.

В ярости демон едва не обрушил пространство по окружности Края. Злосчастный портал он проломил вместе с граничным ребром, которым этот мир опирался на соседний.

Вряд ли его противник понимал, против кого он вышел. Но Деусу и самому пришлось юлить. В частности, предупредить страшего родича, что он влип и рискует неожиданно обретенным самым главным.

Он не стал расстраивать Рит, когда она приходила в себя. На Элизабет явно пытались воздействовать. Голос, звавший ее, был мороком, и его отголоски еще звенели, когда граф появился в Энфилде. Первой сюда проникла его тень и тут же рассеялась — в конюшни, в деревню, по кустам и тропинкам в поисках того, кто забаррикадировался в его поместье.

Дочку он нашел в пустом нищем доме. Ее глаза занимали почти все лицо. Девочка повторяла что-то про тишину, которая «хотела привязать ее к себе». Однако в этом случае Дэвид не спешил поддаваться панике. К малышке так просто не подобраться.

Да, ей незачем было встречаться с ублюдком, который испоганил жизнь ее матери — но и того бы тоже ждал величайший сюрприз. Хотел бы Деус посмотреть на мага, который протянет руку к ребенку протодемона, да еще в родной среде.

Лиззи не нужен лишний стресс, напомнил он себе. Этот тип не только умудрился идеально спрятаться. Он знал что-то, что делало его малютку уязвимой, по крайней мере, по материнской линии.

… Одновременно он добрался до Рит. Тут и стало ясно, почему он не смог нащупать палача раньше. Эта тварь была в конюшне несколькими секундами до него, и теперь изо всех сил заметала следы. Судя по тому, как легко он управлялся с замыканием пространства, неизвестный как минимум имел выход за Край. Но и преследовать его Дейв не мог. Его тени всегда должны были оставаться все вместе, в одной параллели.

Маргарет, которая уже не держалась на ногах, снова напомнила, почему он так отчаянно в нее влюбился. Физическая хрупкость и заведомо проигрышное положение не мешали ей все это напрочь игнорировать и упрямо настаивать на своем.

На его глазах она пыталась вдохнуть жизнь в труп, который шевелился разве что благодаря разрозненным и противоположно направленным силовым линиям.

Она называла покойника Вильямом. И Деус припомнил, что, действительно, когда-то ошивался подле лошадей пацаненок с похожим именем. Наверное, уже подрос, а в этот свой приезд демон совершенно не обратил на здешнего конюха внимания.

И в этом случае он снова намекнул Рит на то, чего не было. Марбас не стал реанимировать обуглившегося человека. Принц-лекарь не тратил ресурс впустую, если видел, что восстанавливать уже нечего. После того, как Рит принялась молить за Вильяма со слезами на глазах (и как она-то почувствовала в Марбасе целителя?), они с Высочеством договорились, что тот спасет сознание недоумка, отправив его в другое тело.

Марбасу нужно было поймать момент, когда в одном из пределов, куда он мог бы дотянуться, возникнет похожая комбинация — подходящее тело будет покидать душа сопоставимых размеров. Вильям ни за что не «влез» бы в гения или сильного мага.

Однако технически он остался жив. С Маргарет конюх больше не увидится, и Деус не собирался об этом горевать.

Пока девушка бредила, она поделилась с ним частью доступных воспоминаний. С одной стороны, он снова поступил не как джентльмен, заглянув в них без ее согласия. С другой… какой еще, к Бездне, джентльмен? Его женщина и его дочь по-прежнему в опасности, а он с закрытыми глазами отбивается от существа, которое до сих пор не идентифицировал.

Это был некто, весьма похожий повадками на демона, — при этом коварнее и изощреннее. Демон бы просто напал и сожрал. А этот уничтожал сразу две жертвы. Одну он склонял к жестокому насилию — на Краю обычно использовали эпитет «бесчеловечный» — а другую терзал, находясь за спиной насильника и поглощая эмоции с двух сторон.

Деус успел узнать, что стало с той девочкой, которую Маргарет нашла в подвале. Все равно Кара не успокоится, когда очнется… Так вот, благодаря шумихе, поднятой горничной, благодаря тому, что Рит прижала Морлея (скорее всего магически), девушку доставили в городской госпиталь, а оттуда — в столицу Ада. Она выжила и стала сиделкой... Сейчас ухаживает в центральном госпитале Бездны за тяжело ранеными и больными, которые перестали вставать с кровати.

Непростая судьба, но Маргарет от этого должно стать чуть легче. Ведь в Энфилде, рядом с медленно съезжающим с катушек Мором и кружащим поблизости Палачом, ту девчонку не ждало ничего хорошего. А его Рит… Как здесь выживала она?

После того случая девушка резко сорвалась в город. Хотя решиться оставить свое место силы, свое болото, ей было нелегко. Окружающим она врала, что неведомый муж нашел работу еще лучше. Мол, ему неудобно стало ездить в деревню — зато хватало денег снять комнатушку.

Как же ей было страшно. С ребенком с чужой для ней стихией… Ведь магия Рит и Лиз скорее всего конфликтовала прямо во чреве. Будущая мать инстинктивно не оставляла попыток вырваться из-под блоков и усилиться. Возможно, Палач даже ослабил удавку, чтобы позволить ей родить и получить в свое распоряжение сразу двух неучтенных магичек. Да еще каких. Деус втянул воздух сквозь стиснутые зубы.

Если девочки выйдут из этого мрака в добром здравии, он навсегда излечится от самонадеянности. От уверенности, что вокруг него вертится вся Бездна… Ну, почему за этот его урок платили они?