Чтение онлайн

Немного волнуясь, студент высказал догадку, которая первой пришла ему в голову:

– Воспаление тазобедренного сустава, сэр! [52] – Ничего подобного! – воскликнул профессор и объявил: – Мужчина хромает не от бедра, а от ступни, точнее обеих. Если бы вы проявили наблюдательность, молодой человек, то заметили, что на его ботинках есть небольшие разрезы – как раз в тех самых местах, где обувь давит на стопу больше всего. Этот человек страдает от мозолей, джентльмены, и бедра тут ни при чем [53] .

Профессор продолжил безошибочно угадывать профессии и пороки совершенно незнакомых ему людей.

– Джентльмены, перед нами человек, который либо режет пробку, либо работает кровельщиком. Если вы приглядитесь, то увидите небольшое затвердение – обыкновенную мозоль – на его указательном пальце и утолщение на наружной стороне большого пальца. Все это верные признаки того, что он занимается либо одним ремеслом, либо другим. Оттенок загара на его лице говорит о том, что он никогда не плавал в дальние страны. Это, так сказать, «местный» загар, который получен в одном климате [54] .

Когда неверный диагноз поставил другой студент, профессор нахмурился:

– Джентльмен имеет уши, но не слышит, имеет глаза, но не видит! [55]

По мнению профессора, самым важным для любых открытий – в медицине, уголовном праве или повседневной жизни – являлись развитые навыки наблюдения. Он не упускал ни единого, самого мельчайшего, факта и часто указывал на вещи, которые не видели другие: татуировки, акценты, отметины на коже, шрамы, одежду, даже цвет грязи на подошвах.

«Стоит только приглядеться, – учил он, – и по лицу человека можно узнать его национальность, по рукам – профессию, а остальное расскажут его манеры, походка, цепочка для часов и пушинки, прилипшие к одежде [56] ».

Если наблюдательность профессора и его молниеносные выводы напоминают вам о Шерлоке Холмсе, не удивляйтесь: этот профессор и есть прототип вымышленного детектива. Доктор Джозеф Белл, профессор хирургии, плодовитый писатель и родственник Александра Грейема Белла, буквально околдовал Артура Конан Дойла – тогда еще молодого студента – своим жутковатым, необычным, но вместе с тем «элементарным», как говорил сам Белл, талантом. Он часто повторял на своих лекциях: «Используйте ваши глаза, используйте ваши глаза» [57] , самое главное – уметь отличать пассивное созерцание от активной оценки.

«Большинство людей смотрят, но не замечают», – резюмировал Белл в духе Шерлока Холмса [58] .

В чем же разница? Шерлок Холмс объясняет это в одном из первых рассказов, «Скандал в Богемии». Доктор Уотсон утверждает, будто его глаза ничем не хуже глаз Холмса.

– Вы видите, но вы не замечаете, – возражает Холмс. – А это большая разница. Например, вы часто видели ступеньки, ведущие из прихожей в эту комнату? [59] – Часто.

– Как часто?

– Ну, несколько сот раз.

– Отлично. Сколько же их там?

– Сколько? Я не обратил внимания.

– Вот именно, не обратили внимания! А между тем вы видели. В этом вся суть. А я знаю, что ступенек – семнадцать, потому что я и увидел, и заметил.

Хотя мы часто используем эти два слова взаимозаменяемо, их едва ли можно назвать синонимами. «Видеть» предполагает автоматическую, непроизвольную регистрацию изображений. Наблюдать и замечать – это увидеть осознанно и вдумчиво.

Всякое занятие по программе «Искусство восприятия» включает в себя элемент самоанализа. Чтобы облегчить этот процесс, я показываю следующую фотографию ( рис. 8 ) молодой женщины и задаю простой вопрос: что вы видите? Опишите то, что вы видите одним предложением.

Проверьте себя прямо сейчас. Каким предложением вы бы точно и полностью описали это фото.

Вот уже десять лет я задаю этот вопрос людям самых разных профессий. Обычно мне говорят о девушке; наиболее проницательные замечают, во что она одета и куда смотрит, что у нее что-то в руке, какая нога выставлена вперед. Очень часто я слышу о большом дереве без листьев в левой части: некоторые даже пытаются прикинуть его высоту, сравнивая с ростом женщины, хотя – и тут Холмс совершенно прав – никто и никогда не называет количество ветвей. Упоминают кусты вдоль забора и сам забор, скамейку, опавшие листья и тени на переднем плане. Но, пожалуй, самое удивительное, что почти 50 % людей, которые видят эту фотографию, не упоминают о гигантской букве С на заднем плане.

Вы видите ее? Вы сразу ее увидели? Вы упомянули об этом в своем предложении?

Это не иллюзия и не фотошоп. Буква C действительно существует. Это важная часть фотографии? Стоит о ней упоминать? Да, по многим причинам. Благодаря этой букве мы можем точно определить место, где сделан снимок: проведя небольшое расследование, мы выясним, что буква C нарисована на тридцатиметровой каменной стене в Бронксе, районе Нью-Йорка, напротив Колумбийского университета. Буква помогает установить приблизительную дату съемки: впервые она появилась здесь в 1955 году и изначально была белого цвета. В 1986 году ее перекрасили в голубой, оставив белым только контур [60] . Буква С обладает впечатляющими размерами – 18 метров в высоту и 18 в ширину – и является одним из самых больших граффити в Нью-Йорке. Упоминание столь значимого объекта, который занимает большую часть снимка, свидетельствует о наличии элементарных навыков наблюдения.

Те, кто не увидел букву C, – нормальные люди с нормальным зрением, чья наблюдательность пока недостаточно развита. Но как быть, если 50 % тех, кто ее не увидел, включают детектива, назначенного расследовать ограбление вашего дома, или вашего хирурга, вашего начальника, будущего супруга или водителя автобуса, на котором ездит в школу ваш ребенок? Что, если вы тоже не увидели букву С? Не заметить такую крупную деталь может быть не критично, читая эту книгу, но что, если вы присматриваете за детьми, ведете машину, переходите улицу?

Прежде чем работать над навыками наблюдения, необходимо понять биологические механизмы, из-за которых мы все иногда упускаем из виду не только незначительные подробности, но и громадные, движущиеся или иного рода значительные объекты. Разобраться во врожденной «слепоте» нам поможет орангутанг по имени Кевин.

Прежде всего вам нужно знать, что Кевин не мыслит. Я бы сказала, что он не настоящий, но его владелец, доктор Майкл Грациано, с этим бы поспорил, так как Кевин действительно существует, пусть и в форме акриловых волокон. Кевин – это перчаточная кукла.

Доктор Грациано ( рис. 7 ), невролог из Принстонского университета и автор книги «Сознание и социальный мозг» (Consciousness and the Social Brain), использует Кевина в качестве уникального доказательства силы восприятия. В самом начале лекции, когда Грациано – высокий мужчина с сияющими глазами и проседью в бороде – надевает Кевина на руку, студенты нервно хихикают, но через несколько минут они ловят себя на мысли, что видят в игрушечном примате живое существо.