Чтение онлайн

— Зачем они вам? — непонимающе спросил он и перекинулся с Шет взглядами.

— На то воля Самсавеила. Все шисаи давали клятву не говорить никому о его приказах, даже другим шисаи, — Райга развел руками. — Мы можем забрать их самостоятельно, но перевозка их представляет для нас большие затруднения.

— Да откуда мне знать, что это и впрямь его воля?! — неожиданно закричал Кайно. — Какого кумо он вообще говорит с вами, а с нами — нет?!

— Мы его жрецы, а не дети. Мы нужны ему…

— А мы — нет?! — Кайно откинул вцепившуюся ему в руку Азуру, и другие ангелы подхватили ее, не давая упасть.

— Мне не позволено знать, — честно ответил Райга. — Мы самоотверженно служим ему, а он внемлет нашим молитвам. Мы верно следуем его воле, а он убирает препятствия на нашем пути. Мы просим его о чуде — и мы его получаем. Но взамен мы платим всем, что нам дорого.

— Иногда даже большим, — тихо произнесла Тора и медленно сняла капюшон. Обнажились тигриные уши, изрезанные татуировками будто насквозь, изрисованный лиловым череп, лицо с сияющими глазами, покрытая узорами шея и забитые ключицы.

Тора подняла взгляд на императора и, встретившись с ним глазами, на мгновение оцепенела.

Между ними мелькнуло узнавание — будто наваждение о чем-то давно позабытом, ушедшем. И тут же исчезло.

Кайно отшатнулся, будто громом пораженный.

— Наши просьбы для него священны. Как священны и его просьбы для нас.

Кайно поджал губы и, помедлив, кивнул.

— Вот и попроси его о чем-нибудь, — процедил он сквозь зубы. — Я хочу посмотреть, как вы ему дороги.

— О чем, Ваше императорское Величество? — спросил Райга.

— О смерти, — криво усмехнулся Кайно. — Пусть его волей умрет один из нас. Но не вашими руками, не вашим огнем, водой, мечом. Нет! Одна лишь просьба — одна лишь смерть.

Райга посмотрел на Тору и пропустил ее перед собой.

Кайно прищурился:

— Мне прекрасно известно, что вы владеете огнем и водой. Еще можете создавать туман и подобие кумо. Так что если я увижу хоть что-то из этого — вы будете мертвы.

— Вы уверены, что чья-то смерть — достойная просьба? Ведь умершего не вернуть, — спросила Тора.

— Я верю, что у тебя ничего не выйдет. Самсавеил глух и к нашим просьбам, и к вашим.

И это было абсолютной правдой, но…

Тора вскинула руки к высокому потолку, обнажив татуировки до самых плеч.

— Всемогущий, Всеслышащий, я прошу тебя — услышь мою мольбу. Дай нам увидеть всемогущество твое, позволь нам узнать, что ты всегда прислушиваешься к нашим молитвам. И ценой тому — жизнь одного из херувимов, — Тора упала на колени ниц. И все ее татуировки вмиг вспыхнули лиловым, пробиваясь светом даже сквозь материю плаща.

Райга по привычке сделал несколько шагов назад, ожидая, что его обдаст жаром.

Но ничего не произошло. Тора села на пятки, сложила руки перед собой и прошептала:

— Благодарю.

Кайно рассмеялся:

— Я же сказал, он не слышит ваших молитв! Он ничьих молитв не слышит!

— Кайно, — пробормотала Азура, снова хватая брата за руку.

— Ты позоришь меня! — прошипел он, оборачиваясь.

Азура разжала пальцы и с ужасом посмотрела на Шет, призывая и Кайно посмотреть на него.

Шет рухнул, в последний момент зацепившись судорожно сжимающимися пальцами за крыло императора.

Он высыхал изнутри, от всего его тела исходил белоснежный пар.

— Воды, — просипел он, прижимая руки к горлу.

Через весь зал пролетел охотничий бурдюк, полный воды, и ударился о ноги Семиазаса, тот передал его императору.

Кайно силой поднял брала и, разжав иссушенные челюсти, влил немного воды в Шет. Она потекла по сухим губам, испаряясь. Ни одной капли не попало.

Шет замер, вперив стеклянный взгляд в ошарашенного Императора. Опали крылья, рассыпав сухие перья, одежда повисла мешком. Мышцы сжались, очертя кости и суставы, кожа облепила иссушенную плоть, будто прорезала каждую черточку, каждую связку.

Кайно свирепо посмотрел на шисаи.

— Вам придется заплатить за это собственными жизнями! — прорычал он.

— Кайно, — Семиазас положил ему руку на плечо, — брат, ты сам приказал им это.

— Но я думал…

— Они были с тобой честны, они были покорны твоей воле. Мы не можем винить их за это, — все так же тихо проговорил Семиазас, смотря Кайно в глаза. — Брат, не шисаи убили Шет.

— А Самсавеил, наш родной отец, — тяжело выдохнул Кайно.

— А твоя воля, — качнул головой Семиазас. — Шисаи могут быть свободны.

— Они не получат ничего, — процедил сквозь зубы Кайно. — Пусть проваливают.

Император махнул рукой и поднял с пола искореженное тело Шет. С крыльев посыпались перья, обнажая иссушенную кожу, сморщенную, с торчащими пеньками.

Райга подошел к Торе и подал руку.

— Прости, кажется, я снова все испортила, — тихо прошептала она, так, чтобы только он услышал.

Верховный шисаи качнул головой и, подняв Тору, завел ее за спину.

Кайно перехватил Шет под колени и крылья и спустился с ним на руках с тронных ступеней. Семиазас и Азура последовали за ним.

Император прошел с ношей мимо шисаи, Семиазас остановился перед Райгой и коротко поклонился.

— Думаю, он не изменит своего решения. Вам отказано в просьбе забрать крылья Самсавеила. Я сожалею, — развел он крыльями.

Райга усмехнулся уголком губ:

— У Люциферы получались отличные товарищи и солдаты. А с детьми что-то не задалось. Наверное это потому, что вы ей не родные, и она чувствовала себя не в праве вас воспитывать, — тихо сказал он. — Да и откуда маршалу знать, как учить коронованных особ?..

Семиазас удивленно вскинул брови:

— Мы отлично воспитаны и обучены.

— Не все. Прошу меня извинить, нас, кажется, попросили покинуть Ангельский град.

— Не смею задерживать, — кивнул Семиазас.

***

— Ты был прав. Опять, — пробурчала Тора уже на подступах к лагерю. — Меня только за войной посылать.

Райга усмехнулся:

— Иногда мне кажется, ушастая, что ты абсолютная дуреха. И вроде такая умная, такая способная, такая сильная — а все равно глупая кошка.