Чтение онлайн

– Вы сказали, у Гарри?
– спросил Мартин.

– Да, "Местечко Гарри", - сказал МакКаррен.
– Я прямо сейчас здесь.

Мартин наблюдал, как снежный сугроб пронесся по стоянке, словно волна белых пикселей по экрану реальности.

– Хорошо, встретимся там.

Далекий звонок в дверь вывел Беверли Грант из глубокого сна. Она приоткрыла глаза, и последние воспоминания о своих снах, в которых она бродила по массивным, почти совершенно безликим коридорам, выплыли из ее сознания. Когда она полностью открыла глаза, перед ней предстало лицо мужчины, которого она должна была узнать. В дымке угасающего сна она не могла понять, кто это был. Легкая паника пронзила ее нервную систему, прежде чем к ней вернулось ясное сознание, и она вспомнила предыдущую ночь в местном баре "Местечко Гарри". Заведение перестало работать. Странные звуки синтезатора. Сообщение, написанное на обледенелом окне, которое она, возможно, видела, а может, и нет.

"МЫ ИДЕМ".

Фрагменты начали обретать смысл. Мужчиной, который лежал с ней в постели, был Мел, басист группы поддержки, выступавшей по вечерам в караоке. Она пыталась привлечь его внимание в течение нескольких недель, обычно напевая песни с двусмысленными текстами, но никогда не обращаясь к нему напрямую. Однако странные события прошлой ночи вызвали у нее особый интерес. Когда снова зажегся свет, а окна очистились от льда и загадочных посланий, которые могли быть настоящими, а могли и не быть, когда посетители начали понемногу приходить в себя, она просто подошла к своему давнему увлечению и спросила, не хочет ли он пойти с ней домой. Сначала он вздрогнул, как будто она прыгнула на него и закричала "бу", но потом улыбнулся и сказал "конечно", оглядев ее с головы до ног.

Это было не похоже на нее - просто так приводить к себе домой случайных мужчин (о чем она снова и снова напоминала Мелу по дороге домой). Она не могла точно объяснить, что на нее нашло, только то, что это стерло ее обычную щепетильность и застенчивость. Изучая сильную челюсть, изящный нос и гладкую кожу молодого человека, лежащего с ней в постели, она решила, что ей нравится этот новый человек, кем бы он ни был.

Она хорошо справилась.

Второй звонок в дверь (в ее дверь, неподалеку) заставил ее подскочить и сесть. Именно по этой причине она изначально надеялась только получить номер телефона Мела вчера вечером, а не приводить его к себе домой. Это была причина, о которой она забыла в суматохе своей вновь обретенной уверенности. Сегодня утром к завтраку должен был прийти ее отец.

Сейчас он был здесь.

– О, нет-нет-нет-нет-нет, - сказала она, скатываясь с кровати.

Мел пошевелился и застонал. Он потянулся и приоткрыл один глаз. Заметив, что она роется в шкафу в поисках чего-нибудь из одежды, он улыбнулся и сказал:

– Черт возьми, детка. Я боялся, что ты мне просто приснилась.

Она сняла с вешалки серое платье и прижала его к груди.

– Ага. Так что, возможно, тебе пора идти, - сказала она, состроив на своем лице самое извиняющееся выражение, на какое была способна.

– Так скоро?
– спросил он, разминая шею и заправляя волосы за уши.
– Я надеялся, что мы могли бы выпить кофе или еще чего-нибудь.

– Мой папа здесь, - сказала она.

Три сильных удара в дверь квартиры подтвердили ее слова. Мел только ухмыльнулся.

– И что? Ты взрослая женщина. Он думает, что ты станешь монахиней или кем-то в этом роде?

– Ему бы понравилось, если бы я была монахиней, - сказала она.

Мел только рассмеялся и отмахнулся от нее.

– Я помогу приготовить завтрак, - сказал он.

Она невольно улыбнулась. Она хорошо справилась.

Они встретили ее отца у двери. Он окинул Мела оценивающим взглядом и протянул руку. Мел пожал ее.

– Приятно познакомиться с вами, Мел, - сказал он.

– Я тоже рад познакомиться, мистер...
– Мел посмотрел на Беверли, ожидая разъяснений.

– Вы не знаете фамилию моей дочери?
– спросил ее отец, приподняв кустистую бровь.

– Ну, я...

– Грант, - сказала Беверли.
– Но ты можешь называть его Рейнджер. Так зовут все остальные.

– За исключением специалистов по телемаркетингу и политических деятелей, - сказал он.

Он выглядел как человек, которого можно было бы назвать Рейнджером. Широкоплечий. С квадратной челюстью. Коротко подстриженные волосы. Он напоминал седеющего героя боевика и говорил ровным, глубоким баритоном. Однако он был намного мягче, чем выглядел. Будучи заядлым спасателем собак, он владел тремя питбулями, все они страдали различными физическими недугами, из-за которых их не могли усыновить другие, менее терпеливые родители -любители домашних животных. Он становился грубым, только если думал, что его семья в опасности; Беверли помнила, как он не раз демонстрировал ее потенциальным поклонникам свою коллекцию оружия. Тогда это выводило ее из себя, но, оглядываясь назад, можно сказать, что он был прав в отношении большинства тех парней. Он странно спокойно воспринимал присутствие Мела. Может быть, он хорошо его раскусил, а может, с возрастом он стал мягче. Какой бы ни была причина, Беверли была благодарна за спокойствие, особенно после прошлой ночи.

Рейнджер отпустил руку Мела и последовал за ним и Беверли внутрь. Беверли поставила перед ним черный кофе и приготовила спортивную программу, пока они с Мелом готовили завтрак. Она поставила несколько булочек в духовку, а Мел приготовил яичницу-болтунью в большой стеклянной миске.

– Вы двое вчера вечером были без электричества?
– Рейнджер позвал из гостиной.

Беверли и Мел переглянулись. Беверли вспомнила о покрытых льдом окнах.

"МЫ ИДЕМ".

– В "Местечке Гарри" отключилось электричество, - сказала Беверли.

– Как я понимаю, на какое-то время оно отключалось и в других местах, - сказал Рейнджер.

– Серьезно?
– спросила Беверли.

– Дело было не только в электричестве. Животные тоже потеряли рассудок. Соседский какаду не переставал кричать. Все собаки лаяли во все горло.

– Невероятно, - сказал Мел, выкладывая яйца на хорошо смазанную маслом сковороду.

– Люди до сих пор про это говорят?
– спросила Беверли.

Мел пожал плечами.

– Думаю.

Когда с едой было покончено, Беверли, Мел и Рейнджер сели за стол. Мел отрезал себе кусочек яйца, но, прежде чем откусить, спросил:

– Знаете, что было самым странным во вчерашнем вечере?

Мышцы живота Беверли напряглись. О чем бы он хотел поговорить? Странная реакция синтезатора? Видел ли он сообщение во льду? Если бы он упомянул об этом, ее отец мог бы подумать, что они принимали какие-то сверхсильные галлюциногены. Она никогда не притрагивалась к наркотикам, но сейчас у нее возникли ужасные воспоминания о том времени, когда она была подростком и ее отец всегда думал, что она что-то принимает.

– Стекла в баре покрылись инеем, - сказал Мел, - но только на несколько минут.

Беверли оставалась напряженной, пока Рейнджер, прищурившись, оценивал Мела. Наконец, он сказал:

– Это случилось и у меня дома.

– Что это значит?
– спросила Беверли.

– Ну, я представляю себе внезапное понижение температуры, - сказал Мел.

– А затем резкое увеличение? А потом и все остальное?

Мел пожал плечами. Рейнджер уставился в дальнее окно. Ничего не было видно, кроме большого дерева, серого от зимы, без листьев.

– О чем вы думаете, мистер Рейнджер?
– спросил Мел.