Чтение онлайн

– Наверное, это просто множество странных совпадений, я полагаю.

– Вы так думаете?

Беверли знала это выражение лица своего отца. Слегка нахмурив брови и плотно сжав челюсти, он был погружен в глубокую задумчивость. Он не стал бы так глубоко задумываться, если бы считал, что странные события прошлой ночи были просто серией совпадений. Кроме того, насколько она знала, он не верил в совпадения.

Если бы Беверли могла читать мысли своего отца, она бы поняла, что он думает о прошлом. О том, как тридцать лет назад он помогал убирать место, где группа бывших заключенных, ехавших в автобусе, замерзла насмерть. О том, как он и пожилой офицер по имени Гордон Стрибер вытащили тела шестерых мужчин из автобуса и отвезли их на кладбище "Воскрешения" в Вечных Холмах, где капитан Гринберг приказал смотрителю Хайраму похоронить трупы в безымянных могилах на краю территории. Именно эти воспоминания подтолкнули его сначала к бутылке, а затем и к церкви.

Беверли не могла читать мысли своего отца. Тайны Рейнджера Гранта были его личными, особенно теперь, когда Гордон, Гринберг и Хайрам были мертвы. До вчерашнего вечера он думал, что эти секреты унесут его с собой в могилу. События прошлой ночи потрясли его больше, чем он хотел показать. Это так сильно встревожило его, что он чуть не отправился в ближайший бар и не выпил свою первую выпивку за десять лет.

Как и его дочь, он тоже увидел послание во льду.

В отличие от своей дочери, которая рассуждала рационально, он знал, что увидел. И он знал, что это не может означать ничего хорошего. Хотя он долго верил, что его грехи однажды будут раскрыты, только сейчас он понял, что такая участь постигнет его в ближайшем будущем, и последующий позор будет наименьшей из его забот.

"Если впереди маячит расплата, пожалуйста, возьми меня. Оставь мою Беверли в покое".

– Папа, - сказала она.
– Ты не голоден?

Он моргнул, посмотрел на свою пышную яичницу-болтунью, ярко раскрашенные ягоды и намазанный маслом рулет, а затем в ее серо-голубые глаза.

"Такие же глаза были у нее с самого рождения", - вспомнил он.

Он вспомнил, какой тихой девочкой она была в те первые несколько недель, открывая глаза только для того, чтобы осмотреться, а затем снова закрывая их, как будто она еще не была готова расстаться с темнотой, которую знала в утробе матери.

"Господи, пожалуйста. Просто возьми меня".

Словно в ответ, зазвонил его телефон. Это был Скотт МакКаррен.

Беверли Грант наблюдала, как ее отец встает из-за стола, чтобы ответить на звонок. Время, проведенное за трапезой в кругу семьи, было для него священным, поэтому она сразу поняла, что что-то не так. Хотя он ничего не сказал, когда приехал, у нее сложилось впечатление, что он ждал этого звонка. Она слушала, как он отвечает собеседнику на другом конце провода, и пыталась понять цель звонка. Когда он повесил трубку и сказал, что ему нужно идти, она не смогла подобрать слов. Это короткое, деловое поведение было так непохоже на отца, которого она знала.

Когда он подошел к двери, он выглядел одновременно потерянным и спокойным. В его глазах стояли слезы, но было и еще кое-что: он выглядел так, как будто тот, кто позвонил ему по телефону, объяснил ему смысл жизни или дал задание от Бога. В нем был покой человека, который нашел свое предназначение. Не было необходимости проявлять решительность, потому что он знал свое предназначение и просто должен был позволить ему вести себя. Беверли это приводило в бешенство.

– Что значит, тебе нужно идти?
– спросила она.

– Мы можем вам чем-то помочь, мистер Рейнджер?
– спросил Мел, изо всех сил стараясь угодить.

– Боюсь, что нет, сынок.

"Сынок".

Должно быть, что-то действительно было не так, если ее отец называл его сыном за одну ночь. Ей было все равно, насколько сильно изменились ее отношения с ним. Он все еще был Рейнджером Грантом. Он по-прежнему был из тех мужчин, которые защищают тех, кого любят, даже если у него не всегда это получалось, - она подумала о своей матери, которая лежала на больничной койке в те дни, когда Беверли должна была окончить университет Пенсильвании. Он ничего не мог сделать, хотя и отказывался в это верить, и в какой-то степени она тоже. Она заставила себя сделать глубокий вдох.

– Папа, подожди. Ты сказал, что что-то случилось. Что случилось?

– Это как-то связано с прошлой ночью?
– спросил Мел.

Челюсть ее отца напряглась, и он некоторое время пристально смотрел на Мела. Она могла описать выражение его лица только как отстраненное. Он смотрел мимо Мела, сквозь него, на что-то, чего ни Мел, ни Беверли не могли видеть.

– Мне нужно идти, - сказал он, поворачиваясь к двери.

– Ты не можешь, - сказала Беверли.
– Дороги ужасные.

Теперь она была в отчаянии и хваталась за что угодно, лишь бы удержать отца здесь.

– И дальше будет только хуже, - добавил Мел.

"Да благословит его Бог за то, что он меня прикрывает".

Рейнджер бросил последний взгляд на свою дочь и ее любовника.

– Я должен рискнуть. Я не могу ожидать, что вы поймете. Может быть, когда-нибудь.

Беверли посмотрела на своего отца, когда он открыл дверь. Холодный ветер принес с собой снег, и она инстинктивно прижала руки к груди. Она представила, как физически удерживает отца. Хотя он все еще силен для своего возраста, он не ожидал, что она схватит его, что сыграло бы ей на руку. Мел тоже мог бы помочь, если потребуется.

Однако она не смогла заставить себя сделать это. Рейнджер был взрослым мужчиной, который мог принимать собственные решения, так же как и она была взрослой женщиной, которая могла принимать свои собственные решения. Это не означало, что ей должен был нравиться выбор ее отца. Она просто должна была принять их, как, очевидно, он принял ее при встрече с Мелом. Она вздохнула, когда за ним закрылась дверь.

Мел обнял ее за плечи. Он был теплым, твердым, сильным.

– Я знаю, что лучше не спрашивать, все ли с тобой в порядке, - сказал он.

– Умный парень.

Она обняла его в ответ. Было приятно оказаться в чьих-то объятиях. Похоже, этот Мел был чем-то большим, чем просто роман на одну ночь. Он казался заботливым, страстно желающим кого-то полюбить. Она даже не была на сто процентов уверена, что хотела именно этого, но пока это было приятно. Затем он спросил ее кое о чем, что заставило ее переосмыслить все.

– Хочешь пойти за ним?

Она посмотрела на Мела, не зная, что ответить. С одной стороны, она хотела предоставить своему отцу ту же независимость, которую он предоставил ей. Хотя она знала, что у него есть свое мнение, этим утром он не стал стыдить или осуждать ее за то, что она была с парнем. Отчасти это было связано с тем, что он казался рассеянным еще до телефонного звонка от того парня, МакКаррена. Но ей хотелось верить, что это было потому, что он уважал ее решения и признавал ее способность принимать их, быть умной и осторожной.

Ее отец не был ни умным, ни осторожным.

– Мне показалось, что у него какие-то неприятности, - сказал он.
– Он сказал, что мы не можем помочь, но я не знаю. Почему мы не можем?

– Возможно, он сказал это, чтобы защитить меня.

– Верно, - он помолчал, обдумывая свои следующие слова.
– Как ты думаешь, о чем был тот телефонный звонок?

Она прокрутила в голове разговор с Рейнджером. Разговор был коротким, но эти несколько слов в сочетании с обеспокоенным выражением лица ее отца сказали так много.