Сны Зачаровня
Шрифт:
Должны бы появиться двери и терраса, но вдруг появляются винтовые ступени, по стенам изредка - факелы, эльф, проходя мимо, зажигает их. Для меня. Промежутки темноты между кругами света длинные, Маррир не отпускает моей руки. Не оставляет, проводя вверх по лестнице, через несколько переходов в узкий коридор, вновь вверх по лестнице. Подойдя к глухой стене на верхней площадке просто легко прикасается к ней пальцами, и мы оказываемся в знакомом коридорчике с полукруглой аркой. Именно здесь эльф отступает от меня.
Когда-нибудь я научусь никак не относиться к всеобщей осведомленности о месте проживания женщины, приведенной принцем Эллорном. Его привычки сложились давно, и как видно, не изменялись.
– Твое общество доставило мне истинное удовольствие. Надеюсь, я был не слишком назойлив?
– Ну что ты, Маррир. На какое-то время ты провел меня в сказку. Доброй ночи, эйльфлёр.
– Доброй ночи, Элирен. Завтрашняя ночь будет лунной, тучи разойдутся, ветер утихнет. Доброй ночи.
На террасе кто-то присутствовал, прислушавшись к негромкому напеву, поняла: Дейлин. Сразу прошла к бассейну, присела на бортик, рассеяно слушая доносящуюся песню. Сумбур теней в голове не проходил, околдовывая, обещая открыть некую истину, что может сделать счастливой...
Ночью мне снится Маррир, он стоит в полнейшей темноте над непрозрачной водой крытого пруда, слушая умирающую вьюгу.
*
Утром, выглянув на террасу, постояла над стертым венком, удивляясь сговорчивости эльфа. Ведь, что ни говори, а я могла и ошибаться.
Не зная, куда себя деть, просто отправилась бродить по Дворцу. В одном из переходов едва не столкнулась с беловолосым эльфом. Отскочив от неожиданности, рассматривая его, поняла: то, что вначале приняла за особый оттенок волос, было сединой. Слегка улыбнувшись мне, он поклонился, извиняясь, прошел мимо. Черные глаза очень напомнили кого-то, долго вспоминала - кого, так и не смогла.
Потом уже сообразила: одежда эльфа была зеленого цвета.
*
Перед тем.
Утро еще раздумывает, надо ли ему просыпаться столь рано, а в угловой мастерской слегка позвякивает молоточек. Мастер не зажигает света, не раскрывает ставней. Он не видит ночь.
Ближе к полудню приходит принц Бринон, останавливается у входа, привыкая к полумраку. Маррир, оторвавшись от работы, зажигает светильники, отходит к окну, поскольку оно не открыто, получается - отступает в тень.
– Доброго утра, отец.
– Сейчас середина дня. Ты позволишь оторвать тебя от дел?..
– Я всегда рад тебе, отец.
Принц пристально рассматривает не склепанные половинки ножен под короткий меч. Посредине ножен причудливый узор: даже не притрагиваясь к ним, и не шевелясь, кажется, что по спирали сам по себе движется блик света, обвивая ножны лентой.
– Меча еще нет, им я займусь позже.– Поясняет мастер, оставаясь у темного окна.
– Ты поймал свет. Что это значит?
– Внутреннее, неосознанное стремление вперед. Я нашел в ней интересную мелодию... Мне не удалось?..
– Не знаю. Я не увидел в ней ничего особенного.
Некоторое время в мастерской висит тишина, потом Маррир говорит спокойно:
– Не о чем беспокоиться, отец, ты знаешь. Но если это приказ...
Бринон еще долго смотрит на ножны, потом просто стоит, задумавшись. Уходя, произносит:
– Не приказ. Предостережение.
*
Ночь, лунная и тихая. За день ветер унялся. Тучи разошлись.
Спускаясь вниз, встречаю внимательные взгляды. Обычно женщины не совершали прогулок ночами?
Он у пруда, сидит на скамеечке, легко перебирая пальцами ленивые струи. Понаблюдав, как рассеянный свет красит одним цветом и серебряный обруч, и седые струйки в черных волосах, и металлические застежки одежды, здороваюсь:
– Доброй ночи, Маррир. Она действительно лунная.
– А-а!.. Тебя тоже зовет тишина?
Иногда. Наверное, слишком редко.
– Мне уйти?
– Я слушаю шелест лунных лучей, Элирен. Его можно слушать вдвоем.
На его приглашающий жест присаживаюсь на низкий бортик. Каждый раз, когда красивое лицо поворачивается в мою сторону, приходит уверенность - Маррир видит меня. Хоть и знаю, что этого не может быть никак. Понимаю, чьи глаза вспомнила, столкнувшись с седым принцем нынче днем: у Маррира они такие же черные, с тем же непонятным выражением. Только совсем неподвижные. Неживые.
Эльф на ощупь находит мою руку, и уводит на платформу над прудом. Совершенно не испытывая страха, полностью подчиняясь слышимой лишь нам музыке, между небом и прудом, мы танцуем на ней до рассвета.
Вернувшись перед восходом в комнаты наверху, отмечаю тихое умиротворение в душе, созвучное тишине рождающегося утра.
*
– Сегодня ты совсем не форме, Элирен. Плохо спалось ночью? Конечно, танцы в лунном свете весьма расслабляющий отдых, но не до утра же...
Сегодня не успеваю даже сгруппироваться, падая.
Раз... Каменный пол. Его меч над лицом.
Раз... Каменный пол. Клинок ложится на воротник.
– Знаешь, иногда я задаю себе вопрос: а нужен ли противник людям?
Раз, два...
– То есть, противник - вообще как данность? Ведь ты, к примеру, просто сама зарежешься мечом, только мешать не надо.
Раз, два, три, четыре. Не дождешься.
И так на протяжении многих (как мне кажется), часов.
*
Возвращаясь, чтобы переодеться в сухую рубашку - Эллорн поставил меня в известность об очередном 'семейном собрании', на этот раз - в собственном Дворце, сталкиваюсь с темной тенью на лестничной площадке.
– Доброго дня, Элирен. Завтра полнолуние. Для тех, кто умеет слушать, будут петь реки... Если желаешь, присоединяйся, завтра многие придут на поляны за фруктовым парком - там мы собираемся в тихое полнолуние.
Чувствую легкую тянущую боль под левой лопаткой, понимая, что дело не в недавних падениях. Да, мне тоже очень хочется быть с вами. Только тогда я вновь не высплюсь, и Эллорн... В общем, не в этот раз.
Маррир, согласно кивнув, ушел.
*
Однажды... Да, видимо, именно так и случаются все значительные события в нашей жизни: со слова 'однажды'.
Однажды за Эллорном прислали из Мраморного дворца. Мы были вдвоем, и поэтому я оказалась там, где оказалась: вежливость не позволила ему оставить меня, а моя скромность еще не развилась настолько, что бы добровольно отказаться от посещения главного на настоящее время Дворца эйльфлёр - королевского.