Чтение онлайн

'Не надо меня бояться, дети.
– Смеясь сквозь слезы, я скорчилась в траве.
– Я сама очень боюсь сейчас. Я боюсь, что вы уйдете, и я, тогда, наверное, умру. Я боюсь остаться одна, когда придет ночь'.

'Мы не уйдем.
– Сказала темноволосая, с кожаным ремешком через лоб, нахмурилась, разглядывая жуткую повязку, призналась неуверенно: - Только я не знаю, сможем ли помочь... Жаль, Старших вблизи нет!.. Они бы точно справились! Как ты думаешь, что здесь можно сделать?..'

Одна с темными, почти черными распущенными волосами. У второй две светлые косы. Хрупкие девочки, ростом едва с меня саму. От обеих просто веет настороженностью, но, если светленькая явно в растерянности, то вторая - образец собранности и внимания.

'Нож.
– Попросила, все же заставляя себя сесть.
– Если есть, то бинт. И огниво. Возможно, утром я уйду'.

'Я сама.
– Спокойно отстранила мои руки темненькая, выслушав внимательно.
– Ты не сможешь, у тебя руки дрожат'.
– 'А ты сможешь?..'

Она смешалась на некоторое время, поглядела на блондинку. Та от волнения даже рот приоткрыла. 'Смогу.
– Решила, разрезая неумелую повязку вместе со штаниной, обтирая кровь, запекшуюся вокруг раны. Да-а, все выглядело даже хуже, чем я предполагала. Щепка раскрошилась, древесные обломки торчали, в нескольких местах прорвав кожу. Посиневший валик в ладонь шириной обозначил под кожей место самого крупного осколка. Он-то как назло и не торчал, весь скрывшись в разорванных мышцах.
– Ты терпеливая?.. Надо торопиться, много крови теряешь... Я буду их быстро доставать. Только и ты помоги мне, ладно?' - 'Все, что в моих силах.
– Пообещала ей и себе.
– Что нужно?' - 'Не умирай'.
– Без улыбки попросила девочка, ловко стягивая ремень выше пореза. Я коротко рассмеялась.

'Ты молодец, почти не дергалась.
– Сдержанно похвалила темненькая получасом позже.
– И не кричала. Я не люблю, когда вслух кричат - воины должны уметь терпеть боль. Ты воин?' - 'Нет. А ты?' - 'Буду. Когда стану взрослой'.

Будешь. Сильные руки и крепкие нервы. И отзывчивое сердце. 'Спасибо вам'.

Светленька девочка встала напротив, пристально разглядывая меня.

'Ты можешь сесть на лошадь.
– Прозрачные светло-карие глаза слегка улыбались. И больше не были растерянными.
– Вериль вынула щепки, а я наложила немного магии на шов. Что бы срастался быстрее. Вообще-то магией нельзя пользоваться неполнолетним без надзора Старших... да еще и для смертных...но мы испугались, когда ты потеряла сознание. Не рассказывай никому, ладно?'

Вернулась брюнетка, за ней послушно шла та самая животина, что демонстрировала характер утром. 'Ровной дороги!
– Пожелала блондинка, неожиданно смущаясь, призналась: - Ты совсем не опасна, человек'.
– 'Опасна.
– Возразила, чувствуя жгучий стыд.
– Могу быть опасной. Все иногда бывают опасными, эйльфлёр'.

'Это Барьер напугал ее утром.
– Строго сказала Вериль, поглаживая лошадь по морде.
– Я успокоила её, теперь она должна быть смирной. Если ехать не сворачивая, ты как раз выедешь к мостам... Не бойся, лошадь знает дорогу домой. Только не мешай ей'.

'Не буду. Прощайте, эйльфлёр. Благодарю вас, и желаю удачи!'

'И тебе удачи, человек'.

*

– Ты заблудилась?
– Равнодушно улыбнулась эльфийка. И отвернулась.

– Я никудышный наездник.
– Согласилась, поспешно убираясь из конюшни.

– Вернулся принц Эллорн.
– Сообщила эльфийка.
– Он спрашивал о тебе.

И ладно. Главное, успеть переодеться и смыть грязь. Что я, не смогу пройти несколько шагов не морщась? Отмываясь в бассейне, подивилась умению детей: грубый вспухший рубец через бедро до колена. Судя по длине, рана была достаточно серьезной, а щепка - не маленькой. Прошло не больше трех часов, и ничего, кроме шрама, не напоминает о приключении. Да голова слегка кружится, но это от кровопотери... это пройдет. Натянула непривычно сидящее платье, разложила с трудом отстиранные от кровавых пятен вещи по дальнему бортику бассейна. Быстрее - подгоняла себя, понимая: вот-вот явится Эллорн. Если моя догадка верна, и место, в которое попала сегодня, закрыто Барьером как раз от подобных посторонних проникновений, придется нелегко объясняться.

Объясняться, можно сказать, не пришлось совсем.

Он вошел, я поднялась навстречу, сдергивая полотенце с мокрых волос, и в следующее мгновение, переобнимавшись со всей повстречавшейся мебелью, отлетела в угол.

Губы вспухли моментально, щеку саднило. Вновь вернулась позванивающая боль в висках, заломило затылок. К горлу подкатила тошнота. Не рискуя вставать, отползла к стене. Прислонилась к ней спиной, прижала мокрый комок полотенца к лицу. Влажная тряпка приятно холодила.

– Зачем ты ездила к детям?
– Без выражения спросил Эллорн. Я не ответила.
– Твое любопытство сравнимо разве с твоей же бесцеремонностью. Я знал это, я был готов. Но не настолько же, Элирен! Неужели ты сама не понимаешь, насколько... недопустимо твое поведение?

Ты задал вопросы, на которые мне теперь бессмысленно отвечать. Что ты хочешь, эйльфлёр?

'Правду'.
– Жестко ответил он, проникая в мысли с силой, исключающей попытки сопротивления. Но я и не намеревалась противиться! Зачем же так-то?..

События прошедшего дня закрутились в памяти, взвихренные волей эльфа, замелькали лица и происшествия. Вновь резко выступили успокоившиеся, было, ощущения: утренний азарт, досада на лошадь, страх. И боль.

Замутившееся неаккуратным вторжением восприятие восстанавливалось неравномерно: сначала вернулся слух, потом, частично, ощущения. И лишь потом зрение.

– Прости.
– Искренне попросил эльф, осторожно помогая обтереть лицо. Я небрежно отмахнулась: 'Не стоит извинений', невольно отстраняясь от заботливых рук.

Хотелось одного - что бы он ушел.

– Прости. Мне жаль, поверь.
– Настойчиво повторил Эллорн, поднял и просто перенес меня на кровать.

Я верю тебе, мой принц. Уйди, слышишь? Если желаешь, мы поговорим завтра.

'Я считал, что могу защитить тебя от всего. А от собственной поспешности - не смог. Я должен был вначале выслушать твои объяснения! И, хоть ты вряд ли стала бы оправдываться - о, я знаю тебя достаточно, что бы питать иллюзии по поводу покладистости характера!
– но я должен был вначале спросить. Элирен, не отворачивайся!.. Мне невыносимо осознание несправедливо нанесенной обиды'.

– Чего ты еще ожидаешь от меня, Эллорн? Сочувствия? Оправдания?
– Спросила в ярости, он вскинулся удивленно, от его искреннего непонимания меня скрутило еще больше. Ладно, эльф. Ты сам хотел правды.
– Ты извиняешься за пощечину?
– не стоит усилий, я простила тебя раньше, чем ты меня ударил. Я знала, что выбираю воина!.. Я знала, что ты скор на расправу. Я была готова, Эллорн. Так что успокой совесть, ты оправдан в своей поспешности. Вот к чему я не была готова, так это к насилию. Ты перетряхнул мою память, как старый мешок!.. Тебе жаль, что ты причинил мне боль?.. Глупости! Мне больнее от иного. Ты влез в мысли, которые и без того были открыты - только спроси!
– но нет, тебя не устраивает достойное согласие. Тебе нужно завоевание, да? Сопротивление, которое можно было бы подавить?..

'Прости'.
– Третий раз повторил он, но что-то, что слышалось в тихом голосе, убеждало: мы по-прежнему говорим о разном.

'Как пожелаешь.
– Согласилась легко.
– Ты не получишь сопротивления, эльф. Я не доставлю тебе радости дешевой победы. Попробуй доказать превосходство там, где нет противника'.

– Не понимаю, о чем разговор: у тебя мысли путаются.
– Мягко посетовал Эллорн, прикрывая меня покрывалом.
– Пусть сон смоет обиду. Спи, Элирен...

*

Раскланялись, разошлись, оружие на изготовку. Его меч у моего горла.

– И все же, я считаю это интересным.
– Настаивает Эллорн, без раздражения в сотый раз, верно, начиная снова.
– Давай обсудим подробнее.

Его клинок легко касается моего подбородка. Выдержав мгновение, эльф убирает его, я выдыхаю. Раскланялись, разошлись, меч на изготовку.

– Танец, Элирен. Поединок - танец, надо только попасть в ритм.

Раз, два, три, - его клинок у моего горла. Поклон, разошлись, меч на изготовку.

– Ты не слушаешь ритма, Элирен. Будь внимательнее.