Чтение онлайн

– Дорого, – буркнул Анджей.

– А думаешь, это легкая работа – из болота тащить идиота? Сколько раз я тебя уже вытаскивал?

– Ладно, не обижайся. Я подумаю над твоим предложением. Завтра позвоню.

– Позвони, – вздохнул Айзик. – Завтра так завтра. Завтра – это быстро. Будь здоров. Пойду делать в спальне сенсационную находку.

Не успел он отбросить телефон на подушку, как тот опять завелся.

– Ты забыл пожелать мне спокойной ночи? – проворчал Анджей.

– Пан Раковский? – после паузы осведомился господин Гергерт. – Я, конечно, не возражаю пожелать вам спокойной ночи…

– Это не вам, – растерялся Анджей. – Добрый вечер, господин Гергерт.

– У вас никаких проблем?

– Да как вам сказать… У меня-то никаких, а вот у девушки, которую убили в этом поместье три дня назад, боюсь, проблемы…

– Минуточку, – перебил Гергерт. – Мы ничего об этом не знали.

– Я вам верю. Это местные разборки, не имеющие отношения к вашей организации. Но осадок, как говорится, остался.

– Подождите, – голос абонента помрачнел. – Полиция расследовала это дело? Преступник арестован?

– Полиция, по крайней мере, в курсе. Здесь неторопливая полиция. Комплекс формальных действий они провели, ждали нового владельца. Боюсь, меня поджидают непростые деньки.

– Мы можем вам помочь?

– Как хотите. – Анджей задумчиво уставился на попугая, которому надоело сидеть взаперти, он отогнул клювом крючок, открыл дверцу и переместился на люстру, которая тут же дала угрожающий крен. – Информацию об этой истории можно получить в полицейском управлении Шантуа. Ознакомьтесь, если появится желание. Может, натолкнетесь на дельную мысль.

– Хорошо, мы проверим информацию.

– А у вас, господин Гергерт, ничего необычного? Как поживает коллекция умбара? Не шалит?

– Справляемся, пан Раковский. Спокойной ночи.

На этом спокойная жизнь в поместье Гвадалон подошла к концу. Одуревший от впечатлений, он спустился на первый этаж, поймал за хлястик управляющего Шавра и настойчиво поинтересовался, не завалялась ли в доме приличная выпивка. «Если скажет, что нет, уволю к чертовой матери», – решил он.

– Вам доставить в номер? – услужливо справился управляющий. – Или сами донесете?

– Донесу, – гордо сказал Анджей. – Озвучьте список.

Управляющий от важности надул щеки.

– Пожалуйста, месье. Коньяк «Наполеон», ликер «Шартрез», бенедиктин, кальвадос, джин, текила, виски, ракия, граппа, аквавит, кир королевский – белое вино с сиропом из черной смородины, мартини, анисовая водка «Пастис», божоле, бордо, «Кот дю Рон», рислинг, белый сотерн, красный сонтемильон…

– А вы мне нравитесь, – Анджей поощрительно похлопал управляющего по плечу.

– Но это не все, месье, – задрал нос мажордом. – Большинство из перечисленных напитков принято употреблять с десертом. Какой вам больше по вкусу? Имеются слоеные пирожные, пирог с клубникой, смесь нарезанных фруктов маседуан, желе, шоколадный мусс, взбитые сливки. Не обойду вниманием и прохладительные напитки: минеральная вода «Виши», «Бадуа», «Перье», сельтерская, оранжина.

– Как мало мы знаем об этом мире, – расстроился Анджей. – Знаешь, дружище, давай не выделывайся, тащи коньяк, фрукты. И эту… ну, которую ты последней назвал.

Последним оказался банальный апельсиновый сок. Он затворил ногой дверь, поставил поднос на подоконник, придвинул кресло… и напился в ужасающем одиночестве, имея перед собой лишь вид на сумерки. Сгустилась темнота, опустела бутылка. Он был вдребезги пьян. Дотащился до кровати, кое-как разделся…

Удивительное было рядом. Он очнулся посреди ночи от противного чувства. Вернее, очнулась часть сознания, малая, остальная была в стельку пьяна. Темнота – глухая. Практически абсолютная. Он был не один в огромном зале. Шорохи, дуновения, кто-то ходил на цыпочках и что-то делал. Будь он в форме, непременно бы вскочил и начал разбираться. На худой конец, просто бы испугался. Но он не понимал, что происходит. Он не мог шевелиться, что уж говорить про извилины?

С этой мыслью он провалился в объятия Морфея. Но тут его щеки коснулась горячая рука. Тепло побежало по телу. Прогнулась кровать, что-то скользнуло к нему под одеяло. Он открыл пересохший рот, чтобы выразить отношение, но как-то не собрался. Горячие губы впились в него, мягкое тело обвилось вокруг скованных мощей. Ловкие пальчики заскользили по груди, по животу. Он напрягся, хотел поднять руки, чтобы потрогать прижавшуюся к нему женщину, и даже поднял одну, но его решительно отстранили.

– Расслабься… – вкрался в мозг доверительный шепот.

Он расслабился. Не все ли равно? Перед глазами была кромешная чернота, он не видел даже контура лица партнерши. Но то, что она делала, было приятно. Кровь потекла по замороженным членам – и то ли по воле случая, то ли закономерно стала поступать именно туда, куда требуется…

Много позже до него дошло: она специально не хотела, чтобы к ней прикасались. Прикосновения создают представление о пропорциях человека. Он плавал в полубреду. На голову набросили одеяло – словно крышка саркофага захлопнулась. Женщина бесшумно соскользнула с кровати. Он приложил титаническое усилие, чтобы не уснуть, стащил с головы одеяло, но все равно ничего не увидел. Видимо, она уже оделась. Или убежала с одеждой в руках. Приоткрылась дверь…

Он вспомнил, что, зайдя с подносом, забыл запереться. Ну и что? Все живы, все довольны… Целая вечность прошла, пока он поднялся, доковылял до двери, заперся, нашел на ощупь остатки сока, выпил, рухнул в койку…

Он помнил запах этой женщины. Единственное, о чем она не смогла позаботиться. Он проснулся с этим запахом – дразнящим, волнующим. Запах улетучился, отправился в бездонную копилку памяти. Состояние – сложное. Пошарил глазами по подоконнику – бутылка пустая. Еды не припас. Лучше не начинать заново. Он уперся угловатой частью тела в матрас, начал мучительное возрождение…

Холодный душ подействовал леденящим образом. Он вылетел из него, как пробка из шампанского – с ясной головой, готовый жить активной жизнью. Привиделось? Нет! Некоторые детали туалета утверждали обратное. У кого тут комплекс ночной нимфомании? Он приподнял матрас. Картины Шандемо лежали аккуратной стопкой. Метнулся к шкафу: полотна Фрагонара тоже на месте. Стоп… Рубашку сверху он положил не так. Кто-то ее перевернул. Чертыхаясь, он бросил рубашку на пол, бережно вынул картины. Все целое, но к полотнам кто-то прикасался. Их уже вынимали этой ночью. Какая любопытная нимфоманка…

Клетка с попугаем, накрытая покрывалом, всю ночь молчала. Он приподнял покрывало – птица сидела на жердочке и щелкала клювом. Он тоже сел, задумался. Стоит ли ломать голову? Полотна целы, сам живой (еще и сексом наградили). Вот если бы украли, а его убили…

Выпить все-таки пришлось: голова завыла, как реактивный истребитель. В буфете имелся бар, в баре – множество сосудов с яркими наклейками. Напевая «Дойче зольдатен унд официрен», он бродил по замку, делая мысленные заметки. Тот же самый набор обитателей. Охрана дружно зевала. Нормальное человеческое состояние: треть жизни на работе, треть во сне, многие стремятся совместить эти два занятия. Мертвой зыбью он проплыл мимо управляющего Огюста Шавра, который отчитывал кухарку Сабину за опоздание. Кухарка улыбнулась Анджею. Управляющий, заметив приближение хозяина, втянул голову в плечи. Почуяв запашок, сглотнул.

– Да, – сказал Анджей, уже отойдя на несколько метров. Развернулся. – Доброе утро, Сабина и месье Шавр. Доложите, сколько человек ночевало сегодня в доме?

Кухарка и управляющий переглянулись.

– Как всегда, месье, – доложил Шавр. – Горничная Луиза, я, дворник – у него своя каморка рядом с будкой охраны…

– Мадемуазель Шаветт?

– Точно, – кивнул управляющий. – У мадемуазель Шаветт, насколько я в курсе, неприятности личного плана. Она уехала в город, потом вернулась, вся в расстроенных чувствах, сказала, что поссорилась со своим… молодым человеком и проведет ночь в Гвадалоне. Она имеет право, месье. Больше того…

– Не сомневаюсь, – перебил Анджей. – То есть в доме ночевали две женщины?

– Ну, вроде, – пожал плечами Шавр. – Что-то не так, месье?

– Все отлично, месье Шавр.

Он бродил по мрачному замку, распугивая призраков. Постоял на башне, наблюдая, как в Гофрэ дружная «шведская» семья пытается завести синий джип Дианы Ормель, а в Бруа белобрысая Ирен Маклассар курит дамскую сигарету и думает горькую думу. Проверил наличие картин в апартаментах, освоился в лабиринтах второго этажа. Побродил по галерее первого. Видел, как горничная Луиза вошла к себе в комнату, оставив приоткрытой дверь. Он неслышно подкрался, стал подглядывать. Занятное дело – следить за женщинами, которые не знают, что за ними следят! Угловатая, нескладная, уставшая от утренних приборок, она села в кресло, расслабилась. Потом встряхнулась, вынула из волос шпильки, помотала головой. Пышные волосы свалились на плечи, как пьяный в лужу…

В кресле сидела другая женщина. Не дурнушка, не медвежонок. Глубоко вздохнула, по губам скользнула улыбка. Луиза поднялась, начала переодеваться. Бросила испачканный фартук на кровать, расстегнула платье. Села, рассеянно взяла книгу с прикроватной тумбочки, перелистала…

Селин Шаветт сидела в буфете и задумчиво смотрела в окно. При виде художника как-то смутилась, кашлянула. Он пристально посмотрел ей в глаза.

– Доброе утро, Селин. Вы позволите вас так называть?

– Конечно, – она кивнула.

– У вас проблемы, Селин?

– С чего вы взяли, месье?

– Хорошо выспались?

– Нет, не очень, – она встала, запахнула полы куртки. – Мне не очень хорошо спится весной, месье. Хотелось бы с вами поговорить. Агентство «Голиаф» осуществляет охрану содержимого вашей картинной галереи. За безопасность вне охраняемой территории оно ответственности не несет. Но объект серьезный, поэтому меня и обязуют появляться в вашем поместье. В последние полтора месяца все было понятно: на окнах металлические жалюзи, оба входа надежно заперты, наши парни дежурят на воротах круглосуточно, совершают обход территории, следят за состоянием охранной системы – а тревога, не приведи господь, прозвучит не только в будке, но и на пульте в Шантуа… С вашим же приездом условия работы меняются. Вы можете открыть галерею для посетителей, можете этого не делать. Вчера вы распорядились ее отпереть. В галерею немедленно проник месье Винье, чему мы воспрепятствовать не имели права. Затем туда проникли вы и удалились с экспонатами под мышкой…