Чтение онлайн

– Со мной восемнадцать моих гвардейцев, - ответил он на один из предполагаемых вопросов. – Так что, если хотите, можете отпустить охрану Дейнов.

– Так и сделаю, - не без облегчения кивнула она. – А…

– Остальных тоже можете отпустить, - разрешил Сириус. – В конце концов, наймем тут. Город большой, людей много.

– Тогда я оставлю только двух служанок и няньку Ульрика.

– Делай, как знаешь, - Сириус допил вино и встал из-за стола. – Сейчас я пришлю своего человека, он распорядится охраной и всем прочим, а я прогуляюсь кое-куда, но ненадолго. Вернусь, поговорим при закрытых дверях.

На том и расстались, и Сириус, спросив дорогу у какого-то лавочника, закрывавшего ставни по случаю позднего времени, отправился на поиски таверны «Золотой петух». Нашел быстро, все-таки центр города, а не припортовый лабиринт, вошел в зал и, осмотревшись, сразу направился к столу, за которым выпивали трое северян. Ну, то есть, о том, что это северяне догадался бы любой, кто хоть что-нибудь знает о Севере. Слишком большие, длинноволосые и бородатые мужчины, одетые в меха. И это в жарком климате Простора, совсем недалеко от границы Дорна.

– Милорд! – вскочили они из-за стола, как только он приблизился.

– Сидите! –отмахнулся Сириус. – Где Озрик?

– Отсыпается, - коротко ответил один из мужчин. – Весь день искал по городу леди Гринвуд. Но Старомест, милорд, он такой большой…

– Все в порядке, ребята, - усмехнулся на эту тираду Сириус. – Я ее уже нашел. Так что, больше искать не надо. Утром собираемся в гостинице «Дева Мандера». Я буду там. Леди Гринвуд с детьми тоже. Думаю, что завтра-послезавтра, как только найдем подходящий корабль, пойдем на Север.

Эту таверну, на счастье, смог вспомнить один из старых гвардейцев, побывавший в Староместе с какой-то миссией много лет назад. Озрик ведь «летел вперед» без точного адреса и без понимания, где искать в этом огромном городе незнакомую ему в лицо леди Гринвуд, которая леди Дейн. Честно сказать, это была лично его, Сириуса, оплошность. Надо было подумать заранее, где и как искать его сестру. Но сделанного не отменишь, и, слава богам, что все в конце концов закончилось без лишних осложнений. Осталось лишь найти подходящий борт, и поэтому Сириус направился в порт.

За час неспешной прогулки вдоль причалов он выяснил, - проглядывая мысли бывалых, но не слишком пьяных моряков, - что лучшим выбором для его целей является просторская каракка[8] «Бронзовая дева». Большая, вместительная и надежная она, правда, была уже кем-то зафрахтована, но у Сириуса была палочка, а эти люди ни сном, ни духом не ведали, что волшебник может «уговорить» магла буквально на что угодно. Так что, да. Пара пасов, немного ментальной магии, и все, имея в виду хозяина судна, шкипера и его помощника, - согласились с тем, что фрахт, предложенный северянином куда лучше того, который был у них на данный момент.

«Значит, завтра и отплывем, - решил Сириус. – Чего тянуть-то?»

Лианна с ним согласилась.

— Это отличная новость, но ты уверен, что мы сможем собраться за одну ночь?

– Уверен, что нет, но, если отплывем в полдень, то на закате будем на траверзе Черного Венца. Встанем там на якорную стоянку и с рассветом отплывем в Бандаллон. Оттуда в Крейкхолл, но уже без ночевок, а из Крейкхолла в Ланниспорт. Там мне надо будет встретиться с Тайвином Ланнистером, и заодно выясним, безопасно ли нынче путешествовать мимо Железных островов. Если, да, то присоединимся к торговому каравану и пойдем прямо на Север.

– Звучит заманчиво, - улыбнулась женщина.

– Но? – спросил он, почувствовав по интонации, что было что-то еще.

– С каких пор ты ведешь дела с Ланнистерами? – Хороший вопрос, в котором скрыто немалое негодование, но у Сириуса имелся на него не менее хороший ответ, объясняющий многое, хотя и не все.

– Видишь ли, Лия, я Тайвину ничего не забыл и ничего не простил, но на данный момент просто не могу ему ничем навредить. Он меня тоже с трудом выносит, но ему надо восстанавливать Ланниспорт, а мне надо поднимать Север. Если бы Аррены и Талли не были такими жадными сукиными детьми, я предпочел бы торговать с ними, но они люди недальновидные и дружить со мною по-настоящему не хотят. А теперь, когда я отослал Хостеру его дочь с требованием закрыть ее в Септиарие, Талли будут и вовсе смотреть на меня волками. Уже смотрят, хотя вина целиком лежит на старом мудаке Хостере, который своих порченых девок подложил втихую под нормальных людей. И ладно бы просто подложил, так он еще и требовал, негодяй, чтобы мы ему благодарны были за его «чудных дочек». Это, что касается Речных Земель. С Долиной же все идет через жопу, потому что Джон женат на сестре Кейтилин, а я к тому же в ссоре и с ним, и с Робертом. Так что мне не до жиру, быть бы живу. Север надо кормить и развивать, и первая потребность – это именно еда. И вот знаешь, что я тебе скажу? Был бы я тем, кем родился, вторым сыном без особых перспектив, я бы бушевал сейчас и требовал крови Ланнистеров. Но я, так уж вышло, лорд-протектор Севера. И это, Лия, чертовски трудно, потому что обязывает все время себя проверять, не зарвался ли, не забыл ли для чего живу и кому служу, на пользу ли Северу мои экзерсисы или это всего лишь моя блажь?

– Ты сильно изменился, Нед, - покачала она головой. – Я тебя такого, пожалуй, и не знаю.

– И не мудрено, - фыркнул в ответ Сириус, которому все равно не спрятать от умной женщины ни своих знаний, ни своего рвения, ни своих императивов. – Ты кого знала-то? Шестнадцатилетнего балбеса и восемнадцатилетнего полевого командира, только что прошедшего жестокую войну? А я Лия, когда вернулся в Винтерфелл, обалдел и от уровня ответственности, и от сложности свалившихся на меня дел. Работал сутками и учился. У людей учился, у мейстера и кастеляна, у мастеров, у простых работяг, старателей да кузнецов, а потом понял, что и этого мало. И тогда я стал читать книги. Однако самые интересные книги были из Эссоса и написаны на валирийском. Пришлось учить, но позже у меня начали возникать вопросы о прошлом Севера. Ведь не может быть, чтобы никто никогда ничего умного не придумал. Или мы северяне такие тупые, что за восемь тысяч лет не научились задавать правильные вопросы или решать наши насущные проблемы? Но те записи, что меня интересовали, были сделаны рунами первых людей, на языке, на котором сейчас по эту сторону Стены говорят только горцы Северных гор и Амберы с Карстарками. Пришлось учить и его.

– Тяжело приходится? – участливо спросила сестра.

– Да, непросто, - признался он. – Главное, не на кого было положиться. По идее, Кейтилин должна была взять на себя часть забот, но она южная леди. Как можно? Объехать ближайшие деревни, чтобы взглянуть хозяйским глазом, все ли там в порядке и не надо ли чем помочь? Это не женское дело. Тем более, ехать верхом – это, вообще, попрание морали и нравственности.

– Я бы помогла, - грустно усмехнулась Лия, - я умею. Помогала Эртуру, помогла бы и тебе, но люди не поймут.

– Люди-то поймут, но по-своему, - кисло улыбнулся Сириус. – Им даже объяснения не нужны. Все, что требуется, сами придумают. Решат, например, что Джон мой сын, а это бросит тень на твою репутацию.

– А за чем мне она? – покачала головой сестра.
– Я, Нед, уже дважды была замужем и в третий раз вряд ли захочу, а для всего прочего репутация, как ты понимаешь, не помеха.

– Тогда, можете сразу устраиваться в Винтерфелле, парням твоим в замке будет лучше, чем в новоделе у черта на куличиках. К тому же Арье будет веселее. Сыновей-то и старшую я разослал на воспитание по разным домам, и право наследования оставил пока только за Браном. Он, вроде бы, мой, но это надо будет еще посмотреть. Нет у меня пока в нем полной уверенности.

– Расскажешь?

– Не тайна, - пожал плечами Сириус. – Во всяком случае, не от тебя.

Следующие полчаса он рассказывал печальную сагу своей семейной жизни, воздержавшись лишь от тех подробностей, которые не для женских ушей.

– Такая вот история, - закончил он свой рассказ. – И вот думаю. Ну, слава богам, я тогда был не только холост. У меня, по сути, и любимой девушки не было. А если бы была? Если бы что-нибудь такое, как у вас с Рейгаром, а меня силком под венец? И все для того, чтобы через двенадцать лет посмотреть уныло на разбитое корыто и понять, что и сам свое счастье потерял, и любимой женщине жизнь сломал, и ничего не получил взамен.