Чтение онлайн

– Это-то понятно, - отмахнулась от него Лили. – Я о другом хотела спросить. Если на три месяца, то сбрей, пожалуйста, бороду, а то колешься!

На самом деле, он и так собирался сбрить бороду. Одно дело, когда ты Старк из Винтерфелла, и совсем другое, когда ты Блэк из Блэк-Хауса. Но ему понравился подтекст реплики. То есть, она не возражала против «начать там, где мы только что остановились», но уже без колючей бороды. И к нему в Винтерфелл она собиралась даже без дополнительных реверансов в ее сторону. Это была хорошая весть, потому что, увидев ее сейчас, он понял, что никогда, на самом деле, ее не забывал, и это означало, что продолжение следует. А пока, улыбнувшись, он кивнул Лили, что называется, «соглашаясь сразу на все», и позволил домовику перенести себя в приготовленные для него апартаменты.

Правду сказать, Сириус никогда не жил в Темном Утесе. Да и бывал в замке только по случаю очередных похорон, - поскольку семейное кладбище Блэков располагалось именно здесь, - и прекратил бывать много лет назад, когда по глупости разорвал навсегда, как тогда казалось, все семейные связи. Так что своей комнаты у него здесь не было. А эти апартаменты подготовили специально для лорда Блэка, и, увидев огромную кровать, занимавшую едва ли не треть весьма внушительных покоев, он мысленно усмехнулся, приняв предложение, как есть, то есть дословно. Настроение от этого поднялось еще выше, а ванна, похожая на маленький бассейн, и все эти давным-давно забытые волшебные бальзамы и декокты только усилили эффект. Что же касается одежды, дела с ней действительно обстояли хуже некуда. Размеры Сириуса, ставшего Эддардом, изменились весьма впечатляюще. Он и сам не думал, что настолько вырос, раздвинулся в плечах и оброс мощной мускулатурой. Все-таки тяжеловооруженный всадник – это не волшебник с палочкой в руке. Другие требования к физической силе, и, соответственно, к размерам. Тем не менее, кое-какую одежду ему сварганить смогли. Лили и Белла в четыре руки удлинили джинсы, немного расширив брючины, раздвинули в плечах футболку и рубашку, подогнали под размер ботинки.

– Завтра прошвырнемся по магловским магазинам в Эдинбурге, - проинформировала его Лили, - а потом, когда оденем тебя, как надо, и подстрижём, как следует, тогда можно будет сходить на Косую Аллею. Вот будет фурор!

– Как бы не обделались со страху, - хмыкнул Сириус, представив, как появляется в Гринготсе или в магазине Олливандера.

У него уже была волшебная палочка, но она всего лишь приспособилась к новому хозяину, так и не став Сириусу родной. Так что следовало купить новую, а значит засветиться в полный рост. Впрочем, это были дела завтрашнего дня, а день сегодняшний был отмечен обильным обедом, вручением подарков, - меха в ассортименте и крупные драгоценные камни, - и долгим разговором, в котором так же приняла участие леди Вальбурга, объявившаяся в Темном Утесе как раз к десерту. Она представила сыну Ригеля Блэк-Поттера, которого Сириус помнил годовалым младенцем. Сейчас же это был довольно высокий для своего возраста четырехлетний мальчик, который откровенно стеснялся, представ перед своим полумифическим отцом, но, судя по всему, испытал настоящий прилив счастья, осознав, что у него действительно есть отец, - а не одни только разговоры о нем, - и что отец у него более, чем представительный. Такого крупного и сильного мужчину Риг увидел впервые, поскольку в его кружении и, вообще, было мало мужчин, а уж таких, как Великий лорд Старк, не было вовсе.

Мальчик просидел с ними около часа, уплетая за обе щеки магловский шоколадный торт, клубнику со сливками и поданных специально для него шоколадных лягушек. В общем, мальчик был счастлив и не стал спорить, когда его отправили делать уроки и ложиться спать. Тогда, собственно, и состоялся главный разговор.

– Нет, матушка, - покачал головой Сириус, - извини, но нет. Я не могу бросить своих людей и, к слову сказать, детей, о которых я вам писал. У Старка есть семья, и за четырнадцать лет, что я провел в Вестеросе, я привык, что у меня есть младшие брат и сестра, у которых есть свои дети. Я там, в Вестеросе, Великий лорд, что по нашим меркам, практически правящий герцог. Только монету не чеканю, остальное все свое: и армия, и заграничная торговля и даже вера на Севере иная, чем в других королевствах. Я за этих людей в ответе и бросить их не могу. Во всяком случае, не сейчас. Но, учитывая, десинхронизацию временных потоков, я теперь смогу посещать вас часто и гостить подолгу. Лили тоже сможет меня навещать. Позже, когда подрастёт Риг, я буду рад показать ему настоящих рыцарей и устроить охоту с луками и стрелами на оленей и с копьем или рогатиной на кабана. Но полностью перебраться сюда я сейчас не могу. Извини!

Этот вопрос они уже обсуждали в письмах, но, учитывая ограничения, существующие у переписки, старались не перегибать палку ни в одну, ни в другую сторону. Сейчас же, сидя за одним столом, каждый мог высказаться, что называется, начистоту. И высказались. Даже Лили, настроенная не так агрессивно, как Вальбурга и Белла, высказала кое-какие завуалированные претензии по поводу его винтерфеллской семьи, жены и детей.

– Вообще-то, я вам об этом уже писал, но могу повторить. Я там не женился. Я получил семью и все прочее в наследство от своего двойника. И после этого восемь лет жил в полном неведении, что существует хотя бы теоретическая возможность вернуться назад. Мне продолжать или остальное сами поймете? Я, итак, уже сделал все, что в моих силах. С женой в разводе, окружен только проверенными людьми. Младшему ребенку, между прочим, как раз пять лет. Намек понятен?

Разумеется, то, что он перестал спать с Кейтилин не означает отсутствия в его жизни других женщин. Но те фемины не в счет, поскольку никаких отношений он с ними не заводил. Только секс для здоровья и ничего более. Но рассказывать об этом в узком семейном кругу, разумеется, не стоило, он и не стал. Однако еще полчаса ушло на обсуждение того, перед кем у него долг больше. Но слава богам, он смог довести до женщин свою точку зрения, и они ее, в конце концов, вынуждены были принять. Поэтому в спальню они с Лили пришли уже в хорошем расположении духа, а после первого же поцелуя все проблемы сразу же ушли прочь. Остались только они двое: он и она. И страшный голод. Сириус, если честно, никогда не думал, что его пробьет на такую бешеную страсть, но и от Лили он ничего подобного не ожидал. И, однако же, получил.

Первый заход, если можно так выразиться, характеризовался звериной страстью. Никаких игр, никаких прелюдий. Только его член и ее лоно, и жадное желание с обеих сторон как можно скорее «слиться и кончить». И, в принципе, будь Сириус снова юным аврором-практикантом, он бы наверняка излился в нее буквально после нескольких фрикций. Но он давно уже стал другим. Здоровый бугай, спокойный, как скала, на которой стоит Винтерфелл, и выдержка у него теперь была такая, что «смотрите и завидуйте». В общем, она кончила под ним, на нем, и еще как-то иначе то ли три, то ли четыре раза, и только тогда кончил в нее он, заполнив ее своим семенем так, что только что из ушей не текло.

Вот после этого пришла очередь нежности и «вычурности». Ее тело было бесподобно, и выглядела она так, что от одного лишь взгляда на все эти изгибы и выпуклости хотелось тут же овладеть ею и иметь затем долго и со вкусом. Все-таки правильные колдуньи стареют намного медленнее маглов, и Лили в свои двадцать четыре легко сошла бы за свежую семнадцатилетнюю фею из Вестероса, но была при этом зрелой женщиной, и это только добавляло ей сексапильности. Сириус своим желаниям, понятное дело, не противился, а Лили их явно одобряла, так что следующие полчаса они чего только не вытворяли, но делали это не торопясь, наслаждаясь каждым ощущением и каждым мгновением. И оба остались друг другом довольны, так что, когда выпали из этой своей нирваны, немного отдышались и выпили по бокалу хорошего испанского вина, смогли на время переключиться на серьезный лад и поговорить о том, что было важно именно для них.

– Так мы вместе? – поставила Лили вопрос ребром.

– А ты, что, сомневаешься? – удивился Сириус. – Конечно вместе.

– Просто хотелось определенности…

– А давай тогда закатим свадьбу! – предложил Сириус.

– Твоими стараниями мы уже давно женаты, - ухмыльнулась Лили, припомнив ему авантюру, провернутую им накануне атаки на дом Поттеров.

— Это магически мы женаты, - объяснил свою позицию Сириус, - а я предлагаю официально зарегистрироваться в Министерстве и закатить свадебный пир, ну или что захочешь.

– Звучит завлекательно, - вздохнула она, и от это вздоха колыхнулись тяжёлые, но ни разу не обвисшие груди. – Но ты же понимаешь, что разразится скандал. Ты считаешься погибшим.

– Думаешь, есть смысл прятаться?

– Да, нет, наверное, - пожала она своими роскошными плечами. – Но встает вопрос. Как ты собираешься поступить с Грюмом и остальными?

«Боги! Какая же она красивая!
– думал между тем Сириус, любуясь нагой красавицей. – Идиот Поттер. Какой же он был идиот!»

– Что предлагаешь? – И в самом деле, он уже столько лет живет в Вестеросе, что ему легче придумать, что сделать с сукой Петиром Бейлишем, чем решить, как поступить с теми, кто совершил покушение.

– Сначала скажи, ты действительно не собираешься прятаться?

– Не собираюсь, - решил Сириус. – Завтра сходим в Гринготс, прошвырнемся по магазинам, поедим мороженное в кафе Фортескью… Я ничего не забыл?

– Забыл, - улыбнулась Лили. – Ты должен подать в офис Директора Аврората официальное прошение об отставке. Я узнавала. Тебе, как действующему лорду, отказать не вправе.