Соблазнение по плану
Шрифт:
— Аушки?
— Я тебя очень люблю.
Взгляд её проясняется, как будто сбросив сонную пелену:
— Я тебя тоже, мой кролик.
Глава 14
Мама врывается в квартиру, как тайфун. Приносит с собой морозный воздух и дядь Пашу. Точнее, дядь Паша волочётся следом.
— А ты не мог ничего ему возразить, когда он прилюдно меня оскорбил! — взрывается мама, размотав шарф и бросив его на вешалку.
Дядь Паша вяло разувается. Он большой и тяжёлый. Полный, в общем! Они с отцом совершенно разные. И я ума не приложу, как мама могла им заинтересоваться.
Нет, он классный! Но внешне сильно уступает папе.
— Верочка, ты преувеличиваешь, — вздыхает, — Он просто тебе указал на то, что ты неправильно припарковалась.
— Ах, так?! — мама, взявшая курс на кухню, тут же разворачивается к нему и упирает руки в бока, — Значит, ты с ним солидарен?
— Я…, — дядь Паша теряется и нервничает, — Н-нет, Вер! Ты не так поняла.
— Да всё я так поняла! Просто ты рохля, вот и всё. Слабак ты, Павел! Меня убивать будут рядом, а ты и пальцем не пошевелишь! — распаляется мама.
— Верунь? — тянет он руки к ней.
Такой забавный, даже смешно становится! Богатырь с виноватым лицом.
— Я больше никогда, слышишь? Никогда не поеду с тобой в одной машине! Так и знай! — топает она ногой и бежит к кувшинчику с водой, чтобы промочить горло.
Я, сидящий тут же, за столом, и слившийся со стенкой, молчу и сигнализирую дядь Паше глазами. Делаю такую гримасу. Типа: «Чё, достала?». А он отвечает, подняв брови так, что те оказываются у него на макушке.
Взгляд говорит: «Не то слово, как!».
Это удивительно, но они с отцом совсем не спорят и не пытаются набить друг другу морду при встрече. Как, наверное, того желала бы мама?
И, более того! Даже жмут друг другу руки. Папа типа ему благодарен за то, что он взял маму себе. А дядь Паша ему благодарен, что тот от неё отказался.
Короче, взаимовыгодное сотрудничество у них. А недовольна только мама!
Я задумываюсь, представляя себе. Если, к примеру, я проиграю спор? А потом Ритка всерьёз сойдётся с Миром. И чё тогда?
Вот они даже, допустим, поженятся. Чисто гипотетически! И я тоже буду жать ему руку при встрече? Чё теперь, разосраться что ли? И пофиг, что сначала я спал с ней, а потом уже он…
«Фу», — осаждаю себя. Мне и представить тошно, что с мамой кто-то спит. Не в смысле, что она как женщина фу! А в том смысле, что она же моя мама, блин! Да как они могут?
И, тем не менее, мне кажется, что дядь Паша всерьёз её любит. Иначе стал бы он терпеть все её выходки и выкрутасы? Отец вот не стал…
А дядь Паша ещё до развода ходил к нам, как друг. А потом ни для кого не стало сюрпризом, когда они с мамой сошлись уже после развода.
А мама вот его испытывает на прочность, как трактор, к примеру. Сломается он, или нет?
Одно я знаю наверняка, если Стеша уйдёт от отца, то я бы счёл нужным избавить наш дом от дядь Паши. Вдруг мать с отцом снова сойдутся? И тогда следующий новый год я уже смогу нормально отметить с друзьями.
— Данечка! А ты что тут сидишь? Ты голодный? — мама замечает меня, обернувшись.
Ага! А слона-то я и не приметил…
— Да не, просто так сижу, — листаю ленту в смартфоне.
— Так поешь! А не сиди просто так, — остаточные позывы минувшей истерики всё ещё слышны в её голосе. Но она уже успокоилась.
И дядь Паша, который ещё не ушёл, а лишь затаился, выжидает не напрасно.
— Паш? Ну а ты чего там мнёшься? Идите, давайте есть! Я что зря готовила?
Мы с дядь Пашей, переглянувшись, обмениваемся многозначительными взглядами. Типа: «Отошла, слава тебе яйца».
Поев, я оставляю их вдвоём. Пускай пообщаются. А сам закрываюсь в спальне. Есть у меня одно дельце…
Зарывшись в одеяло, я сжимаю смартфон. Открываю страничку и копирую в чат:
«Стеш! Смотри… А как тебе вот такое? Только что написал:
Я с этой мыслью пересплю И выкину из головы. Тот факт, что я тебя люблю, В разрез с реальностью, увы… Я с этим чувством разберусь, С размаху дам ему по дых! Потом в себя приду, очнусь, И вновь найду его в живых…».Конечно, написал его не я, а Тёмный Рыцарь. Он же Тёмыч. У него все такие стихи, немного в готическом стиле. А конкретно этот был написан, когда он влюбился в Матрёшкину Дину.
Стеша онлайн, но почему-то молчит. Может, не понравилось? Я уже жалею, что отправил ей именно этот стих!
Тут типа «пересплю» — как намёк? И опять же речь о чувстве, по ходу, запретном. Как бы она ни приняла на свой счёт? Хотя, в этом-то и есть фокус.
Может, он про другую? А она будет думать, что он про неё…
Типа я весь такой, мучимый чувствами, борюсь с собой и никак не могу побороться!
Стеша наконец-то печатает. Я замираю и нетерпеливо постукиваю пальцем по экрану, чтобы не погас.
«Извини, Данил. Нам с тобой больше не стоит общаться», — пишет она.
Я оторопело смотрю на экран. Как? Почему? Что я сделал?
«Я тебя чем-то обидел?», — пишу.
Стеша, как будто сжалившись, посылает мне виноватую рожицу.
«Прости! Просто это как-то неправильно. Ну, вообще, всё это! Наше с тобой общение. Тут надо либо твоему папе рассказать, что мы переписываемся. Но я боюсь, что он будет не в восторге».
Я кусаю губу и прижимаюсь затылком к стене. План рассыпается буквально на глазах! И я понимаю только сейчас, насколько важным для меня было общение со Стешей.
«Я ему не собираюсь рассказывать об этом. Если ты боишься, то зря», — пишу.
Стеша отвечает:
«Вот именно этого я и боюсь».
«Чего?», — допытываю. Пускай прояснит!
«Того! Что мы можем зайти слишком далеко в этом общении. И это будет уже нечестно по отношению к нему».
Вот же правильная, блин!
«А чё такого? Мы ж просто переписываемся. Я тебе даю свои стихи, а ты их оцениваешь. Ты, типа мой цензор».