Чтение онлайн

— Ты не отрицал то, что я говорила раньше, — произнесла она медленно. — И значит, признавал. Ты специально подбирался ко мне. Зачем?

Румянец сошел с ее лица, побледнели даже дрожащие губы. И только синие глаза смотрели гневно и требовательно.

— Хотел, чтобы ты стала моей…женой, — перед последним словом случилась заминка, и Василиса её заметила. Сжала губы, задрала подбородок.

— Охотник за приданым? — спросила жёстко. — Денег все-таки недостаточно?

— Достаточно, — искренне сказал я. — Ты удивишься, но мое состояние скорее всего больше твоего.

— Тогда что? Титул? Место в Думе? Поближе к государю?

— Нет.

— Только не говори, что покорен моей красотой, — презрительно бросила девушка.

— Ты красива, сама знаешь, — сказал я ровно. Василиса досадливо дёрнула плечом. — Но красивых девушек много.

— Ада Охана, например, — подсказала она.

— Дело не только в красоте, — я старался говорить то, что думаю. — Ты искренняя, смелая. Талантливая. Порывистая…

— И когда ты успел изучить меня? — Василиса с горькой усмешкой прервала мою речь.

— Успел.

— Но сюда ты пришёл уже с определённой целью. Ты ведь не знал меня раньше, Ян. Но затеял эту чехарду с актёрством. Зачем?

— Хотел познакомиться ближе, — я увидел, что Лисса готова возражать и попросил. — Пожалуйста, не перебивай. У меня осталась пара минут, прежде чем твой верный пёс ворвется сюда.

Девушка покачала головой, но промолчала.

— Мне пришла пора искать жену. Как и всем одарённым по государеву указу, ты знаешь. И я решил, что если жениться, то на лучшей.

Василиса поморщилась, но вновь не стала перебивать меня. Я продолжил:

— Я никогда не был влюблён, и не знаю, как назвать то, что испытываю сейчас. Но это самые яркие эмоции, что я чувствовал когда-либо.

Я говорил и понимал, что не лукавлю. Что ту странную смесь восхищения, вожделения и тревоги я никогда не испытывал ранее. Но Василиса не верила. Синие глаза заледенели, на губах застыла недоверчивая усмешка.

— Прости меня за поцелуй. Его не должно было быть. Не сейчас. Но я поддался эмоциям. Этот алтарь, эта чаша… Все было словно по-настоящему.

А вот эти слова нашли отклик. Девушка чуть нахмурилась, усмешка сошла с губ.

— Этого больше не повторится. Я не прикоснусь к тебе без твоего позволения. Клянусь.

Она покачала головой. В глазах застыло сомнение.

— Не прогоняй меня, — мягко попросил я. — Тебе нужно закончить иллюзию, а мне просто хочется быть рядом.

Василиса колебалась. Я знал, насколько необходим ей для завершения работы, знал, что она не сможет обойтись без меня. Поэтому молчал. Сказанного было достаточно.

— Ты клянёшься, Ян? — спросила Василиса, и ее голос дрогнул. — Клянёшься больше не прикасаться ко мне?

— Ни разу без твоего позволения, — твёрдо ответил я.

— Хорошо, — она медленно и глубоко вздохнула. — Мы закончим работу. Но, предупреждаю, что постараюсь узнать о тебе больше. И… Я расскажу о случившемся своему будущему мужу.

23-е Листопада.

— Доброе утро, кто бы ты ни был, — хмыкнула я, на миг останавливаясь перед отпечатком приведения. — Недоброе? Не у тебя одного, дружок, не у тебя одного.

Вольский вновь стоял ко мне спиной, разглядывая что-то под увеличительным стеклом.

— Доброе утро, граф.

— Доброе утро, Василиса. Подходите ближе, мне прислали первую пару аметистов.

Все выходные мы с артефактором потратили на то, чтобы извлечь семь нерабочих камней. Под конец процесс замедлился, так как мои непривычные к работе на весу руки начали трястись от напряжения.

— И можете снимать пальто, здесь установили обогреватель.

— Заметно, — пробормотала я, стягивая верхнюю одежду. Огляделась в поисках вешалки, пожала плечами и пристроила пальто на стуле. Только после этого подошла к Вольскому.

— Быстро починить не получится, — в глухом голосе графа прозвучало сожаление. — Эту пару нашли чудом, камни удивительно гармонирует друг с другом. Остальные ищут.

— Их можно трогать?

— Конечно.

Я осторожно взяла один из камней:

— Красивые. Но совершенно не похожи на предыдущие.

— Внешний вид не важен, важно то, что внутри, — сказал граф и как-то странно усмехнулся. Пояснил. — Звучит слишком глубокомысленно, не считаете?

— Наверное. Почему их сложно найти?

— Не все породы подходят. Кроме того, камни должны быть "родными". В идеале, как эти. Они раньше были едины. Чувствуете их связь?

Я взяла второй камень, накрыла оба ладонью и постаралась увидеть то, о чем говорил Вольский. Потом огорчённо вздохнула и вдруг пожаловалась:

— Я неважный артефактор. У меня даже будильник не выходит. Кажется, я провалю зимний зачет.

— Приносите в следующий раз. Посмотрим.

— У нас будет время?

— Зависит от того, как получится работать с зеркалом.

Не получилось. За следующие два часа мы не продвинулись ни на шаг. Вольский хотел, чтобы я увидела плетения на старых камнях и, в идеале, повторила их на новых. Но все что я достигла, это разобралась в тонких нитях между принесенными аметистами.

— Я не могу, — сказала и сама поморщилась от отчаяния, что прозвучало в голосе. — Плетение слишком сложное, я не понимаю его.

— Или дело в том, что парные камни слишком далеко, — рассеянно ответил граф. Сегодня Вольский, и так не особенно общительный, вел себя совсем отстранённо. Наблюдал издалека, ни разу не попытавшись помочь. Словно происходящее в мастерской заботило его куда меньше собственных мыслей.

— Было бы намного легче, если бы у нас на руках была действующая пара.

— Точно известно расположение лишь одного зеркала, — хмыкнула я, касаясь розового камня в правом углу.

Вольский впервые подошёл вплотную.

— Позволите? — дождался кивка и только тогда склонился надо мной, вглядываясь в картинку. — Дайте угадаю? Галиция?

— Да.

— Вас сильно расстроит, если мы вернем этот камень на родину?

Странный вопрос.

— Если это нужно для дела. Но вряд ли король Стефан обрадуется, что за ним могли следить все эти годы.