Чтение онлайн

Я хлопаю в ладоши, и длинные стеклянные окна исчезают в скалах, а поток свежего воздуха просачивается в пространство, наполняя мои легкие. Я поднимаюсь по ступенькам, все выше и выше, мои ноги застывают на второй платформе, я смотрю вверх, на третий уровень.

Нахуй.

Я поднимаюсь все выше, пока не оказываюсь на высоте пятидесяти футов. Моя грудь предупреждающе сжимается, но я продвигаюсь вперед. Я подхожу к краю, разворачиваюсь и выгибаю туловище назад, так быстро падая в воду, что воздух свистит у меня в ушах. Это всего лишь секунды, меньше, чем на самом деле, но мой разум не рассчитывает ограниченное время, мои легкие раскрываются, и всего на мгновение все исчезает. Здесь нет никакого шума. Нет волнения. Никакого предательства. Никаких планов, интриг или врагов. Никакой работы, которую нужно было бы сделать, хорошей или плохой.

В воздухе только я, на огромной скорости несущиеся к воде.

Мое тело слегка выгнуто дугой, руки выпрямлены, левая ладонь расположена поверх правой, ладонь обращена к воде, готовая создать разрыв в поверхности, чтобы позволить моему телу пройти сквозь нее без всплеска.

Идеальная рябь.

Мое тело устремляется назад, к поверхности, но после быстрого вдоха я откидываю голову назад, плаваю мгновение, а затем сворачиваюсь в клубок, погружаясь сама. Я ни о чем не думаю, опускаясь на дно бассейна, мой разум и конечности блаженно онемели.

Невесомость.

Только когда мои легкие начинают сжиматься, а стук в груди становится последним предупреждением, я поднимаюсь на поверхность. Занятия дайвингом больше не заполняют мои свободные дни. Сегодня вечером не будет концерта, который требовал бы безупречного исполнения Дельты. Никакой художественной выставки Бронкс показывать не требуется. Нет такого плана, который можно было бы запустить или разрушить, который бы уже не был приведен в действие.

Итак, как только я принимаю душ и прихожу в идеальный презентабельный вид, девочки, Кэлвин и я загружаемся в машину Кэла, и его водитель отвозит нас на окраину нашей территории поужинать. На середине пути у меня возникает желание оглянуться назад, хотя я знаю, что, если я это сделаю, Сай не будет следовать за нами по пятам.

Что он вообще делает в отгуле?

Бьюсь об заклад, мой отец заставляет его выполнять работу или что-то в этом роде, но если это так, то почему он? Он мой опекун не просто так, и с учетом угроз, с которыми мы можем столкнуться, это странное время для отсутствия Сая.

Кэлвин выбирает тихий ресторан, где нет дресс-кода и необходимости заказывать столик заранее, поэтому мы ждем, пока освободится кабинка в дальнем углу. Я знала, что, начиная с этого, не было никаких очевидных решений для глупости моей сестры, кроме как отправить ее задницу обратно и ждать, что будет дальше, но, думаю, я была трогательно оптимистична, что мы вчетвером могли бы предложить, по крайней мере, какую-то идею о том, что делать. Вздохнув, я откидываюсь на спинку стула.

— Это чертовски бессмысленно, — жалуюсь я. — Она трахнула нас. Ясно и незатейливо.

Бронкс насмехается соглашаясь, в то время как Дельта мягко улыбается.

— Я думаю, твой отец прав, Роклин, — говорит Кэлвин, свирепо глядя на Бронкс через стол.

Она макает палец прямо в набор для фондю, который официантка принесла чуть больше пятнадцати минут назад, наша группа уже два часа проводит совещание, которое ни к чему не привело. Она высасывает его, казалось, совершенно не замечая, что мы наблюдаем, но мы с Дельтой знаем лучше.

Она полностью осознает это.

Кэлвин снова обращает свое внимание на меня.

— Тебе придется поговорить со своей сестрой, выяснить всю правду.

Дельта кивает в знак согласия.

— Без этого мы мало что можем сказать.

Застонав, я прижимаю средние пальцы к уголкам глаз.

— Я знаю. Нам нужна ее сторона, чтобы мы могли разобрать это на части и определить, полная чушь это или нет. Просто чтобы вы, ребята, знали … Я ставлю на чушь собачью.

За столом раздается легкий смех, и я опускаю руки, испуская долгий, резкий выдох и оглядываюсь по сторонам.

— И последнее блюдо в меню на сегодня?

Кэлвин откидывается на спинку стула, бросает на стол несколько купюр и приподнимает бровь в моем направлении.

— Ты уже знаешь.

Он прав. Я знаю, и это, возможно, самая раздражающая часть. Как обычно, мой отец получит именно то, что и хотел.

— Тогда все улажено. — Я откладываю тканевую салфетку и поднимаюсь на ноги. — Бостон официально переезжает обратно в Грейсон-Мэнор.

Охуенно.

Я допиваю то, что осталось от шампанского в моем бокале, и остальные поднимаются вместе со мной, будем надеяться, что ее жених не убьет ее, когда узнает об этом.

К сожалению, это был бы самый простой финал.

Нет, это не сработает.

Вернувшись в поместье, я возьму плату за свое крыло, а затем и за свою комнату.

Если жених моей сестры убьет ее за эту чушь о сбежавшей невесте, тогда мой отец убьет его сестру. И брата. И мать. По сути, любого, кому акула южного округа хотя бы раз улыбнулась, в то время как сам мужчина вынужден будет наблюдать.

Никто не причиняет вреда его семье и жизни.

Проблема в том, что семья Фикиле столь же могущественна, как и мы сами, потому что Энцо Фикиле так же безжалостен, как и Райо Ревено.

Кровь за кровь.

Око за око.

Жена на всю жизнь.

Бостон надула их, и в тот момент, когда они это поймут, они тут же надуют нас в ответ. Возврат заплаченной за нее высокой цены не решит проблему. В нашем мире это только еще больше оскорбит Энцо. Он скучает по деньгам так же сильно, как мой отец замечает, что они у него есть, чего у него нет.

Гонорар был скорее формальностью, проявлением доброй воли: если Энцо падет и на имя Бостон ничего не будет, эта стипендия достанется ей. Это буквально потраченные впустую деньги, лежащие на счете, которого технически не существует, так что дядя Сэм не может постучаться. Настоящей сделкой станет объединение наших имен, контракт, который она подписала вместе со своим брачным свидетельством, которое скоро будет подано. Союз двух могущественных семей, слияние команд северного и южного округов раз и навсегда то, чего еще никому не удавалось достичь. Что-то, к чему восточные и западные банды не отнесутся благосклонно, если это станет достоянием общественности. То, что младшая, скрытая наследница нашего главного компаса, девушка, которой место в восточном крыле здесь, в Грейсон-Мэнор, будет вынуждена сделать, когда придет время. Вот почему мой отец хочет, чтобы Бостон была здесь, потому что штурмовать территорию поместья Грейсон можно не больше, чем Белый дом.

Грейсон Элит, нейтральная территория и единственная в своем роде школа-интернат для детей власти. У нас есть дочери гангстеров и сыновья картелей, будущие короли и тайные принцессы, будь то королевские особы или мафиози, и те немногие, на кого надеются или о ком говорят, что они достойны большего, чем мог бы предложить ранг их родителей в нашем мире, поиск этих пресыщенных драгоценностей, работа тех, кого выбрали канцлер и его самый доверенный человек. Именно так Кенекс и Кайло, братья Греко, нашли свой путь сюда, к большому разочарованию моего отца. Один из внешних членов совета работал с ними раньше, но они нуждались в надлежащей подготовке.

Бостон родилась в этой жизни и когда-то была достойна ее, хотя должность главы досталась мне. Теперь она обуза, с которой мне придется смириться, поскольку в ней течет моя кровь. Моя фамилия. И впервые за долгое время у меня нет ответа, чтобы решить проблему. У меня всегда есть ответ, но сделка была заключена, и она нарушила ее. Обойти это никак нельзя. Там, откуда мы родом, ты ничто, если не твое слово. Прощение, это не практикуемое действие в нашем мире. Моя сестра могла в буквальном смысле поплатиться за это своей жизнью.