Собрание сочинений. Том 1. Лирические произведения
Шрифт:
Но я уйду
Но я уйду за горизонт. И ты уйдешь за горизонт. Но ты уйдешь за горизонт, как день. А я уйду за горизонт, как тень, когда уходит в дюны день. Твои рисунки
Твои рисунки, неземные твои холсты. Они как ты. На них — нигде не росшие цветы. Их нет нигде, лишь под твоей рукой, вот тут — на голубом холсте они растут. И ты нигде. Где океан? Нигде. Ни в тропиках, ни в Ботаническом саду таких цветов, как эти, не найду — нигде на свете. Но они растут на синей нарисованной воде, как ты и я — вот рядом, вот нигде! Границы
Границы, вы — пустые пропасти, слепые бездны, рвы отвесных замков. А любви нужны дороги, улицы, шоссе, ворота, сквозь какие могут все пройти и встретиться. И если не шоссе и не пути — то, может быть, леса, поля, холмы, чтоб спотыкались мы, и все ж могли найтись и встретиться. Но тут ограды. Тут посты. Стой, отвечай же: где к тебе мосты через пустые бездны, реки, рвы? Что, разве недостаточно любви, чтоб перед нею подымались все шлагбаумы, закрывшие шоссе? Чтоб часовые козыряли ей, как визе с государственным гербом, где красной лентой шар земной обвит… О, будущий, о, безграничный мир, там надо б этой встретиться любви! И торопит меня
И торопит меня реактивный гул. Взмах кольца! И — ни моря, ни смеха на берегу. И размыты следы под слоями воды. Два крыла распростерлись на два конца. Опускается занавес облаков на прибрежное солнце, на мир — твоего лица. Но, исчезая…
Но, исчезая, ты кричишь в окно: — Пока! — Автомобиль уже дрожит, он жжет бензин, он ждет, рынок — и вот шлагбаум упадет ниц, полосатый каторжник границ! О ты, кричащая: «Пока!», ты понимаешь, что «пока» — река без перевоза, пропасть без моста, что нам уже закрыты все места возможных встреч. И никогда, ни — вдруг, не положить мне рук на море, на песок, на дюны твоих плеч. ВАРИАЦИИ (1962–1964)
«Хоть умирай от жажды…»
Тучи
Вертолет
Несмотря
Циклоп
Три вариации
Земля
Земля вращается. Земля вращается. Вращается Земля. И вновь к себе Земля, вращаясь, возвращается. С платками мокрыми в руках прощают и прощаются, и возвращают праху прах, и с кладбищ возвращаются. На холмик брошена земля. Что было — то прощается. За стол садятся. А Земля тем временем вращается. Метель
Метет метелица. Метет метелица, метелица. Мутит, мятется, метит лед, и мечется, и стелется. И шали стаскивает с плеч. Кто возразить осмелится? В трубу влетает, гасит печь, и это ей — безделица. Пустует мятая постель — и тут мела метелица. О, не безделица — метель, когда в душе поселится! Поделиться с друзьями: