Чтение онлайн

20Знойные дни возвращает Солнце.

С бредущим вяло стадом спешащий в тень

Пастух усталый ищет ручей в кустах

Косматого Сильвана; замер

Берег, не тронутый спящим ветром.

А ты, уставом города занятый

И благом граждан, вечно тревожишься,

Что нам готовят серы, бактры,

Киру покорные встарь, и скифы.

Но мудро боги скрыли грядущее

30От нас глубоким мраком: для них смешно,

Когда о том, что недоступно,

Смертный мятется. Что есть, спокойно

Наладить надо; прочее мчится все,

Подобно Тибру: в русле сейчас своем

В Этрусское он море льется

Мирно, — а завтра, подъявши камни,

Деревья с корнем вырвав, дома и скот —

Все вместе катит; шум оглашает вкруг

Леса соседние и горы;

40Дикий разлив и притоки дразнит.

Лишь тот живет хозяином сам себе

И жизни рад, кто может сказать при всех:

«Сей день я прожил! Завтра — тучей

Пусть занимает Юпитер небо

Иль ясным солнцем, — все же не властен он,

Что раз свершилось, то повернуть назад;

Что время быстрое умчало,

То отменить иль не бывшим сделать.

Фортуна рада злую игру играть,

50С упорством диким тешить жестокий нрав:

То мне даруя благосклонно

Почести шаткие, то — другому.

Ее хвалю я, если со мной; когда ж

Летит к другому, то, возвратив дары

И в добродетель облачившись,

Бедности рад я и бесприданной.

Ведь мне не нужно, если корабль трещит

От южной бури, жалкие слать мольбы

Богам, давать обеты, лишь бы

60Жадное море моих не съело

Из Тира, с Кипра ценных товаров груз

Нет! Я спокойно, в челн двухвесельный сев,

Доверюсь Близнецам и ветру,

И понесусь по валам Эгейским».

87

К Мельпомене

Создал памятник я, бронзы литой прочней,

Царственных пирамид выше поднявшийся.

Ни снедающий дождь, ни Аквилон лихой

Не разрушат его, не сокрушит и ряд

Нескончаемых лет, — время бегущее.

Нет, не весь я умру, лучшая часть меня

Избежит похорон. Буду я вновь и вновь

Восхваляем, доколь по Капитолию

Жрец верховный ведет деву безмолвную.

10Назван буду везде — там, где неистовый

Авфид ропщет, где Давн, скудный водой, царем

Был у грубых селян. Встав из ничтожества,

Первым я приобщил песню Эолии

К италийским стихам. Славой заслуженной,

Мельпомена, гордись, и, благосклонная,

Ныне лаврами Дельф мне увенчай главу.

88

К Венере

Ты ль, Венера, опять меня

Вызываешь на бой? Сжалься, молю, молю!

Уж не тот я, каким я был

При Кинаре моей! Смилуйся, сладостных

Мать страстей беспощадная,

Перестань меня гнуть, ныне бесстрастного,

Пять десятков отжившего,

Властью нежной! На зов юношей трепетный

Снизойди, — к Павлу Максиму

10На крылах лебедей, пурпуром блещущих,

Ты взнесись с шумной свитою,

Если хочешь зажечь сердце достойное.

Знатен он, и собой красив,

И готов постоять за обездоленных.

Ста искусствам обученный,

Далеко пронесет он твой победный стяг.

И когда над соперником

Верх возьмет, превзойдя щедрого щедростью.

У Альбанского озера,

20Под кедровым шатром, образ твой мраморный

Он воздвигнет, — ты будешь там

Дым курений вдыхать и веселить свой слух

Берекинтскою флейтою;

С лирным звоном смешав звуки свирельные,

Дважды в день пред тобою там

В пляске будут ходить отроки с девами,

И во славу твою трикрат

Бить о землю стопой, бить, точно Салии.

Мне же девы и отроки

30Чужды; больше надежд нет на взаимную

Силу страсти; пиры претят;

И чела не хочу я обвивать венком.

Но — увы! — почему слеза

По щеке у меня крадется робкая?

Почему среди слов язык

Так позорно молчит, он, что молчанью враг?

Лигурин, не тебя ль во сне

Я в объятьях держу, или по Марсову

Полю вслед за тобой несусь,

40Иль плыву по волнам, ты ж отлетаешь прочь!

89

К Юлу Антонию

Тот, держась на крыльях, скрепленных воском,

Морю имя дать обречен, как Икар,

Кто, о Юл, в стихах состязаться дерзко

С Пиндаром тщится.

Как с горы поток, напоенный ливнем

Сверх своих брегов, устремляет воды,

Рвется так, кипит глубиной безмерной

Пиндара слово.

Фебова венца он достоин всюду —

10Новые ль слова в дифирамбах смелых

Катит, мчится ль вдруг, отрешив законы,