Чтение онлайн

– Сейчас будет немножко больно, - предупредил доктор, вонзая игру ей в руку. Кимико чуть пискнула, но в целом держалась вполне достойно.
– Как приятно, когда такая взрослая девушка ведет себя соответственно.

Вынув иглу с алой капелькой крови на самом кончике, доктор приложил новую ватку к месту прокола и велел Кимико ее там держать. Сам же бросил использованный шприц в какую-то железную посудину странной формы. Инори хотела было развернуться и пойти к выходу в коридор. Но незнакомый медик остановил ее, велев посидеть минутку на кушетке. Она послушно присела на краешек, кожано скрипнувший под ней. Рука после укола не болела, только вот девушка прямо-таки чувствовала, как по телу разливается лекарство от очередного гриппа, до сих пор мутирующего с огромной скоростью, неподвластной медикам.

– Самочувствие нормальное?
– спросил добродушный доктор, что-то чиркнув в толстом журнале, лежавшем у него под локтем.

– Да, спасибо, - ответила Инори. Наверное, надо уже было идти. Еще ведь поесть придется исхитриться, прежде чем начнется следующий урок. Обед все-таки.

– Ну, тогда ступай с Богом, - напутствовал врач. Кимико поднялась с кушетки и собралась уходить. Она даже сумела сделать шаг, прежде чем почувствовала, что колени вдруг предательски задрожали, тело обмякло, и ее повело обратно на кушетку. Едва ли не с размаху плюхнувшись на нее, девушка, ойкнула.

– Ой... Что это?..

– Что случилось?!
– вскинулся врач. Кимико была сейчас слишком озадачена собственным внезапным приступом слабости, чтобы заметить охотничий азарт, блеснувший в добрых глазах, окруженных сеткой морщин.

– Да что-то я...
– она попыталась подняться, но руки вдруг тоже стали ватными, чужими. Девушка безвольно осунулась и медленно упала на спину.

– Инори, что с вами?
– подскочил к ней доктор.

– Я не... знаю...
– вот и язык уже отказывался слушаться.
– Мне почему-то... хочется... спать...

Веки девушки медленно опустились. Дыхание стало ровным и медленным. Она уснула.

– Вот это да...
– протянул старик-доктор.
– А жалко девочку.

Просунув руки под спину спящей, он подхватил Кимико и понес к отгороженной занавеской кровати в дальней части помещения.

В школьной столовой было весьма многолюдно. Даже те, кто принес с собой обенто, предпочитали поглощать пищу в общем зале. Рассевшиеся группками школьники трапезничали, одновременно упоенно болтая на самые разные темы, волнующие нынче молодежь. Как известно, обмен информацией способствует пищеварению и выделению желудочных соков, так что молодые, еще растущие организмы трескали свою еду и вовсю загружали мозги интересностями.

– Слушай, Кунио, а где Такуя?
– заглотив свою порцию роллов, поинтересовался у одноклассника патлатый старшеклассник Мурада.

– А хрен его знает, - пожал плечами Кунио, налегая на булочку.
– Он же это, вступил в клуб магический...

– У-у-у, - протянул Мурада.
– Пропал пацан.

– Ага. Я вот в прошлом году задружился с одним из соседнего класса. Так он тоже вступил в этот клуб и стал ну полный дебил! Молчит все время, злющий, как черт, а как эту стерву Китами увидит, так и бегом за ней вприпрыжку. И все они такие.

– Такуя - дурак, - с тоской заглядывая в пустую коробку-бенто, резюмировал Мурада.
– Втюрился в нее.

– Во, блин, че застарелая девственность с людьми творит!

Оба юнца довольно заржали.

– А чего? Я слыхал, эти чудики оргии устраивают. Может, он к ним и прицепился, чтобы того на этого?

– Не, знаешь, какие б там оргии ни были, я после случая с Фудзимото этого клуба боюсь.

– А че там с Фудзимото? Я не слыхал?

– Ну ты даешь! Кенго Фудзимото, известный же гопник был!

– А, это который с крыши упал?

– Ага, упал, держи карман шире! Прошел слух, что этот Фудзимото запал на главную в клубе колдунов, на Китами. Ну, сам понимаешь, она телка сочная, блондинистая, фигуристая. Вот он и подвалил к ней с интеллигентным, хе-хе, предложением. Я сам видел, как во дворе он с кучкой своих дружбанов к ней и к ее друзьям по клубу подвалил и чего-то говорить начал. Как щас помню, она слушала, слушала, потом улыбнулась, нехорошо так, и молча мимо прошла со своими. Кенго тогда сильно разозлился. Сам не видел. Но говорят, что на следующий день он подловил Китами на крыше, где она в обед торчит все время, и давай лапать. Только вот странность - Кенго здоровый бугай, кэмпо занимался... А именно когда начал лапать Китами на крыше, свалился с нее во двор. Я вот не верю, что он сам упал. Хорошо, на клумбу свалился, отделался переломанными руками-ногами да сильным ушибом головы.

– Да херня это все! Ну даже если он к ней полез! Оступился, она толкнула, вот и упал.

– Ага. Каори тоже упала. На ровном месте. И прощай спорт. А Мураи с этим задротом Синадой встречаться начала из жалости, видать. А ведь и соперница Каори, Мисидзаки, и Синада ходили на поклон к Китами. И сразу вот.

– И че ты хочешь сказать?
– скривился Мурада.
– Что Китами реальная ведьма? Ну ты, блин, даешь! Ты че, девочка?

– Сам ты девочка, урод!

– Кто урод?!

Мурада вскочил из-за стола и, ухватив Кунио за гудки, выдернул того следом и замахнулся, собираясь звездануть другу в глаз. Но тут вдруг затылок пронзила острая боль, его развернуло вбок и повело куда-то вниз. Падая, Мурада успел разглядеть высокого парня из параллельного класса, отводящего назад руку.

Когда один из шумных юнцов ткнулся носом в пол, а второй испуганно сел на место, легионер Кавадзуми почтительно обернулся к госпоже. Та стояла в окружении подчиненных посреди столовой и отсутствующим холодным взглядом смотрела перед собой. Их компания вошла в столовую и направлялась к своим извечным столам, всегда свободным, когда на пути оказались поднявшиеся и расшумевшиеся Кунио с Мурадой. Не долго думая, шедший впереди Кавадзуми ударил стоявшего спиной Мураду по затылку, чтобы не мешался. Китами поощрительно кивнула, едва заметно, но у легионера это мимолетное движение вызвало прилив внутренней радости, сопоставимый с отличной оценкой на контрольной.

Группа девушек и окружавших их юношей прошла дальше, а все прочие посетители столовой молча отводили глаза от тяжело поднимавшегося на ноги Мурады. Они с Кунио были новенькими в школе, перевелись сюда в конце прошлого учебного года и еще не знали всех порядков этого заведения. Иначе не стали бы ни обсуждать клуб магиков, ни тем более громко ссориться на пути у его главы со свитой.

– Ня-ха-ха-ха-ха...
– чуть слышно раздалось у входных дверей. Стоявший в коридоре Сэм Ватанабэ поглаживал свою бородку и пристально глядел в спину удалявшейся Китами.

Мегуми покинула кухню и вернувшуюся к фестивалю обжорства Ти. Она вновь остановилась посреди жилой комнаты и, сунув руки в карманы своей джинсовой куртки, как и брюки с кроссовками, выданной Мастером накануне, и задумалась. Глубокое подкорочное чутье, прозванное когда-то интуицией, подсказывало ей, что вот сюда она уже вряд ли когда-нибудь вернется. Канзаки не знала почему, просто чувствовала. Наверное, все дело было в необычности тех событий, в водоворот которых она попала. Каждая минута выглядит меняющей всю последующую жизнь. Но, тем не менее, Мегуми было ни разу не легче от осознания собственной экзальтированности.