Чтение онлайн

— Наводнение? — удивленно спросила Юля.

— Именно. Там произошло всемирное потепление, поэтому многие острова и части материков ушли под воду. Но народы оказались готовыми к подобному катаклизму и разработали технологии подводных купольных городов. Они были весьма рады вступить в общее взаимодействие с обменом знаний, их расстроило лишь то, что тот мир связывает с другими один-единственный спиральный переход. Возможно, когда-то существовали и другие, но затонули вместе с сушей.

— Когда я стояла у камня, то видела все эти цвета, и зеленый, и фиолетовый, и остальные. Но когда я шагнула, то ярче всех перед моим взором выступил бордовый, — задумчиво произнесла Юля.

— Все верно, — тут же кивнул Алексей. — Есть еще и шестой Бордовый мир Вахаора и там уже несколько столетий не прекращается война, о ней, да и о самом мире не принято говорить, попасть туда можно только в случае крайней необходимости. Именно этот мир считается прародиной древнего народа, мало того, там сосредоточено максимальное количество переходов, и спиральных, и одиночных, соединяющих между собой все остальные пространства. О нем мало информации, поскольку этот мир не входит в общую систему. Скорее всего именно в нем находятся ответы на вопросы, связанные с природой переходов, но пока не закончится война, вряд ли кто-то начнет там поиски ответов.

К ним подошел Иван, с его волос стекали струйки воды. Он налил себе кофе и весело спросил:

— Ну как, Юля? Удалось тебе уложить в голове, что этот мир не одинок?

— Аэ, — с придыханием ответила Юля, довольно улыбаясь. — Махара ахо и тэ рэо тахито.

Иван опустился на лавочку, не сводя удивленного взгляда с девушки.

— Я говорю, что да, я вспомнила древний язык.

— Ух ты, значит для тебя открыть переход проще простого…

— Вань, не беги вперед паровоза, — покачал головой Алексей. — В любом случае камень-то у нас один.

— Е-мое, точно.

— Хорошо, существует пять, нет, шесть миров, кроме нашего. Но куда и зачем надо уводить детей? — Спросила Юля, переводя взгляд с одного мужчины на другого.

Алексей потряс термос и убедившись, что в нем больше ничего не осталось, поплотнее закрутил крышку и сдвинул к нему поближе грязные чашки.

— Начать стоит с того, что примерно тридцать лет назад Иван Михайлович попал отсюда в Зеленый мир, камень-одиночка может соединять друг с другом только два пространства, — проговорил Алексей. — Сюда инкогнито приходила комиссия, и пыталась разобраться, стоит ли этот мир включить в конгломерат. Они аккуратно вошли в контакт с властями некоторых стран, а позже на основе полученных материалов и сделанных выводов приняли решение запретить связь с этим миром.

— Но успели дать ему название, чтобы внести в собственную базу, — вставил Иван, — и обозначили как Голубой мирМохоту. У меня с древним языком никак, но что-то вроде вечного спора или противостояния.

— Разногласие, разномыслие, противоречие — это слово можно перевести по-разному. — Тут же ответила Юля. — Ну что же, к нашему миру это вполне подходит, потому что почти все государства живут в разногласии и разномыслии.

— Ну да, — закивал Иван. — Но кроме того комиссия учла уровень жизни большего процента населения, отношение к детям, к животным, к природе в целом. Надо ли говорить, что загрязнение окружающей среды, изощренность преступлений и нескончаемость военных действий в разных точках планеты сильно разочаровали их. Они-то уже прошли через подобные проблемы и сумели договориться.

— В общем, был вынесен вердикт, — продолжил Алексей, — что люди данного мира не готовы решить пока даже внутрипространственные проблемы, и уж тем более им нечего дать остальным ни в науке, ни в технике. Правда участники комиссии пожелали помочь детям, оставшимся без родителей и влекущим жалкое существование, тут особенно постарался Григорий, который также входил в состав комиссии от Оранжевого мира и не смог остаться равнодушным.

Алексей договорил и замолчал, а Юля сидела, обдумывая услышанное, потом спросила:

— Но если Иван Михайлович сумел отсюда уйти в другое пространство и видел сны, значит он тоже как-то связан с древним народом. Тогда как он или его предки оказались здесь до того, как был найден переход? И откуда у меня и моих родителей подобные способности?

— Ну с тобой все просто, ты не отсюда родом, — улыбнулся Алексей, наблюдая как Юлины брови вновь подпрыгнули вверх от удивления. — С твоей бабушкой Иван Михайлович познакомился в Зеленом мире, там у них, собственно, случился роман. Она стала помогать мужчинам, сопровождала детей, но всегда возвращалась сюда. Наталия говорила, что есть одно обстоятельство, которое не позволяет ей вернуться в свой родной дом. Все считали, что это из-за Ивана, но, скорее всего, речь шла о тебе. Больше мне ничего неизвестно, все, что связано с тобой — это их с Григорием тайна. — Пожал плечами Алексей. — И вот еще что, не только Иван Михайлович отсюда родом, но и я тоже. Я думаю, что наши предки когда-то попали в этот мир через переход, возможно случайно, а может прятались или убегали от чего-то, кто знает.

— Но если ты родился здесь, то каким образом тебе удалось узнать о пространствах и переходах? — снова удивилась Юля.

Веселые искорки в глазах Алексея мгновенно потухли. Иван положил ему руку на плечо и дружески потрепал.

— Мне было лет пять, когда родители по иронии судьбы купили дачу в той деревушке, возле которой находился переход. Мы ехали туда первый раз на автобусе и попали в аварию. По какой-то нелепой случайности погибли только мои родители и помнится, все столпились вокруг, а я еще ничего не понимал. Одним из пассажиров оказался, опять же случайно, Григорий, который только начал заниматься поисками детей. Так вот он подошел и ему одного взгляда на меня хватило, чтобы быстро увести оттуда.

Он представился моим родственником и забрал с собой в деревню, там был дом, в котором дети ожидали перехода. У камня-одиночки он появлялся приблизительно раз в две недели. Я прожил в деревне целый месяц и все ждал, что меня заберет бабушка, а она так и не приехала. Уже гораздо позже Григорий рассказал мне, что бабушка перенесла тяжелейший инсульт, узнав о гибели дочери, и ей просто никто не доверил бы опеку в таком состоянии. Но она знала, что я жив, и что меня усыновила хорошая семья.

Алексей замолчал, напряженно разглядывая что-то на другом берегу озера, но потом продолжил:

— Однажды Григорий увел меня, и не отправил в Оранжевый мир, как других детей, а нашел приемную семью в Зеленом. Я до сих пор не понимаю, как ему удалось, там это не принято. Они изучали все, что связано с переходами, везде брали с собой. Позже, когда мне исполнилось восемнадцать, мы с Ваней случайно встретили Григория и захотели помогать ему. Параллельно я обучался на архитектора-проектировщика подводных городов, это было интересно и необычно, особенно после путешествия в Подводный мир, когда мне удалось увидеть такой город с развитой инфраструктурой своими глазами. Но поработать мне так и не пришлось, после защиты выпускной работы я застрял здесь.

— А как же вы переводили детей? — спросила тогда Юля.

— Ну как, незаконно, — усмехнувшись, ответил Иван. — Как бы мы могли делать это официально. Представляешь, заявились бы в детский дом и предложили забрать парочку ребят, чтобы переместить в другой мир. Нас бы сразу, бац, и в психиатрию. Григорий нашел несколько человек, готовых помогать нам. Отлавливали в основном тех, кто сбежал, выясняли, нет ли родственников, которые ребенка ищут. И если он оказывался никому не нужным, просто забирали и отправляли. Поэтому резонанса пропавшие дети не вызвали до сих пор, до них просто никому не было и нет дела.