Чтение онлайн

– автономность по провизии ………………………………………….. 10 суток

– КОН ………………………………………………………………………………. 0,30

МРК на ПК в корпусе корабля «Сокол». Проработка 1973 г. Демонстрационный рисунок.

Корабль на АУПК пр. 1155 с ВВЦ. Вид сбоку и вторая палуба. Демонстрационный рисунок.

В 1983 г. был выполнен новый ЭП БРКА пр. 11452 с подъемными АУПК, водометами и ПКР «Уран». Но опыт проектирования показывал, что МПК требует несколько большего водоизмещения, чем МРК. Поэтому на основании совместного решения ВМФ и МСП от апреля 1985 г. был разработан ТП ПАК на глубокопогруженных подъемных АУПК пр. 11455 и нулевой этап ТП БРКА пр. 11452 на общей базе (1987г.). Основным вооружением были: для ПАК -РПК «Медведка», для БРКА – ПКР «Уран», а также АУ АК-176 и ЗКБР «Кортик». Движение обеспечивалось водометами: ПХ -двумя водометами с приводом от ГГТА М90 по 28 ООО л.с.(50 узлов), MX -одним дизелем М504 мощностью 4 000 л.с. (8- 12 узлов).

Динамика движения, конструкция КУ и другие технические решения отрабатывалась в бюро на самоходных моделях в открытых водоемах. Сдача первого такого корабля предполагалась в 1994 г. Среди моделей были двухтонная СМ-21 (затем СМ-21Р) с одностоечным подъемным носовым крылом, пятитонная СМ-21Б (в Керчи), двухстоечная СМ-23, отчетные (в составе техпроекта) двухтонные СМ-29 (одностоечная) и СМ-30 (двухстоечная). СМ-30 использовалась одно время также для отработки гидродинамики первого инвестиционного пассажирского судна на ПК «Изумруд» (рабочее название «Цапля») пр. 14250, но вскоре инвестор отказался от его постройки из-за отсутствия средств.

Наступило время «перестройки», и большинство военных программ были свернуты. Некоторое время продолжались НИР, связанные с этой тематикой, в частности испытания моделей, но вскоре и они, в связи с отсутствием финансирования, были прекращены. На этой фазе и закончилась работа Зеленодольского ПКБ по созданию боевых КПК.

Главным конструктором всех КПК в бюро оставался Е.И.Овсиенко. В 1992 г. его заместителем по пассажирскому судну «Изумруд» пр. 14250 был назначен В.И.Бурнаев, ставший главным конструктором «крылатых кораблей» после ухода Е.И.Овсиенко на пенсию. С конца 2003 г. эту должность занял Я.Е.Кушнир, назначенный одновременно главным конструктором кораблей проектов 11540 и 21630. В.И.Бурнаев стал его заместителем (включая эти обязанности и по новым кораблям). Однако, работа по КПК к этому времени уже прекратилась. Когда она шла полным ходом, ведущим гидромехаником по теме АУПК был В.Г.Пасечник, работающий в бюро с 1958 г. и когда-то занимавшийся (в качестве руководителя группы) тактическими расчетами по обоснованию КПК пр. 1121. Он же начинал эксперименты по «Соколу» (вместе с В.Н.Алешиным), но потом был переведен А.В.Кунаховичем на работы по теме КАДР (корабль с аэродинамической разгрузкой) -гибрид экраноплана и КПК. А в конце прошлого века именно В.Г.Пасечник занимался испытаниями и отработкой всех вопросов, касающихся моделей с АУПК и водометами, вместе с пилотами В.Н.Алешиным и А.Н.Лукояновым. Модель СМ-21Б в Керчи испытывал М.Г.Тимошек.

Боковой вид и вид сверху варианта украинской проработки корабля «Сокол» по теме «Фалкон-500»

После распада СССР на стапеле Феодосийского ПО «Море» остались стоять недостроенными два «Сокола», и их судьба оставалась длительное время неопределенной. Разрываемому на части между Россией и Украиной Черноморскому флоту эти корабли уже были не нужны. Финансирование заказов из Киева практически прекратилось и завод попытался выставить эти необычные корабли для продажи за рубеж, переработав проект в ударном варианте. Этот вариант получил обозначение «Фалкон-500» (falkon в переводе с английского-сокол). Внешний вид корабля почти не изменился, но в кормовой части корпуса побортно разместили по две четырех-контейнерных ПУ ПКР «Уран». На палубе надстройки вместо шестиствольной 30-мм артиллерийской установки АК-630М разместили артиллерийский комплекс АК-630М-1-2 «Рой» с двумя шестиствольными блоками 30-мм автоматов. Предполагалось, что приобрести у России лицензии на производство указанных ПКР и АУ не составит особого труда. В кормовой оконечности корпуса дополнительно предполагалось разместить две 16- ствольных установки ПК-16, предназначенных для постановок радиолокационных помех. На корабле могло быть размещено дополнительное радиолокационное вооружение западного производства, устанавливаемое по желанию заказчика. В открытой украинской и польской печати несколько раз появлялась информация и схематическое изображение будущих кораблей.

«Крылатыми кораблями» заинтересовались ВМС Кувейта и Объединенных Арабских Эмиратов, нуждавшиеся в хорошо вооруженных быстроходных кораблях-перехватчиках. В 1993-94гг. в Балаклаве даже появлялись делегации представителей от ВМС этих государств. Их внимание привлекли «Антаресы» и «Соколы», но при демонстрационном выходе в море будущих покупателей ожидала досадная неприятность: пограничный сторожевой корабль «ПСКР-105» пр. 133 «Антарес» не смог выйти на крыло из-за технических неполадок и раздосадованные покупатели отказались от переговоров. На этом несостоявшийся украинский вариант ракетного «Сокола» так и остался лишь рисунком на бумаге.

Малые противолодочные корабли проектов 1141 и 11451 стали первыми в мире крупными КПК серийной постройки, способными работать в океане. Создание первых отечественных «крылатых» ПЛК 3 ранга для борьбы с ПЛ в прибрежных зонах морей и океанов позволило на практике освоить и отработать технологию их проектирования, строительства и эксплуатации. Впервые были построены большие высокомореходные КПК водоизмещением до 500 т и скоростями хода до 70 узлов, способные выполнять боевые задачи по поиску и уничтожению скоростных ПЛ в штормовых условиях с высотой волн до 5 м.

Для оснащения КПК «Сокол» отечественная промышленность сумела создать и отработать новые образцы вооружения и техники. В их числе ГАК «Шексна» – в качестве прототипа ГАК третьего поколения и ГАК «Звезда», как основной ГАК нового поколения для гарантированного обнаружения высокоскоростных ПЛ. Была отработана тактика поиска методом «скачка» и практическое применение малогабаритных торпед СЭТ-72 высокоскоростными КПК на скоростях до 50 узлов при пятибалльном волнении моря. Испытан и принят на вооружение ВМФ РФ новый противолодочный ракетный комплекс «Медведка». Создан усовершенствованный комплекс механизмов ПОУ КТ для быстрого опускания и подъема антенны ГАК в пределах 200-метровой глубины. Разработаны и созданы угловые редукторные передачи и соосные гребные винты, способные переработать мощность до 20 000 л.с. и обеспечить скорость полного хода до 70 узлов. Создана реально функционирующая система групповых атак, позволяющая передавать параметры движения ПЛ от обнаружившего корабля другим кораблям для последующей атаки цели. В любых гидрологических условиях МПК типа «Сокол» «видел и слышал» на порядок лучше, чем водоизме- щающий корабль аналогичного класса и даже лучше, чем крупный БПК последнего поколения.

В пределах операционной зоны ВМБ КПК типа «Сокол» были способны действовать, как самостоятельно, так и в составе КПУГ, взаимодействуя с другими противолодочными силами. Корабли должны были работать «по вызову» и осуществлять циклический поиск ПЛ противника с помощью собственной мощной ОГАС. После обнаружения ПЛ и ее классификации, корабль методом «подскока» должен был перейти на высокой скорости в район местонахождения ПЛ и применить по обнаруженной цели оружие. Причем, во время атаки корабль был неуязвим для средств самообороны ПЛ. Высокая скорость КПК резко повышала эффективность ПЛО в прибрежной зоне. Наиболее результативен был противолодочный поиск двумя или тремя однотипными КПК, работавшими во взаимодействии со стационарными ГАС или с береговой и корабельной ПЛА.

Феодосийское ПО «Море» приступило к серийной сборке МПК на ПК пр. 11451, но, по ряду причин, после распада СССР строительство «Соколов» прервалось на третьем и четвертом кораблях. В числе таких причин обычно называют: высокую стоимость корабля, сложность и дороговизну эксплуатации, сомнительную боевую эффективность, возможность решения задач ПЛО альтернативными средствами, сложность управления кораблем и необходимость хорошей подготовки личного состава.

Рассуждая о высокой цене единичной постройки, критики обычно забывают о ее резком снижении при крупносерийном строительстве. Ведь при постройке головного корабля много приходится платить за «знания и опыт», которые уже практически бесплатно будут использоваться при постройке серии. Для сравнения возьмем один из лучших наших МПК -пр. 1124 «Альбатрос», стоящий на противолодочных рубежах не только России, но и в одной из стран НАТО до настоящего времени. А на украинском заводе «Ленинская кузница» в г. Киеве эти корабли строят и в наши дни (в 2007г. в состав ВМСУ вошел «Тернополь»). Постройка головного «Альбатроса» – «МПК-147» обошлась казне в 14,5 млн. рублей (цены рубежа 60-70 гг.), серийные, конечно же, были значительно дешевле. Стоимость «Александра Куна- ховича» составляла 15 млн. рублей. Сопоставляя водоизмещение кораблей, убеждаемся, что относительная стоимость «Сокола» в два раза выше. Но, принимая во внимание новые конструкторско-технические решения при постройке, применение дорогих материалов для корпуса и крыльев, отработку технологий их обработки и сборки, новейшую ЭУ и несерийное вооружение можно было ожидать еще более высокой стоимости корабля. Задача уменьшения стоимости решилась очень высоким коэффициентом унификации для нового корабля – 94,5%! Пересчитанная же с учетом инфляции к тем же годам цена серийного корабля была снижена до 7,6 млн. рублей. К примеру, опытные КПК США и Канады, которые создавались практически одновременно с «Соколом», стоили примерно по 18 млн. долларов, но это при меньшем в два раза водоизмещении и без какого-либо вооружения.

Интересно сравнение «Сокола» и «Альбатроса» в вопросе боевой эффективности, прежде всего -сравнение возможностей ГАС. Глубина погружения ОГАС «Шелонь» 100 м, ОГАС «Шексна»- 150м (у ГАК «Звезда»-200м), дальность обнаружения ПЛ у «Шексны» в 1,5 раза больше, цикл работы в 1,3 раза быстрее, площадь, обследуемая кораблем в единицу времени -в 3,7 раза больше! Площадь моря, обследуемая «Соколом» за автономность, в четыре раза больше, чем у кораблей проектов 204 и 159 (при их модернизации) и в 1,7 раза больше, чем «Альбатроса», при вдвое меньшем водоизмещении. Всего два «Сокола» способны с вероятностью 0,8 перехватить ПЛ в полосе 35 миль при средней скорости уклонения до 25 узлов. Количество водоизмещающих кораблей при поиске ПЛ, уклоняющейся на скорости 20 узлов требуется в 4-7 раз больше, а при скорости уклонения ПЛ в 25 узлов возрастет вдвое! Поисковый потенциал «Сокола» в 2,7-4,2 раза больше, чем у водоизмещающих кораблей. Он способен вести поиск субмарин на удалении 200 миль от базы в течении 15-17 ч с выходом и возвращением в базу на полных скоростях. На МПК пр. 1124 впервые была реализована идея поиска ПЛ скачкообразным способом. Отметим, что хотя дальность плавания экономическим ходом у «Сокола» была меньше в 1,5 раза, то полным ходом -в 2 раза больше! Весовая отдача у «Сокола» на 10% выше, чем у «Альбатроса». То есть -налицо качественный скачок в поиске АПЛ противника. Все это к вопросу о категории «стоимость-эффективность».

Некорректно рассматривать авиационные ПЛК под углом более дешевого и эффективного средства замены КПК «Сокол» в рамках выполнения обозначенных им противолодочных задач. Как взаимодействие и дополнение -другое дело. Но, тем не менее, логичнее будет сравнить «Сокол» с авиационными комплексами БД – Бе-12 и Ми-14, так как Ту-142 и Ил-38 -АПЛК ДД предназначались для выполнения БС в океанах, а Ка-25 и Ка-27 -вертолеты корабельного базирования действовали, как правило, с ТАВКР и ПКР. В качестве средств обнаружения ПЛ на АПЛК БД использовались РГБ и вертолетные ОГАС, причем только пассивные буи ненаправленного действия. РГБ могли подтвердить нахождение ПЛ в обследуемом районе, но классифицировать контакт и определить ЭДЦ для нанесения удара оставалось очень трудной и практически неразрешимой задачей. Вот тут и нужен был «Сокол»! Вертолет, работающий с ОГАС, и корабль на ПК осуществляли поиск ПЛ одним способом, но с различной эффективностью, определяемой возможностями техники. Дальность действия корабельной ОГАС на порядок больше вертолетной, обследуемая площадь за одно опускание контейнера -в 56 раз больше при большей достоверности, поисковая скорость корабля 50 узлов, вертолета -100 узлов. Опуская время перелета от точки к точке зависания, можно предположить, что вертолет в районе (на максимальной дальности поиска) будет работать один час и за это время успеет сделать 6-8 зависаний. Корабль в течение часа может выполнить сорокамильный переход с двумя опусканиями контейнера и без дозаправки находится в районе 15ч. Увеличением числа вертолетов в ТГ и вертолето-вылетов повышается эффективность поиска, но она все равно остается меньшей, чем у «Сокола». Работая на максимальной дальности, совершив два вылета, вертолет проводит в воздухе 8 ч, из них -в районе 2 ч, не считая времени на аэродромное обслуживание. Необходимо учитывать условия, в которых работают экипажи вертолетов и кораблей. У летчиков они несоизмеримо тяжелее физически и психологически, естественно результативность их работы снижается гораздо быстрее. Отметим, что все же высокая эффективность «соколиной» работы проявляется на больших (огромных) площадях. В узкостях, проливах, ограниченных районах и на небольших удалениях от аэродромов поиск вертолетами является более оправданным. Однако, использование вертолетов значительно в большей степени зависит от метеоусловий, чем того же «Сокола».